Читаем без скачивания Старшая ветвь - Алекс Рудин

портреты, запечатлевшие предков императора, но иногда попадались и батальные сцены из многочисленных битв, в которых принимали участие имперские войска.

* * *

Личный кабинет Его Величества был отделан светлым резным дубом. Император стоял возле высокого окна, заложив руки за спину. Он любовался рекой, по которой скользили прогулочные лодки.

Когда я вошел, Его Величество повернулся ко мне и с улыбкой сказал:

— Рад вас видеть, Александр Васильевич.

— Благодарю за приглашение, Ваше Величество, — ответил я, вежливо наклонив голову. — Вы хотели меня видеть?

— Я хотел вас поблагодарить, Александр Васильевич, — сказал император. — Вы разоблачили темного мага, который угрожал безопасности Империи. Какую награду вы хотите за это?

— Я еще не успел подумать об этом, — признался я.

— Не торопитесь и не осторожничайте, — улыбнулся император. — Я хочу, чтобы награда была достойной.

— Благодарю вас, Ваше Величество, — ответил я.

— Никита Михайлович Зотов рассказал мне, как вы разрешили эту щекотливую ситуацию с Сосновским лесом. Должен сказать, что вы нашли очень удачное решение. Теперь казначейству не придется опротестовывать завещание графа Сосновского. Я очень этому рад. Судебная тяжба послужила бы плохим примером для многих подданных Империи.

Император сделал паузу, как будто ожидал, что я отвечу, но он не задал мне никакого вопроса, поэтому я молчал.

— Прошу вас, садитесь, Александр Васильевич, — сказал его величество, указав мне на кресло, которое стояло напротив письменного стола.

Я подождал, пока сядет император, а затем опустился в кресло.

— Приятный молодой человек этот Петр Брусницын, — с улыбкой сказал Его Величество, — такой, знаете, простой и настоящий. Он очень сильно отличается от многих моих придворных.

Император внимательно посмотрел на меня.

— Я слышал, что вы с Брусницыным неплохо поладили. Александр Васильевич. Это хорошо, ведь его родовой дар уникален. Никто, кроме Брусницына, не сможет придать корабельной древесине необходимые магические свойства.

Я снова промолчал. Его Величество постучал пальцами по столу и неожиданно сменил тему разговора.

— А вы знаете, Александр Васильевич, что раньше корабельный лес принадлежал императору? — спросил он.

Я покачал головой.

— Нет, об этом я ничего не слышал.

— А между тем, так оно и было, — улыбнулся император. — В те времена графы Сосновские были императорскими лесничими. Согласитесь, в этом нет ничего зазорного для аристократа — служить своему сюзерену.

— Полностью с вами согласен, Ваше Величество, — кивнул я. — Могу я спросить, как в таком случае корабельный лес стал собственностью графов Сосновских?

— Можете, — усмехнулся император. — Этот случай не вошел в учебники истории, но он достаточно хорошо известен.

Император положил ладони на стол и задумчиво посмотрел на меня.

— В самом начале смуты мой прадед, тогдашний император, испытывал большие трудности. Влиятельные аристократы объединились и решили свергнуть его с престола. Они хотели учредить магическую республику и править сами.

Верных войск у императора хватало, но возникли трудности со снабжением армии. Война затягивалась. Императору срочно потребовались деньги, а взять их было негде. И тогда королевский лесничий, граф Сосновский, предложил моему прадеду помощь.

Он предоставил необходимую сумму, огромную по тем временам. Этих денег хватило на то, чтобы снарядить и вооружить армию и разгромить мятежников. Можно сказать, что смута закончилась благоприятно благодаря графу Сосновскому, но об этом мало кто знает.

— Вы хотите сказать, что граф Сосновский выкупил у императора корабельный лес? — уточнил я.

Его величество покачал головой.

— В том-то и дело, что нет. Граф Сосновский просто дал деньги, и после окончания смуты даже не потребовал возврата долга. Его беспокоила судьба корабельного леса, он опасался, что мятежные маги захватят его и вырубят. Только императорские войска могли гарантировать лесу защиту, и граф Сосновский не пожалел денег, чтобы спасти лес.

Император помолчал, значительно глядя на меня.

— Когда мой прадед покончил с мятежниками, казна была пуста. Разумеется, имущество мятежных магов конфисковали в казну, но они тоже порядком поистратились. Вернуть долг графу Сосновскому император не мог. Но очень не хотел, хотя граф и не настаивал. И тогда император подписал указ, которым даровал графу Сосновскому корабельный лес.

— Это был поступок мудрого и справедливого правителя, — улыбнулся я.

— Да, это было хорошее решение, — согласился император. — Сосновский лес и его родовые маги объединились. Корабельная древесина бесперебойно поступала на верфи, и много поколений все были довольны.

Император снова замолчал, а затем неожиданно предложил:

— Хотите кофе, Александр Васильевич? Я слышал, вы очень любите этот напиток.

— Хочу, — честно признался я.

Его Величество взял со стола крохотный бронзовый колокольчик и позвонил. Звон колокольчика был очень тихим, он едва нарушил тишину кабинета, но я не сомневался, что те, кому надо, его услышали.

Я оказался прав. Не прошло и минуты, как слуга внес поднос, на котором стояли кофейник, чашка, сахарница и молочник со сливками. Слуга с поклоном поставил поднос на низкий столик у окна, налил мне кофе и бесшумно исчез.

— Угощайтесь, Александр Васильевич, — предложил император.

Я с любопытством попробовал кофе. Он оказался точь в точь таким, как я люблю. Кажется, даже был сварен из моего любимого сорта. Точно, этот дворец пропитан уютной и мощной магией.

Император вежливо подождал, пока я допью кофе, а затем продолжил:

— Долгое время род Сосновских и корабельный лес были неразрывно связаны. Жаль, что сейчас эта связь оборвалась. Но тут уж ничего не поделать. Теперь Сосновский лес принадлежит вам. Я ни в коем случае не хочу оспаривать ваше право. Вы приобрели лес абсолютно законно. Но вы же понимаете, что вашему роду будет трудно им управлять.

— Да, Ваше Величество, я понимаю, — кивнул я.

К этому моменту я уже догадался, зачем император пригласил меня сегодня во дворец. Но предпочел дождаться, когда его величество все скажет сам. Именно так император и поступил.

— Никита Михайлович рассказал мне, что когда вы с купцом Порфирьевым составляли купчую, то специально не стали вписывать туда имя, — улыбнулся он. — Вы ведь уже тогда предполагали разные варианты. Я угадал?

— Вы совершенно правы, Ваше Величество, — согласился я.

— Что ж, — усмехнулся император, — тогда я не буду ходить вокруг да около. Я бы очень хотел, чтобы корабельный лес снова стал собственностью Империи. Впишите в купчую мое имя, — прямо предложил император, — и назовите сумму, которую вы хотите