Только другой матери придёт в голову предупредить их о большой ванне.
— Теперь позвольте мне показать вам комнату хозяина, — сказала женщина, повернувшись к Сабель.
Желудок Сабель запорхал бабочками. Почему она нервничала, перед его комнатой?
— Личные вещи хозяина хранятся в шкафу. — Говоря это, она снова поманила Сабель по коридору. — Я принесу для вас женские туалетные принадлежности, мисс. Вам понадобится какая-то конкретная косметика или парфюмерия?
— Косметика? Духи?
— Да, мы можем сбегать в универмаг и взять всё, что необходимо.
— Эм. Нет. Я ничего из этого не использую.
— Очень хорошо. Интересует какой-то конкретный шампунь? Кондиционер? Средства для укладки волос?
— Обычно я покупаю то, что подешевле.
— В таком случае вам понравится то, что хозяева припасли для своих гостей женского пола. — Анна преувеличенно выдохнула и сцепила руки вместе. — Как цитрусовый сад!
— Звучит замечательно. Спасибо. Сабель никогда не была нигде, где кто-то поинтересовался бы её средствами для волос, макияжем и туалетными принадлежностями. В местах, где она жила всю свою жизнь, ей везло, что там вообще была проточная вода.
Анна открыла дверь, прямо по коридору от детей.
Запах бергамота и мускуса мгновенно наполнил нос Сабель, и она вдохнула его.
Гевин.
Боже, она могла лизать воздух, представляя соленый привкус кожи Гевина. Запах самца был не похож ни на что, с чем она когда-либо сталкивалась раньше. Не то чтобы она сталкивалась с чем-то, кроме заплесневелого дерева, пива и жевательного табака, благодаря грязным барам, где она работала официанткой.
Пока её окружал восхитительный запах, Гевин словно стал тортиком, и у неё от него потекли слюнки.
Спальня была преимущественно в тёмных тонах. Длинные чёрные шторы закрывали окна, а бордовые шелковые простыни сочетались с толстым серым одеялом на кровати. Большие растения заполонили пространство между богатой мебелью из тёмного дерева по всему пространству. Определенно мужская комната. Но крутая мужская комната.
— Главные покои хозяина. — Она махнула рукой, приглашая Сабель последовать за ней, и толкнула дверь, открыв перед собой самую изысканную ванную комнату, которую Сабель когда-либо видела.
Плитка вела к огромной ванне-джакузи, установленной у стены с окнами, выходящими на территорию.
Анна схватила пульт с журнального столика в уголке на противоположной стороне комнаты, и тишину наполнил гул, когда шторы медленно опустились. Шторы с дистанционным управлением?
За ванной стояла душевая кабина, достаточно большая, чтобы вместить компанию из четырех, а то и пяти человек. Мышцы Сабель дёрнулись при мысли о тёплых брызгах на её коже.
При вспышке серебра она подняла глаза и увидела толстый серебряный крюк, торчащий из стены.
— Что это? Для огромного халата?
Сабель не смогла удержаться от смешка.
Анна наклонила вопросительно голову.
— Знаете, я никогда и сама не понимала, для чего хозяин его использует. — Она покачала головой. — Иногда он довольно загадочная душа. — Повернувшись на пятках, Анна повернулась к Сабель. — Что ж, я оставлю вас устраиваться. Вам нравится лосось, мисс?
— Что, простите?
— Я готовлю довольно вкусный лосось в кунжутно-имбирной глазури со свежей спаржей и салатом из кресс-салата.
— Звучит… как самая удивительная вещь, которую я когда-либо слышала.
— Замечательно, я займусь ужином. Если вам что-нибудь понадобится, позвоните мне. Телефон возле кровати подключён к кухне.
Ого. Словно обслуживание номеров в отеле. Не то чтобы она когда-либо была в отеле. В последний раз, когда она оставалась с демонами, Анна была достаточно любезна, чтобы приготовить для них вкусный завтрак, но они не задержались достаточно надолго, чтобы по-настоящему насладиться удобствами.
Оставшись одна, Сабель отложила сумочку и направилась по коридору в следующую комнату, где обнаружила, что дети хихикали и кричали, прыгая на кровати.
— Томас! Джейни! Прекратите!
Оба ребёнка с грохотом упали на кровать и склонили головы, как будто стыдясь того, что их поймали.
— Мы гости в доме Гевина. Пожалуйста, уважайте это.
— Нам… нам очень жаль, мамочка. Кровать такая м-мягкая!
Улыбаясь, Сабель пробежала через комнату и прыгнула между ними, подпрыгнув на мягком матрасе. Она протянула к себе своих близнецов.
— Как будто лежишь на облаке!
Дети засмеялись и прижались к ней.
— Мама? — Джейни посмотрела на неё. — Мы можем здесь жить?
Укол в сердце Сабелы чуть не лишил её дыхания. Именно то, чего она боялась. Если бы они слишком проект привыкнут, она их будто подведёт.
— Нет, детка. Мы здесь ненадолго. — Сабель поцеловала каждого из них в лоб и посмотрела на Аполлона, смотрящего на них сверху вниз. — Когда-нибудь мы будем жить в хорошем доме. Там будут корзины с цветами и ярко-зелёная трава, по которой можно будет крутиться. У нас будет крыльцо с креслом-качалкой и качелями. И у каждого из вас будет своя комната. — Сабель погладила их мягкие, лёгкие волосы. — На данный момент, пока мы вместе, это всё, что имеет значение, независимо от того, где мы будем находиться.
***
Гевин постучал один раз, прежде чем войти в комнату Зика. Ему в нос ударила завеса стерильных запахов, гораздо более интенсивных, чем в фойе. Как будто кто-то недавно вылил целую бутылку сильнодействующего отбеливателя.
Хриплое дыхание Зика говорило Гевину, что он всё ещё пытается залечить раны после того, как его грудь была взломана и использована для садистских игр захватившим его инфорсером. Большинство Гневов быстро оправлялись от ран, поэтому черепашья скорость, с которой Зик выздоравливал, давала некоторое представление о том, насколько серьёзными они были, и, что ещё хуже, насколько близко он был к смерти.
При приближении Гевина голова Зика склонилась набок, и малейшая трещинка улыбки приподняла уголок его рта. Его глаза не полностью восстановились, и один остался молочно-белым, как будто он закатил глазное яблоко назад, в то время как другой начал напоминать прежние ярко-голубые радужки.
— Анна… должно быть, вколола мне… грёбанное сияние.
Он хрипло рассмеялся, и от преследующего кашля у Гевина свело желудок. — Потому что твою задницу… недавно… шлёпал какой-то… здоровенный ублюдок из обсидиуса.
— Да ладно, брат, ты лучше всех должен знать. Их стража не шлёпает. Они раздают оплеухи.
— Ага. — Из груди Зика раздался смех. — И потом всегда требуют ёбанных… обнимашек. — Он кивнул. — Кого тебе… пришлось взорвать… чтобы выбраться?
— Твоего парня. — Гевин повернул стул, стоящий рядом с его кроватью, оседлав его, взявшись за спинку. — Как ты?
— Думал, что мне… куда лучше тебя, пока ты не пришёл… весь цветущий… здоровый, словно… ты получил свою ежедневную дозу… сисек и задниц.
— Рад видеть, что твой предсмертный опыт не сильно изменил тебя.
— Хех. Даже смерть… не сможет остановить моего петушка.
— О да.
— Где ты был?
— Остался с Сабель.
— Суккуб Сабель? — голова Зика оторвалась от подушки и
