А там, по туннелю из массивных древних стен, торопливо шагали три человека с горящими факелами в руках. Перед внутренним взором Элири маячило бескровное лицо, искажённое, почти нечеловеческое. Глаза умоляли её поторопиться, и она спешила изо всех сил, почти мчалась вдоль покрытых слизью стен. Следом за ней, с кинжалами наготове, бежали Маурин и Джеррани. В конце концов они остановились, глядя на то, что предстало их взорам.
— Может быть, мы бежали по кругу? — спросил сбитый с толку Джеррани.
Снаружи Башня выглядела большой, и всё же не настолько, какой она казалась внутри. Они бежали по туннелю уже почти полчаса, всё время практически по прямой. Теперь перед ними открылась огромная пещера. Сводчатый потолок терялся в высоте. Извилистая тропа уходила в тёмную глубину, и по краям плит, которыми она была вымощена, слабо светились руны.
— Этот путь показал мне Ромар, — негромко сказала Элири. — Он думал, что так будет безопаснее всего добраться до цели, потому что хозяина Башни это место пугает. Может быть, тут у нас есть союзники?
Ощутив натяжение в области шеи, девушка сняла кулон со шнурка. Поставила Пехнана на землю и отступила, сделав друзьям знак молчать. Стены, по которым струилась вода, закурились туманом, который окружил кулон. Когда туман рассеялся, перед ними вновь стоял огромный жеребец.
«Следуйте за мной», — с этими словами он ударил по каменному полу копытом.
Насторожённо оглядываясь, они гуськом побежали по тропе. Руны, мимо которых они пробегали, с каждым шагом светились все ярче. Казалось, этот свет рассыпался крошечными мерцающими пылинками, которые кружились в водовороте, прилипая к более высокой части стен и там, как показалось Элири, складываясь в новые руны. Одновременно у неё возникло очень странное ощущение — как будто по мере продвижения вперёд она становилась все меньше. Как будто пещера выросла в размерах, а они превратились в насекомых, ползущих по бесконечному пути в неизвестное будущее, недоступное их пониманию. Успокаивал лишь тот факт, что Пехнан продолжал уверенно скакать вперёд.
Совершенно неожиданно пылинки света сформировали перед ними нечто вроде серой каменной колонны. Элири с беспокойством остановилась. Что это? Она взглянула на жеребца, который неподвижно замер перед колонной. Никакого сигнала он не подавал, и девушка терпеливо ждала, глядя на световые пятнышки, ползущие по поверхности колонны. И вдруг удивлённо отступила. Из этой игры света и тени на поверхности колонны стали проступать знаки — или ей померещилось? У неё за спиной глубоко вздохнула Маурин.
Элири повернулась:
— Что это?
— Как-то раз, много лет назад, когда я была ещё ребёнком, мы поехали в гости к Духаун. Она рассказала мне историю об одном из Великих, который жил далеко от тех мест, где находится Долина. Он был не плохим человеком — просто легкомысленным. В конце концов, натворив немало глупостей и причинив вред тем, кого любил, он удалился от людей.
Внезапно Элири осенило.
— Интересно, был ли он знаком с моими предками из каньона? И если да, то, может быть, это обстоятельство послужит своего рода пропуском для нас?
— Не знаю. Но Духаун показывала мне его старый портрет. Там по нижнему краю тоже шли руны, и они выглядели в точности, как эти. — Она кивнула на колонну.
— Как его звали?
Не говоря ни слова, Маурин наклонилась и принялась писать в пыли, тонким слоем покрывающей камни. Элири поняла, почему она так действовала, — ей уже давно было известно, какой силой обладало в этой стране изречённое слово. Элири прочитала его и несколько раз мысленно повторила, пока не убедилась, что запомнила. И решительно подошла к колонне. Да, это действительно были руны, и последняя из них представляла собой имя. Девушка мягко обвела её пальцем, глубоко вздохнула и… произнесла имя.
Вспыхнул свет — точно ударила молния. Сила взревела, и возникло ощущение, как будто некто открыл спросонья глаза и внимательно изучает её. Элири стояла непоколебимо, не мешая тому, кто разглядывал её, понять, кто она такая и что здесь делает. Потом ощущение чужого присутствия исчезло, но зато вздрогнули по очереди Маурин и Джеррани — когда «это» исследовало и их. И вдруг всё кончилось так же быстро, как и началось.
У их ног одна за другой запылали руны, указывая путь. Возникло ощущение, что хотя нельзя было сказать, что им не рады, но всё же будет лучше, если они поскорее покинут это место. Однако, по мнению Элири, уходить было ещё рано.
Она шагнула вперёд и заговорила доверительным тоном, как если бы обращалась к другу:
— Ты не спросил, и всё же мне хочется, чтобы ты знал: в моих жилах течёт кровь тех, кого ты, возможно, знал.
Девушка постаралась как можно точнее нарисовать в своём воображении лица тех, кто когда-то владел каньоном, и ощутила внезапный прилив интереса. Тогда она очень тщательно припомнила всё, что произошло, когда туман позволил ей войти. Рао сказала, как была огорчена тем, что не успела узнать о своих предках побольше, что они так быстро покинули её.
Теперь таинственная сила ожила, явно заинтересовавшись её историей. И очень быстро разобралась во всём. Поняла, как Элири прибыла в этот мир, как встретилась с Тарной и Хиланом, а потом и с предками, признавшими в ней свою наследницу. Когда сила узнала о том, что произошло с Ромаром, она испытала чувство смутного гнева — оказывается, в месте её упокоения обитало Зло.
Как говорил Ромар, всякий обмен мыслями — это улица с двусторонним движением. В свою очередь, Элири поняла, что здесь мало что осталось от человека, который покинул Башню давным-давно, унеся с собой большую часть силы. Он ушёл отсюда в поисках другого дома, но какая-то часть его по-прежнему оставалась в этом месте, которое он так любил. И сила этого человека была столь велика, что даже слабая тень его всё ещё была способна сделать другому дар.
Девушка медленно покачала головой:
— Нам не нужно ничего. Просто не относись к нам плохо и дай возможность пройти.
Ответом на её гордость было ощущение весёлого изумления. Потом нахлынули воспоминания. Женщина из каньона приходилась ему родственницей. Пусть та, в чьих жилах течёт её — а значит, и его — кровь, возьмёт то, что принадлежит ей по праву. Светлые пылинки взлетели и мягко опустились на Элири, покрыли её с ног до головы и исчезли. В сознании зазвучали слова. Девушка выслушала — и согласилась. Похоже, она и впрямь обладала правом, которое даёт кровное родство. Элири подняла свой кинжал и проследила взглядом, как пятнышки света утонули в нём. Потом она повернула голову.
— Джеррани, Маурин, выньте из ножен своё оружие. Мерцающие точки снова вспорхнули и накрыли сначала их, а потом поднятые кинжалы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
