Андрей не нашёлся с ответом, а потому молча воззрился на «монаха».
– Во-первых, когда миру угрожают ненавистные язычники-колдуны, можно позабыть на время о взаимных обидах. По крайней мере, так должны поступить истинные христиане.
– Вместе или порознь, нам не одолеть колдовство! – с горечью воскликнул Андрей.
– Ты так считаешь? – быстро спросил «монах».
Молодой князь с безнадёжным видом развёл руками.
– Так знай же, что колдун Дрив, отправившийся на запад по поручению короля Данилы, схвачен нашими людьми и в настоящее время находится под стражей. Как видишь, никакое колдовство его не спасло.
Андрей рванулся к посланнику, схватил его за плечи и горячо зашептал:
– А ну… повтори, что ты сейчас сказал?! Повтори!..
– Да чего ты так волнуешься, – спокойно сказал Густав фон Хюрт, стряхивая руки князя. – Говорю же, наши люди пленили Дрива после того, как клетка с ханом Бату была брошена в море.
– И его колдовство оказалось бессильным? – на всякий случай переспросил Андрей.
– Я мог бы даже предъявить тебе доказательства, – благодушно улыбаясь, подтвердил «монах». – Однако ты не был близко знаком с Дривом, поэтому не сможешь опознать некоторые принадлежавшие ему вещи. Так что придётся тебе поверить мне на слово: Дрив уже в плену, и ему не сносить головы. Теперь очередь за Хорсадаром, проклятым убийцей твоего храбрейшего брата.
– Ну… а каково второе соображение? – еле выдавил из себя Андрей. Своевременное напоминание о главном колдуне заставило его вернуться к прежней теме.
– А во-вторых, князь, я уполномочен предложить тебе простой обмен, – охотно откликнулся Густав фон Хюрт.
– О каком обмене речь?
– Услуга за услугу. Поделим по-христиански… по-братски, если хочешь, владения. Нам достанется Новгород, тебе – Киев. И никто ни на кого не в обиде.
– Что-о?!
Вновь Андрей отказывался верить услышанному.
– А ты сам посуди, – принялся втолковывать «монах». – Не спорю, один из наших орденов предпринял недавно попытку захватить Новгород. Не буду отрицать, что мы крайне заинтересованы в присоединении этой земли к своим владениям. Нам это очень важно. Однако разве король Андрей не поделится с единоверцами?
– Я пока что не король, – попытался возразить молодой князь. – И ещё не ваш единоверец.
– Значит, ты станешь и тем, и другим, причём очень скоро! – воскликнул «монах».
Андрей вздрогнул и оглянулся. Ему почудилось, что возглас прозвучал под сводами церкви слишком громко. Однако никого из прихожан давно уже не было в храме, даже служители куда-то запропастились.
– Не бойся, князь, мы одни, – успокоил его посланник. – И я могу повторить то, что сказал перед этим: ты станешь нашим единоверцем дней через восемь. А затем и королём.
– Целых восемь дней? Но почему так долго? Надо побыстрее покарать колдунов, а не то…
– Священнослужитель, который вправе произвести крещение по католическому обряду, прибудет сюда, лишь заручившись твоим твёрдым согласием, – сказал «монах», который с интересом следил за сгоравшим от нетерпения князем. Пробормотав затем что-то насчёт «Dominica in albis», он продолжал: – А за эти дни, которые в православной традиции почитаются особо священными, ты умрёшь и воскреснешь к новой жизни, как Христос. Кроме того, тебе как великому правителю есть над чем подумать. Полагаю, ты отдаёшь себе отчёт в том, что в уплату за королевский титул и оказание помощи с нашей стороны святейший отец требует от тебя непременного перехода в западную веру всех подвластных тебе земель.
– Я прекрасно понимаю святейшего отца, но зачем непременно сейчас… – залепетал Андрей, в душе которого мгновенно возродились сомнения и неуверенность.
– Подобная проницательность достойна государственного мужа, – перебил князя «монах». – Но оцени милость святого отца: всего-то одно условие в обмен на заступничество и огромное благодеяние с его стороны. Ну, а орден воинов Христовых в свою очередь предлагает тебе отказаться от претензий на новгородский престол и не мешать нам завладеть этой землёй. Мы же берём на себя устранение короля Данилы и его сына, великого князя Льва, расчищая для тебя киевский престол. Можешь вернуться в древнюю столицу и утвердиться в городе твоих предков… Кстати, перед Данилой там правил твой отец, я не ошибаюсь?
Андрей рассеянно кивнул, обдумывая столь заманчивое предложение.
– Вот и станешь королём вместо Данилы! – бодро воскликнул «монах». – Только корону ты получишь от его святейшества Целестия, а не от выжившего из ума старого болвана, который для пущей важности именует себя вселенским патриархом.
– Я сделаю всё возможное для обращения Руси в западную веру, – Андрей не мог не вернуться к волновавшей его теме. – С моей стороны препятствий не будет, я уже говорил. Но народ… – и он растерянно умолк.
– Ты должен подать пример людям, и они последуют за тобой, – просто сказал Густав фон Хюрт.
– Да, я понимаю, но всё же…
Молодой князь нерешительно остановился. Очень не хотелось говорить ему это… но и смолчать нельзя! А как иначе…
– Что тебе неясно? Я жду, – с мягкой настойчивостью подбодрил его посланник.
Андрей понял, что говорить всё же придётся, вздохнул и спросил:
– А ежели кто не захочет принимать вашу веру?
«Монах» отвернулся и издал странный звук, средний между печальным вздохом и едва сдерживаемым смехом. Затем вновь повернулся к князю и резко отчеканил:
– Когда святейший отец и высокочтимый гроссмейстер отправляли меня к тебе, они считали, что имеют дело с серьёзным человеком и властным правителем, а не с нерешительной особой.
Ну конечно, не следовало так говорить! Вот угораздило… Андрей потупился и покраснел, как варёный рак. Хорошо ещё, что в темноте церковного придела его смущение не так заметно.
– Пойми, князь, я вовсе не хочу обидеть тебя, – по тону чувствовалось, что Густав фон Хюрт смягчился. – Просто тебе не пристало задавать подобные вопросы. Что делать с людьми, которые не захотят последовать твоему примеру? А что сделал твой великий предок князь Володимир, когда ему надо было окрестить свою державу?! Да просто сказал: «Кто не последует за мной, тот нелюб мне будет». Вот образец христианской мудрости. Ибо, с одной стороны, в Евангелии от Луки сказано: «Кто не против вас, тот за вас». В то же время Иисус любил повторять: «Кто хочет идти за Мною, отвергнись себя и возьми крест свой и следуй за Мною». Значит, главное, чтобы народ молчал: кто не станет возражать, тот тебе не враг. Враг лишь тот, кто противится открыто. Но на то тебе дана сила и власть, чтобы победить непокорных! Вспомни также, как Иисус в нагорной проповеди велел поступать с негодными побегами. И вспомни наконец, как поступил с врагами веры Христовой князь Володимир, твой славный предок. А вспомнив, отринь последние сомнения, если таковые у тебя ещё остались.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
