усмехнулся, отбросил окурок и приказал: — Гасите их.
Глава 18
Парни с таким военным опытом реагируют быстро, вот Витька Орлов и шагнул вперёд сразу, не боясь стволов. Похоже, он воспринимает меня, как сослуживца на войне, которого надо прикрыть в бою любой ценой.
Ну и я тоже не раздумывал, быстро принял решение, пока перед глазами вся жизнь пронеслась. Обе жизни…
— Спокуха! Все без глупостей, с нами СОБР! — громко и властно прокричал я. — Снаружи стоит! Ты дебила кусок, Серёжа! Они вас брать приехали, это мы вас тут уговаривать сдаться пришли, чтобы без мясорубки обойтись. Сам дурак, так хоть парней за собой не тащи! Если пальба начнётся, вас всех замочат, не сомневайся.
Голос мой звучал уверенно, хоть и на взводе, но одновременно со стержнем этакого властного спокойствия. Так говорит человек, который не сомневается. И никто не засомневался в моих словах, никто не орал, что всё это подстава и блеф. Поверили? Пока не знаю.
Я выдохнул и продолжил:
— Короче, мужики… Стволы сдаем, гарантирую, что никто не пострадает. Ну что встали? На раздумья минута, время пошло.
Противники стояли в замешательстве. Кто-то переглядывается, переговаривался, а я рассмотрел людей в масках повнимательнее. В мгновения смертельной опасности и время идёт иначе, и зрение острее становится. У одного типа, стоящего в сторонке, знакомые «бутылочные» глаза, вот и Сева Донцов, а у другого через прорезь для рта в маске виден шрам, пересекающий обе губы. Это Андрей, я его помню. Не все пришли нас убивать, замаскировались. Наоборот даже, Витьку спасти хотят, да и меня за компашку прикрыть, получается.
Это видно по ним — потому как оружие они хоть и держали наготове, но не туда стволы повернуты. Если кипиш начнется, стрелять будут не в нас — а в тех, кто в нас-то как раз целился. Просто выжидали момент, ну или мы пришли слишком неожиданно, а те не успели подготовиться. А стрелять эти ребята умеют лучше, чем какие-то бандиты. И если бы не мой крик, пальба бы уже началась, как пить дать.
Правда, если наши союзники убьют людей Сафронова, то наверняка уедут на зону. Отмазывать будем изо всех сил, но такое невозможно без тюремного срока оставить. Да и в замкнутом пространстве выстрелы слишком опасны для кучи-малы. Много может погибнуть народа.
Нет, так не пойдёт. Надо отморозков додавить.
— Ты чё гонишь! — усатый Серёга, или Сега, как его называли, смотрел на меня со злостью.
— Взяли Сафронова! — продолжал я и украдкой подмигнул Витьке. — А он не дурак. Ещё и трус, каких поискать. Сдал вас с потрохами! Киллеров его мы в гараже повязали…
Судя по взгляду, он понял, про что я, и про киллеров этих прекрасно знал. Значит, Сафронов держал этого типа поближе к себе, посвящал в часть секретных планов.
Немного времени мне выиграть удалось. Вот тот с помповиком явно не за нас, но пока я говорил, опасный ствол отклонился в сторону. Мой голос его явно пугал…
— А когда мы его взяли, — я шагнул чуть ближе. — Он сразу про тебя напел, чтобы самому отмазаться, мол, ты мозг всей банды, ты всё это устроил. И сходку вашу слил, сюда направил. Просто мы с Витьком первыми пошли, нафига стрелять? Витя добрый, сказал: без штурма порешаем, а Сафронов — падла! Я вам сразу говорил, что так и будет, что он вас кинет раньше или позже. Обойдемся без стрельбы сегодня, — я смотрел не на Сегу, а на тех, кого видел союзниками. — Опасное это дело, парни. Надо иначе поступить, чтобы не загреметь в никуда. Выбор невелик — два метра в землю или нары. Сейчас вот как раз самое время принять правильное решение. А я потом помогу, слово даю.
Лишь бы поняли, про что я. Но должны понять. Та-а-а-ак, из тех, кто в масках, минимум двое — за нас, и нас с Витьком тоже двое, а тех — пятеро, включая усатого и парня с дробовиком. Расклад пока не очень, но всё может быстро измениться.
— Ты гонишь, мусор, — Сега покачал головой… и вскинул руку с пистолетом.
Витька достать автомат из сумки точно не успел бы… поэтому просто кинул всё это в усатого, за какую-то долю секунды. Попал, тот замешкался и потерял равновесие, ствол отклонился.
Парень с помповым ружьём внимательно следил взглядом, как летит сумка, и только потом догадался направить оружие на меня. Но я уже достал свой ПМ.
Флажок предохранителя ушёл вниз, щелчок я даже не расслышал, а просто пальнул самовзводом, нажимая тугой спуск.
Бах! Уши заложило, пороховой дым развеялся передо мной. Мужик выронил дробовик и завопил, падая на пол. Криков я не слышал, видно только открытый рот.
Бах! Орлов пальнул в Сегу из ПМ, тот широко открыл рот и начал заваливаться на пол. По лбу, из-под линии волос, потекла кровь.
Донцов обрушил рукоятку пистолета на голову соседа, второй наш союзник опрокинул другого, накинувшись сзади. Ну а пятый оказался нашим. ТТ, который он держал, направился в сторону Серёги, но тот уже не дёргался, выстрел в голову свалил его наповал.
Эх… стволы нам придётся на экспертизу сдавать, я как-то сразу об этом подумал. Потёр пальцем звенящее ухо и отмахнулся от дыма. Вот как хотел, так и вышло: и сами выжили, и никого лишнего не загребут. Стреляли только мы.
— Двухсотый, — третий союзник снял маску и потыкал ногой Серёгу. — Спелся, Сега, а я ему говорил… хотя я много чего ему базарил.
— Тебе надо в актёры, Макся, — Донцов тоже сдёрнул маску и потёр вспотевшее лицо. — Я тебе даже сам поверил, что ты за Сафронова всех порвёшь нахрен. Чего он нас и взял с тобой.
— Базаришь?
Этого парня я не знал лично, не доводилось общаться вживую, но хорошо его помню по первой жизни. Он как раз был среди Орловских, я приезжал на его труп, когда его пырнули ножом в сауне — одного из первых, так что тогда на эту дату он уже должен был быть мёртв. А сейчас он жив.
Ещё был знакомый мне Андрей и Сева, которого я узнал среди всех первым. Хорошо, что узнал и сказал, что им делать. Нас бы не убили, нет, парни бы сами всех перестреляли. И уехали бы потом на зону, где бы наверняка
