часть времени она провела, бродя по вентиляционным каналам “Advocatus Diaboli”, присматривая за Элисон и наблюдая за делами Неверлина и Фроста.
Наблюдение за двумя последними свелось к сидению у вентиляционного канала мостика. Таним не могла сказать, что именно происходит с атакующей группировкой, но казалось, что они перемещают свои корабли странным образом.
Харпер, когда она вернулась с новостями об этих событиях, пришёл к выводу, что они занимаются тем, что он назвал манёврами. Это были тренировки, сказал он ей, чтобы убедиться, что экипажи всех кораблей знают, что они должны делать, когда прибудет флот беженцев.
Ему не терпелось узнать подробности этих манёвров, и Таним старалась изо всех сил. Но многие слова, которые использовали Неверлин и Фрост, были ей незнакомы, и поэтому их было трудно запомнить. Она помнила только фрагменты, и Харпер не мог сложить их в чёткую картину.
Она видела, что его расстраивают её путаные слова и полузабытые фразы. Но он никогда не жаловался. Он также не критиковал Таним за её недостатки.
Таним была благодарна ему за это. Она была благодарна ему и за многое другое. Она всё ещё скучала по Элисон, очень скучала. Но хотя Харпер отличался от её прежних друзей, в конце этих трёх дней Таним поняла, что он действительно друг. Как и Джек и Дрейкос, она постепенно начала осознавать, что друзья бывают разными.
Странно, но во многих отношениях Харпер больше напоминал Таним Элисон, чем Джека или Дрейкоса. Она не знала, почему.
Она всё ещё размышляла над этой загадкой, когда их дружба подошла к концу.
ГЛАВА 25
Таним поняла, что происходит что-то важное, как только коснулась головой решётки и заглянула вниз, на мостик “Advocatus Diaboli”. Здесь были не только Неверлин и Фрост, но и Элисон, и главный Валахгуа, тот, кого они называли Верховным Лордом.
И во всех них чувствовалось одинаковое напряжение и настороженность.
Прибыл ли флот беженцев?
Таним внимательно слушала, пытаясь разобраться во всех этих странных терминах и фразах. Харпер научил её некоторым из них, так что теперь всё было не так запутанно, как вначале. Но их было так много, и всё это всё ещё было для неё в новинку.
Однажды она увидела, как Элисон смотрит прямо на решётку, за которой она пряталась. Таним напряглась, но девушка снова отвела взгляд, никак не отреагировав.
И тут Таним услышала команду, о которой её предупредил Харпер. — Молот-1, развернуть, — приказал Фрост в радиомикрофон. — Молот-2, приготовиться к развёртыванию по моей команде. Молот-3, продолжайте оставаться на позиции.
Развёртывание. Таним дёрнула хвостом. Харпер ясно дал понять, что она должна делать, услышав это слово. На мгновение задержав взгляд на Элисон, Таним отошла от решётки и направилась обратно к каюте-тюрьме Харпера.
Когда она пришла, он лежал на полу лицом вниз в нижнем белье и делал упражнение, которое, как он ей сказал, называется отжимания. — Харпер? — тихо позвала она через решётку.
— Да, — проворчал он, вскакивая на ноги и подходя к решётке. В последнее время они оставляли решётку на месте, чтобы никто из наёмников “Malison Ring” не увидел её открытой.
Но только два верхних винта были закреплены, но не до упора. Харпер отодвинул нижнюю часть решётки, отодвинув её достаточно далеко, чтобы просунуть руку. Таним коснулась руки и скользнула по коже.
А потом сразу спрыгнула на палубу. — Слово было сказано, — доложила она. — Фрост сказал: “Молот-1, развёртывание”. — Затем он велел “Молоту-2” приготовиться к развёртыванию, по приказу, а “Молоту-3” оставаться на позиции.
— Понятно, — сказал Харпер, присев на край кровати. Его манера поведения стала неожиданно спокойной и сдержанной. — Ты пошла по кружному пути и заглянула в офис Неверлина, как я тебя просил?
— Да, — подтвердила Таним. — За дверью стояли трое мужчин.
— Они стояли группой? — спросил он. — Стояли тесной группой, я имею в виду?
— Не совсем, — сказала Таним. — Двое стояли прямо у двери, а один в нескольких шагах от них.
Харпер шикнул сквозь зубы. — Фрост продемонстрировал свою способность к обучению, — пробормотал он.
— Я не понимаю, — сказала Таним, покачивая хвостом из стороны в сторону, глядя ему в лицо. Что-то в этом новом Харпере пугало её.
— Возможно, он не полностью доверяет Элисон, возможно, он не уверен, что я вне подозрений, — объяснил Харпер. — В любом случае, он не хочет, чтобы кто-то крутился вокруг и использовал его передатчик “InterWorld” без его разрешения. Две точки доступа, — мостик, где у него много людей, на случай проблем, и его офис, где сейчас нет постоянной охраны.
— Хотите кому-нибудь позвонить? — спросила Таним, ухватившись за ту часть фразы, которую она поняла.
— Мне нужно кое-кому позвонить, да, — мрачно сказал Харпер. — К сожалению… ну, всегда есть альтернативный вариант, не так ли?
— Вы хотите, чтобы я вам помогла? — нерешительно спросила Таним. — Я могу сражаться, немного.
Он улыбнулся. — Я не сомневаюсь, что ты можешь, — сказал он. — Но даже с твоей помощью… их слишком много.
— У меня также есть специальные иглы, которые вы оставили в воздуховоде, когда впервые поднялись на борт, — напомнила ему Таним. — Элисон передала мне их, чтобы я их спрятала.
— Это могло бы сработать, если бы мне не пришлось пересечь половину корабля, чтобы попасть туда, — сказал Харпер. — Однако я слишком далеко, и нет шансов, что меня не заметят.
— Тогда, может быть, я сделаю это за вас, — предложила Таним. — Я могу попасть в офис по воздуховодам. Если вы научите меня работать с пультом управления, возможно, я смогу сделать звонок от вашего имени.
На мгновение Харпер уставился в пространство, выражение его лица было напряжённым и задумчивым. Но затем он покачал головой. — Не подходит, — сказал он. — Это слишком сложно, чтобы я мог объяснить, а любое неловкое движение может навести людей на мостике на мысль, что там кто-то есть. Тогда они отключат систему, возможно, даже демонтируют её.
Он заставил себя улыбнуться. — Кроме того, вряд ли можно войти и выйти в одиночку, не оставив следов на воздуховоде.
Таним понимала, что как только Неверлин узнает о ней, они с Фростом выследят её и убьют. — Мне всё равно, — сказала она, изо всех сил стараясь быть храброй. —
