я также заказала четыре новых портрета у ведущих китайских художников.
Каждый раз, когда я вхожу в свой кабинет и вижу картину, которую написал для меня пеплом Чжан Хуань, или когда я захожу в библиотеку в поместье Cloudwalk, где висит мой портрет авторства Ли Сонгсонг, я рада, что доверилась своей интуиции, – это настоящие шедевры. А еще я исполнила свое желание, загаданное в новогоднюю ночь. Сейчас у нас двадцать один магазин в Китае и планы открыть еще 14 в течение следующих четырех лет. И я уж точно там «известна». В начале работы над проектом по развитию на китайском рынке у меня не было подписчиков в Sina Weibo, китайском аналоге «Твиттера». После «Красного бала» и выставки их число достигло трехсот тысяч, а сейчас, когда я пишу эти строки, у меня там больше двух миллионов подписчиков!
Уезжая из Китая, мы все чувствовали себя на высоте. Успех превзошел все наши самые смелые ожидания, и команда DVF проделала великолепную работу. Я и подумать не могла, что через три года мы снова будем организовывать выставку, на этот раз в Лос-Анджелесе. Но она пройдет совсем иначе. В случае с Китаем я в одиночку противостояла сопротивлению со стороны моей команды. Когда мы вернулись в Нью-Йорк, я осознала, что принятие самостоятельных решений – дурная привычка. Столько всего надо было поменять. Для бизнеса настало время переходить в третью фазу, которую я назову «Новая эра». Перемены всем нам дались непросто.
6
Новая эра
Я начала понимать это еще до поездки в Китай – перемены, одновременно захватывающие и болезненные, витали в воздухе. Мы с Паулой десять лет носились по стране, как Тельма и Луиза, и были главными красотками в округе. Бренд снова обрел молодость и имел оглушительный успех в 55 странах. Мы открыли 50 фирменных магазинов и подняли бизнес с нулевой выручки до 200 миллионов долларов в год. Что дальше?
Мои цели изменились. Я больше не жаждала финансовой независимости. Она у меня была. Мне больше не надо было доказывать, что первый успех был не случаен. Я это сделала. Теперь мне хотелось превратить хорошую компанию в превосходную и оставить наследие, которое будет жить после меня. Я достигла того возраста, когда начинаешь задумываться над тем, что ты оставишь своим внукам и их детям.
Начав создавать свое наследие за пределами бизнеса, я обрела уверенность в себе, своих силах и возможностях и считала своим долгом вселить эту уверенность в других женщин. Именно поэтому я присоединилась к Vital Voices и учредила премию DFV Awards. А еще настала моя очередь оказать поддержку модному сообществу и сообществу Нью-Йорка, которым я была стольким обязана. Эта возможность была предоставлена мне благодаря Совету модельеров Америки, и я даже не могу передать, какой честью для меня стало избрание на должность президента Совета в 2006 году. Журнал Women’s Wear Daily вынес новость о моем избрании на обложку, озаглавив материал «Избрание фон Фюрстенберг: мощные связи и элита в CFDA». Мы стали одной командой с новым управляющим директором Стивеном Колбом. Моей первой целью было превратить организацию в семью, привнести свежую кровь и сделать так, чтобы более опытные модельеры помогали начинающим и стали для них менторами. Вместе у нас было бы больше шансов стать сильнее и влиятельнее, чем по отдельности. В первый месяц после моего избрания мы со Стивеном полетели в Вашингтон, чтобы встретиться с представителями Конгресса и попытаться убедить их в необходимости закона о защите авторских прав в сфере дизайна одежды. Утром, когда мы приехали, наш лоббист Лиз Роббинс сказала, что день неудачный – все были заняты и, скорее всего, мы прождем весь день впустую. К счастью, оказалось, наши имена имеют больший вес, нежели она предполагала, что ее очень удивило. Мы встретились с сенаторами Хиллари Клинтон, Джоном Маккейном, Олимпией Сноу, Чарльзом Шумером, Дианой Файнстайн, а также представительницей Конгресса и будущим спикером Нэнси Пелоси. Мы объяснили необходимость срочно предпринять меры по защите авторских прав модельеров, сделали совместные фотографии и ушли, довольные результатом. Нам все еще предстоит проследить за тем, чтобы закон был принят, но мы однозначно привлекли внимание к проблемам модельеров и показали компаниям масс-маркета, как важно нанимать дизайнеров, вместо того чтобы просто копировать чужие идеи.
После трагедии 11 сентября и ее последствий для экономической ситуации Нью-Йорка моя подруга и могущественный главный редактор Vogue Анна Винтур предложила создать фонд, который бы занимался поиском и поддержкой молодых американских дизайнеров. Так появился CFDA/Vogue Fashion Fund, и я очень горжусь тем, что принимаю участие в его деятельности. Благодаря ему появились некоторые из самых одаренных современных дизайнеров и самых успешных брендов: Alexander Wang, Proenza Schouler, Rodarte, Rag and Bone, Prabal Gurung, Joseph Altuzarra, Jennifer Meyer – и это лишь несколько примеров.
CFDA активно поддерживает принципы культурного разнообразия и принимает меры по защите здоровья моделей. Организация оказывает поддержку проекту Made in NY, который направлен на развитие местной текстильной промышленности. Им руководит Андрю Розен (сын Карла, который спас мой бизнес в 1979 году). У CFDA есть много стипендий, которые помогают студентам американских вузов, изучающим дизайн. А еще Совет приходит на помощь в трудные времена. Мы собрали более миллиона долларов для помощи пострадавшим после землетрясения на Гаити и в поддержку кампании под названием Born Free, цель которой – искоренение проблемы передачи ВИЧ от матери к ребенку.
Мы со Стивеном никогда не забудем тот день, когда пришли в мэрию города на встречу с недавно избранным мэром Майклом Блумбергом.
– Чем мы можем помочь модной индустрии? – спросил он.
– Нам нужно место для проведения модных показов, центр моды. Было бы здорово сделать его на одном из пирсов, расположенных вдоль Гудзона, – самонадеянно заявила я.
Пирс мы так и не заполучили, но заместитель мэра Дэн Докторофф не забыл о моей просьбе. У Недели моды в Нью-Йорке появится свой дом: им станет Culture Shed – новый культурный центр-трансформер, площадь которого составит почти 19 тысяч квадратных метров и который объединит под одной крышей представителей целого ряда креативных сфер[14]. Я вошла в совет директоров Culture Shed, а сам центр расположится на северной оконечности невероятно популярного парка High Line, который является нашей семейной гордостью.
Парк High Line – это мечта, ставшая реальностью благодаря Джошу Дэвиду и Роберту Хэммонду, двум молодым людям, живущим по соседству – в районах Chelsea и West Village. Одним из последних указов мэра Джулиани, который он подписал за пару дней до того, как покинул свой пост, было решение демонтировать старую железную дорогу, которая проходила от Генсвурт-стрит до 34-й улицы. Когда
