помещении. Бутик был настолько малюсенький, что его с трудом можно было отыскать. На открытии магазина Кельвин Кляйн посмотрел на наши платьица и сказал: «Какой прекрасный замысел». Для меня это было огромным комплиментом, учитывая нелюбовь Кельвина к цвету и принтам. Несмотря на отказ Gucci, я стала чувствовать, что дела идут в гору.
Это ощущение подтвердилось в Лос-Анджелесе, во время церемонии вручения премий «Оскар». У нас с Барри была традиция устраивать субботний пикник-ланч для нашего друга Грейдона Картера, редактора журнала Vanity Fair и ведущего их знаменитой оскаровской вечеринки. Среди гостей было множество звезд, и все больше из них стали появляться в DVF. Это уж точно было показателем успеха!
Мы расширили ассортимент товаров, который сначала состоял из нескольких платьев, до полноценной коллекции. Дважды в год мы проводили официальные показы в нашей студии. Их названия – «Работающая девушка», «У вулкана», «Принцесса-бунтарка» – отражали дух женщины, для которой мы создавали одежду: раскрепощенная, сексуальная, независимая, постоянно находящаяся в движении и немного озорная. После успешного показа «Дольче Дива» два журналиста получили ушибы от свалившейся на них световой конструкции. Я чувствовала себя ужасно виноватой и навестила в больнице Хилари Александр, уважаемого всеми редактора газеты Daily Telegraph. Она повела себя очень благородно и, несмотря на травму, написала прекрасный отзыв о показе. Но пришло время выходить в высшую лигу и устраивать показы на Нью-йоркской неделе моды.
К 2002 году наш бренд был представлен практически в каждом люксовом торговом центре, включая ключевого игрока на рынке – Bergdorf Goodman. Я снова перестала выпрямлять свои волосы. Я взяла реванш! За три года мы прошли удивительный путь от работы в убыток и советов моих встревоженных близких закрыть компанию до очень прибыльного бизнеса. Никто в индустрии не мог в это поверить. Никто не ожидал от нас того, что мы сделали, и многих удивило то, как нам удалось заново воссоздать бренд. Мы с Паулой позиционировали бренд, используя современный подход, – и вот бизнес, зародившийся в 1970-х, успешно перешел рубеж веков и вошел в XXI век с флагманской моделью платья с запа́хом и новыми моделями для представительниц всех стран и поколений.
Компания развивалась по мере появления новых возможностей, без генерального плана. В 2003 году мы открыли магазин в Майами, а через год – в Лондоне, в небольшом бутике в районе Notting Hill, где бренд стал настоящим хитом. Еще через год последовал Париж, где мы устроили эффектную вечеринку по случаю открытия. Так совпало, что Мадонна тогда была в Париже, и я отправила ей электронное письмо. Она пришла на открытие с дочерью в сопровождении свиты папарацци и купила платье с запа́хом, которое потом надела на пресс-конференцию в Израиле. О лучшем друге и лучшей рекламе нельзя было и мечтать!
Мадонна еще раз здорово выручила нас несколько лет спустя, в Лос-Анджелесе, на вечеринке после церемонии вручения премий «Оскар» в 2008 году, которую она вела вместе с Деми Мур. Я не могла поверить своим глазам, когда увидела их обеих в одинаковых золотых платьях с запа́хом, которые для них заказала стилист Рейчел Зои после моего весеннего показа! Тогда я поняла, что моя карьера модельера по-настоящему состоялась. В тот вечер у меня был еще один повод для радости – реклама American Express, которую дважды показали за время трансляции церемонии. Для ее создания они наняли режиссера Беннетта Миллера, который был номинирован на премию «Оскар». Съемки проходили в поместье Cloudwalk и в студии. Беннетт сказал, что не хочет, чтобы я говорила заранее написанный текст, и вместо этого взял у меня интервью, а потом использовал его в качестве закадрового голоса. В тот вечер миллионы людей услышали, как я говорю: «Я толком не знала, чем хочу заниматься, но знала, какой женщиной хочу стать». Несмотря на то что я, должно быть, много раз говорила эту фразу и раньше, услышав ее по телевизору, я осознала ее силу. В этом желании заключается дух моего бренда.
В течение следующих нескольких лет мы открыли бутики в Токио, Джакарте, Сен-Тропе, Брюсселе, Шанхае, Гонконге, Москве, Мадриде, вторые и третьи магазины в Париже, Сан-Пауло и Пекине. Открытие магазина в Антверпене, которым управляет жена моего брата, было особенно значимым событием для меня, так как он стал моим первым магазином в Бельгии. Прославленный архитектор и дизайнер интерьеров Аксель Вервордт устроил шикарный ужин в мою честь в своем замке. Впервые в жизни я почувствовала, что я как модельер добилась признания в своей родной стране.
Еще одна замечательная возможность представилась для нас в Москве. Коллекция 2005 года была вдохновлена Россией и продавалась в магазине «Гардероб», и они пригласили меня приехать в Москву. Они устроили небольшой модный показ и ужин в мою честь в доме Толстого на улице Льва Толстого! После шоу, когда я сидела в саду Толстого под кустами сирени с бокалом шампанского и отвечала на вопросы журналистов, я подумала, как радовался бы мой рожденный в России отец, если бы смог меня сейчас увидеть.
Еще одно прекрасное воспоминание связано с приездом в Cloudwalk Роберто Стерна, дизайнера ювелирных украшений из Бразилии, совладельца и управляющего ювелирной компанией H. Stern. Мне всегда хотелось попробовать себя в роли дизайнера украшений, и тридцать лет назад я уже обсуждала возможность сотрудничества с его отцом Хансом. Я была без ума от качества их изделий, но Ханс отказал мне.
Я попыталась снова, в 2001 году, с его сыном, но опять ничего не получилось. Во время наших первых встреч, как я потом выяснила, я немного отпугнула Роберто, но, когда он впервые приехал в Cloudwalk, его изначальная робость переросла в воодушевление, и это положило начало нашей продуктивной совместной работе. Он потрясающе интерпретировал мое видение и не побоялся создать массивные украшения, которые я люблю, – огромные кольца с кристаллами и тяжелый браслет-цепочку «Сутра» из 18-каратного желтого золота, который я ношу каждый день. На каждом из его звеньев выгравирована одна из моих любимых сутр: Гармония, Целостность, Мир, Изобилие, Любовь, Знание, Смех и Созидание.
Бизнес рос с такой скоростью, что каретный дом на Западной 12-й улице оказался заполнен, а затем и переполнен сотрудниками. Семья DVF переросла свой дом, и нам нужно было больше места.
Я купила два исторических здания на углу Вашингтон-стрит и 14-й улицы, все в том же районе Митпэкинг. Часть зданий раньше служила жильем для сотрудников Джона Джейкоба Астора. На строительство нового шестиэтажного центрального офиса и студии ушло три года, так как район теперь носил звание исторического, к чему я сама приложила руку, устроив свой первый благотворительный вечер на Западной 12-й улице шестью годами ранее. Вместо того чтобы снести здания для строительства моего нового офиса, мне пришлось
