они узнали об этом, им пришла в голову амбициозная идея воспрепятствовать этому решению и вместо сноса железной дороги превратить ее в парк. Моя семья поддержала их мечту, и благодаря помощи множества людей нам удалось ее осуществить. Открывшийся в 2009 году парк – результат работы потрясающих архитекторов и ландшафтных дизайнеров Джеймса Корнера и его бюро Field Operations, дизайн-студии Diller Scofidio + Renfro и Пита Аудолфа. Миллионы туристов и жителей Нью-Йорка наслаждаются прогулками вдоль прекрасной длинной зеленой полосы из диких цветов, кустарников и трав, приподнятой над городскими улицами. И я одна из них.
Благодаря этому всему Forbes включил меня в список двадцати самых влиятельных бизнесвумен в мире! И тем не менее мой собственный бизнес двигался в непонятном направлении, цепляясь за возможности, которые нам выпадали, без определенного списка целей и толком без особого плана. Пока мы упивались своим невероятным ростом, компании, появившиеся всего пару лет назад, но имевшие четкий план действий и грамотную маркетинг-стратегию, вдруг сильно обогнали нас по своей стоимости.
Наш новый креативный директор Иван Миспеларе только-только приступил к работе. Он пришел к нам с впечатляющим послужным списком из Gucci, где он занимал должность главного дизайнера женской одежды. Наши сексуальные модели в духе семидесятых во многом походили на стиль вещей Gucci, так что его кандидатура казалась как нельзя более подходящей. В 2010 году он приехал в Нью-Йорк встретиться со мной и Паулой, и мы тут же предложили ему работу.
Началось все неплохо – для вдохновения мы отправились на прогулку по парижским улицам, сходили на выставку Айседоры Дункан в музее Бурделя в 15-м округе и решили использовать эти впечатления в качестве отправной точки для нашей следующей весенней коллекции. Мы назвали ее «Богиня». Она получилась современной и при этом неподвластной времени и очень сексуальной. Крупные принты, яркие, переливающиеся цвета – я была в восторге. Наша совместная работа вызвала положительный отклик, и казалось, мы были созданы друг для друга. После этой первой коллекции, над которой мы работали вместе, я полностью отошла от дел, связанных с дизайном. Мне надо было заниматься Китаем и множеством других проектов, которые требовали времени и энергии.
Я посвящала все больше времени работе за пределами студии, а Иван остался за главного в отделе дизайна. Будучи перфекционистом, он очень серьезно относился к своей роли. Все были немного напуганы поведением этого европейского дизайнера, который пришел из Gucci и начал все менять. Идея Ивана заключалась в том, чтобы разделить коллекцию на две части – винтажную линию DVF 1974, добавив в нее аксессуары, и еще одну, с более изысканным и проработанным дизайном.
В теории это звучало отлично, но проблема была в том, что каждая из множества его идей воплощалась в жизнь, и это привело к созданию слишком широкого ассортимента и в конце концов к отсутствию цельности. Я почувствовала это во время поездки в Гонолулу, на торжественном открытии моего первого бутика на Гавайях, которое проходило за несколько дней до Дня благодарения в 2011 году. Менеджер Мэрили и моя давняя подруга принцесса Диальта ди Монтереале устроили потрясающую вечеринку, где был весь высший свет Гонолулу. Вечер прошел роскошно, мы продали много вещей, и все остались довольны. Но мне показалось, что что-то не так… ассортимент товаров был чрезмерно велик, и хоть мне нравился их дизайн и яркость, я задавалась вопросом, возможно ли поддерживать выпуск такого количества продукции с точки зрения долгосрочной перспективы.
К тому же, вернувшись в Нью-Йорк, я обнаружила, что в компании царит хаос. Меньше чем за год дизайн занял приоритетную позицию, и от этого начали страдать мерчандайзинг и производство. Мы отклонились от всех графиков и начали пропускать все сроки, и это действовало всем на нервы. Мне нравился Иван, я уважала его талант и знала, как много сил он посвящает работе. Так что я приходила время от времени и вместо того, чтобы разбираться в проблемах, только успокаивала всех, передавая ему все больше и больше полномочий. Но самое главное, я проигнорировала слова Паулы о том, что вещи перестали соответствовать имиджу бренда, и это вводило в заблуждение наших байеров и клиентов.
Хотя тогда я еще не до конца осознавала важность такого понятия, как «ДНК бренда», и необходимость соответствовать ему, мы все-таки начали ревизию фирменных элементов, и первое, чем мы занялись, была монограмма DVF. За все годы эти три буквы стали такими родными, что даже мои близкие теперь зовут меня DVF! Наш новый графический дизайнер, блистательный Диего Марини, поиграл с расположением букв V и F, раздвинув их, и тем самым придал логотипу новые очертания. Для наших фирменных пакетов и канцтоваров он разработал отдельный дизайн, поместив логотип среди россыпи из губ. Я была в восторге от нового яркого и элегантного образа, который олицетворял все ценности, которые я разделяю: силу, любовь и свободу.
Помню раннее утро летом 2012 года, когда я села в вертолет, который должен был доставить меня из поместья Cloudwalk на ветреную взлетно-посадочную полосу заброшенного аэропорта на острове Лонг-Айленд. Когда мы к нему подлетели, я посмотрела вниз и увидела наш новый логотип: блестящий, четыре с половиной метра высотой, а вокруг суетилась многочисленная команда рекламного гуру Трея Лэйрда, которого я наняла для съемки нашей следующей рекламной кампании. Конструкция размером с дом была сделана таким образом, чтобы казаться металлической, над ней – только небо, за ней – пустое пространство, под ней – мокрый асфальт, который мы поливали водой. В этой картине было что-то фантастическое. Я была поражена этим гигантским логотипом и снимками, на которых наша модель в том сезоне Аризона Мьюз позирует внутри конструкции и рядом с ней. После съемки я рухнула внутрь буквы V в порыве смеха, и кто-то сфотографировал меня. Я обожаю этот снимок и боролась за то, чтобы его поместили на обложку этой книги!
В тот день мы отлично повеселились. А вот когда начался организационный процесс создания «брендбука», на котором настаивали Паула и Трей, стало не до веселья. Цель брендбука – объяснить ценности бренда и определить единый фирменный стиль, которому все могут следовать. Поначалу я считала этот проект муторным занятием и пустой тратой времени. Но вскоре, когда мне начали задавать вопросы, на которые я затруднялась ответить, я осознала свою неправоту. В чем суть нашего бренда? Какие у него ценности? Какая у него миссия? Можно ли считать, что она четко прослеживается во всем, что делает бренд? Какие визуальные элементы лежат в основе бренда? Каковы наши основные цвета? Кто наша клиентка? Опишите ее. Трей сказал, что ответ на последний вопрос должен
