С самого утра настроение у Шаинь было отвратительным и никаких поводов к его улучшению в ближайшей перспективе оперативница Службы FF не усматривала. Начать с того, что проклятые мутанты оказались практически неуязвимыми и в пух и прах разнесли в ночной битве на равнине между горами и городом и армию, и Службу FF. Даже не разнесли, нет. Практически уничтожили. Да еще и таким, неведомым прежде, способом, что просто оторопь брала. Заставить с помощью какого-то телегипноза хорошо обученных и готовых к бою сестер-гражданок убивать друг друга… Было в этом нечто мистическое и, на ее взгляд, совершенно необъяснимое с точки зрения здравого смысла. Даже при том, что и армия, и Служба FF состоит из тех сестер-гражданок, которые знают, что приказам необходимо подчиняться. То есть, внушаемы по определению…
Теоретически Шаинь понимала, что на самом деле ничего особенно сверхъестественного в телегипнотических способностях мутантов нет. В истории человечества бывали похожие случаи. Конечно, не в таком масштабе и не с такими последствиями. Но – были. Другое дело, что люди в массе своей никогда не занимались развитием в себе даже зачатков телегипноза. Гораздо проще оказалось изобрести сначала газеты, а затем и электронные средства массовой информации, с помощью которых, как их учили в школе-интернате, мужчины-властители благополучно внушали нужные им мысли и настроения миллионам и миллионам граждан. С не менее жуткими, надо сказать, последствиями. Но на то, что произошло минувшей ночью, не было способно никакое телевидение. Даже глобальное довоенное, не говоря уже о лишь не так давно возрожденном современном.
Да. Проглядели. Расслабились. Не были готовы.
И что теперь?
А теперь она вынуждена сидеть в бронекаре, у которого гравигенератор выдает в лучшем случае двадцать процентов мощности, уповать на то, что место для засады выбрано идеально, ждать встречи с врагом под совершенно жуткую рок-музыку и молить Великую Матерь о том, чтобы она помогла своим дочерям не только выжить, но, в конце концов, и победить.
Место для засады, действительно, было выбрано, если и не идеально, то очень удачно – в густой роще на возвышении, под которым шла дорога в город. По этой дороге, как они считали, мутанты должны были пройти обязательно. Пусть даже и не все, но хотя бы часть их армии – точно. План нападения особой изощренностью не отличался: дождаться врага, ударить изо всех видов оружия, нанести возможно больший урон живой силе и уходить на полной скорости. Разумеется, предварительно врубив на полную громкость плееры с рок-музыкой.
Кроме Мары Хани, занимающей место водителя и Шаинь Ян, которой предстояло исполнить обязанности стрелка, в бронекаре с трудом, но помещались еще шестеро бойцов-мужчин из штурмовых отрядов Хрофт Шейда.
Сейчас они, хорошенько замаскировавшись, ждали врага снаружи, а один из них, нацепив на себя массу веток с листьями, сидел на верхушке дерева и оглядывал в бинокль северный горизонт, чтобы вовремя предупредить товарищей о приближении армии мутантов.
Сидеть в засаде – дело муторное. Никогда не знаешь, сколько времени придется ждать. Может быть, час-другой, а может, и целый день. И все это время необходимо поддерживать себя в должном тонусе, не расслабляться, чтобы в нужный момент быть готовым выполнить поставленную задачу на все сто процентов.
Мара и Шаинь не первый раз в своей жизни сидели в засаде. Но в такой были впервые. Раньше засады они устраивали только на «диких» и превосходство в силах всегда было на стороне оперативниц Службы FF. Теперь же…
В открытую правую дверь бронекара сунулась голова одного из бойцов-мужчин и весело сообщила:
– Идут, голубчики.
– Далеко? – осведомилась Шаинь.
– Где-то через два с половиной – три часа будут здесь.
– Хорошо, – приняла к сведению оперативница. – Готовьтесь.
Однако голова не исчезала.
– Да мы давно готовы, – сказала она. – А времени еще полно. Не думаю я, что они нас учуют с такого расстояния. Мы же тихо сидим, как мыши.
– И что? – спросила Шаинь.
– Ну… – замялась голова. – Я подумал, что, может, через три часа мы все тут поляжем до одного, неизвестно ведь, как бой сложится, – голова умолкла и нахально посмотрела на Шаинь синими глазами.
– Так-так, продолжай, – начиная догадываться, в чем дело, подбодрила Ян.
– Что он говорит? – Мара стянула с головы наушники.
– Говорит, что муты будут здесь приблизительно через три часа, – пояснила Шаинь. – И в этой связи, по-моему, хочет нам что-то предложить.
– Предложить? – удивилась Хани.
– Ага. Предложить. Хочет, но еще не предложил. По-моему, стесняется.
– И вовсе я не стесняюсь, – буркнула голова. – Просто ты слова сказать не даешь. Чем время терять, уединились бы мы, Шаинь, с тобой лучше на часок, а? Как раз успеем. А товарищ мой тоже бы не прочь с твоей подругой… С Марой. Мара, ты как? Говорю же, последний, может быть, час такой у нас в жизни выдается. Грех не воспользоваться.
Мара прыснула.
– Грех, значит? – с самым серьезным видом осведомилась Шаинь Ян.
– Грех, – твердо заявила голова.
– Ну-ка, лезь сюда, – поманила голову оперативница.
Голова радостно осклабилась, и ее носитель резво полез в бронекар.
В тот момент, когда он оказался рядом с Шаинь, она развернулась вместе с креслом и ухватила ценителя свободного времени одной рукой между ног, а второй приставила туда же пистолет.
– Уй, – вскрикнул синеглазый и попытался отстраниться.
– Стоять тихо! – приказала Ян и крепче сжала пальцы.
– Стою, – хриплым шепотом согласился мужчина, – Отпусти, больно же…
Мара уже всхлипывала от смеха и вытирала слезы тыльной стороной ладони.
– Больно? – переспросила Шаинь. – Странно. Я думала, тебе это приятно. Вот, думаю, настоящий мужчина, который любит потрахаться в экстремальной обстановке. Значит и мне надо соответствовать. Сила и натиск, а? Не ужели так не нравится?
Боец отрицательно помотал головой. По его лицу было видно, что больше всего ему хочется оказаться сейчас как можно дальше от этой сумасшедшей кареглазой и темноволосой, поначалу так ему понравившейся, оперативницы Службы FF.
– Жаль, – вздохнула Ян. – А то бы я с удовольствием. Ну ладно, иди. На нет, как говорится, и суда нет.
Она убрала руку, демонстративно вытерла ее о комбинезон, но пистолет не спрятала.
Незадачливый любовник попятился назад и осторожно спустился из бронекара на землю.
– Эй, погоди, – окликнула его Шаинь.
– Что еще? – хмуро осведомился синеглазый.
– Ты это… не обижайся ладно? И постарайся остаться в живых. И тогда, может быть, мы еще раз на эту тему поговорим. Попозже и в другой обстановке. Хорошо?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
