Она остановилась, опустошив своё сознание, так что оно стало похоже на гладкую поверхность озера; ни малейшей ряби не пробегало по его поверхности. Потом в глубине что-то зашевелилось, точно рыба, которая скользит под водой, не выныривая на поверхность. «Рыба» проплыла и утонула. Элири ждала. Наконец, «рыба» вернулась и на этот раз взвилась вверх в серебристом прыжке. Прежде, чем Элири снова потеряла её, девушка выкрикнула всплывшее в сознании слово.
— Сиэрен!
Мгновение казалось, что все древние камни вокруг вспыхнули, объятые пламенем. Потом позади неё они заскользили медленно и мягко; открылась ещё одна, последняя дверь. Девушка нетерпеливо зашарила взглядом. Внезапно её охватило отчаяние. Что там? Неужели ничего, кроме… Она вгляделась повнимательнее. Похоже на ком старой влажной глины. Влажной? С тех пор, как дом покинули прежние владельцы, прошло много, очень много лет. Как глина могла оставаться влажной так долго, даже если она находилась в закрытом помещении? Элири вспомнила волшебные шкафы наверху; может, и здесь то же самое? Но оставался вопрос — зачем понадобилось прятать глину в таком потаённом месте? Девушка дрожащими пальцами коснулась матово поблёскивающей поверхности.
Стараясь изгнать из головы все мысли, она предоставила рукам действовать самостоятельно, даже не вглядываясь в то, что они лепили. Покончив с этим, завернула своё изделие в кусок ткани. Ею, без сомнения, руководили высшие силы, и от них же последовало указание взять с собой то, что у неё получилось. Элири не противилась, хотя и не понимала причины. Зато она отчётливо ощутила, что могущественные силы так или иначе связаны с прежней хозяйкой этого дома. Ну что же, она доверится той, в чьих жилах текла та же кровь, что и у неё. Элири отнесла ткань и то, что было в ней завёрнуто, наверх, потом поела и поспала.
К полудню она уже далеко продвинулась по тропе, ведущей с гор вниз. Впереди скакали кобылы Кеплиан, вслед за ними — нагруженная лошадь. Элири сидела на Тарне, гарцевавшей с очень самодовольным видом. Хилан намного опередил остальных, разведывая путь.
Безо всяких приключений они добрались до предгорий, и Элири сделала привал, чтобы отдохнуть. Эту ночь они проведут здесь, а на рассвете закончат спуск и встретятся у брода с её друзьями. По пути девушка без труда подстрелила нескольких прыгунов, которых вспугнул стук копыт. Теперь она отошла с ними в сторону. Кровь уже почти вытекла, и сейчас оставалось лишь освежевать и выпотрошить тушки. Внутренности она сожгла, а связку шкур укрепила в развилке дерева, при крыв сильно пахнущими листьями. Если все закончится хорошо, можно будет забрать их. Чтобы выжить в этой стране, нельзя допускать, чтобы добро пропадало сколько бы его ни было.
Она сноровисто проткнула две тушки заострённым прутом и укрепила над костром, который уже потрескивал внутри круга камней. Остальные разрезала на куски и положила в горшок с водой, добавив туда зелень и травы, которые всегда возила с собой. Поутру ей будет некогда заниматься приготовлением еды; мясо которое за ночь хорошенько протушится на медленном огне, обеспечит ей завтрак. Как только прыгуны как следует прожарились, Элири съела их, сильными зубами отрывая сочное мясо от костей.
Кеплиан уже дремали, стоя вокруг костра, когда она расстелила рядом с ними походную постель и легла спать. Ей снились сумбурые, но зловещие сны. Сначала появился Фар Трейвелер, взгляд его глаз с печалью был устремлён на неё, а пальцы сложены в знак предостережения. Потом его сменил Кинан, и дремлющее сознание Элири потянулось к нему. Их дружба продолжалась не слишком долго — и всё же это был настоящий друг. Как сложилась его жизнь после её ухода? Жив ли он? Скорее всего, нет. Интересно, сейчас он явился, чтобы тоже предостеречь её? Фигура старика неторопливо двигалась среди холмов, и Элири поняла, что это Карстен. Кинан направлялся к маленькому кладбищу, где покоились его родные, и девушка последовала за ним.
Когда он добрался до места, она увидела, как в солнечном свете пламенеет цветами посаженный ею куст. Кинан одними губами произнёс её имя. Небольшой ветерок подул в сторону куста, и яркие лепестки посыпались на зелёную траву. Здесь всё было пронизано ощущением мира и покоя, ощущением того, что долгое путешествие наконец завершено. Элири сдержала слезы, почувствовав, что было бы неправильно оплакивать его. Он сам выбрал и время, и тропу.
Потом она провалилась в глубокий сон без сновидений и утром почувствовала себя отдохнувшей. Вскочила на тёплую спину Хилана, и маленький отряд рысью поскакал по тропе туда, где пенился и журчал ручей. Вскоре послышались звуки речи, Элири замахала друзьям рукой.
— Давайте не тратить времени даром, — сказал Джеррани. — Я посвятил своих людей в наши планы. Они согласны сражаться вместе с Кеплиан.
Элири кивнула, послав мысленное сообщение тем, кто ожидал в тени деревьев. Кеплиан поскакали к броду, дробно стуча копытами. Навстречу им вышли люди, ведя в поводу трёх лошадей. Элири сняла со своей лошади тяжёлый узел и развязала его.
— Джеррани, я нашла эту кольчугу у себя в доме. Она в точности такая же, как та, что я подарила Маурин. Надень её. Тот, кому она когда-то принадлежала, в своё время тоже сражался с Башней. Ему было бы приятно узнать, что он так или иначе причастен к нашей битве.
Рубашка кольчуги свободно стекала с её рук, поблёскивая в солнечном свете. Металлические звенья отсвечивали, меняя свой цвет, точно масло на воде.
Без единого слова Джеррани надел кольчугу. До этого на нём была лишь кожаная рубашка с пришитыми к ней металлическими кольцами. Но это… Это был исключительный подарок. Интересно, сколько таких кольчуг в запасе у Элири? Сейчас ему было известно о трёх. Может, есть и ещё? Но он не стал спрашивать. Важно, что теперь на каждом из них была надета такая кольчуга, и Маурин в ней будет в большей безопасности. По-настоящему его больше ничего не волновало. Он посмотрел на Элири и убедился, что кольчуга — это ещё не все.
Из того же самого узла она достала кинжалы. У Джеррани перехватило дыхание, когда он увидел серебряные лезвия, мягко мерцающие в солнечном свете.
— Серебро? Элири улыбнулась:
— Серебро, но особым образом закалённое. Они не менее острые, чем стальные. Возьмите их. Это оружие вдвойне опасно для Тьмы.
Джеррани отцепил свой кинжал и присоединил к нему протянутый Элири. Маурин сделала то же самое. Свою кожаную рубашку с металлическими кольцами Джеррани повесил на ветку, а кинжалы прицепил к поясу. Подошла Зела, он отвесил ей поклон и вспрыгнул на мощную спину. Когда его ноги обхватили её, она сделала небольшой курбет, проверяя, насколько прочно он сидит. Джеррани засмеялся и погладил горделиво выгнутую чёрную шею.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
