– Я сказала, проваливай. Господину Алексу до тебя нет никакого дела.
– Но я не могу проваливать! – возмутилась девушка. – Я не знаю куда. И как вы позволяете себе со мной разговаривать!
– «Вы»? – удивилась Лора. Что значит «вы»? Я разговариваю одна. Господи, какой бред. Хорошо, Алекс проводит тебя куда-нибудь, может быть, даже поцелует на прощание. Иди, девочка.
– Меня зовут Ася.
– Что? – сказала Лора и на секунду замерла с открытым ртом.
– Я просто сказала, как меня зовут.
– Прелестно. Ты когда-нибудь ходила на костылях?
– Да, – удивилась Ася, – откуда вы знаете? Я ходила на костылях целых четырнадцать лет. Меня никто не мог вылечить. Повреждение спинного мозга в раннем детстве.
– И однажды ты упала с лестницы и сломала спину? Тогда тебя сильно обидели. Это было?
– Я не хочу об этом говорить.
– А я хочу. Это очень важно. Если это секрет, я прогоню Алекса, и мы будем говорить только с тобой. Расскажи мне все. Садись сюда. Я буду задавать вопросы. С чего это началось? Почему они тебя обидели?
– Я училась в лучшем колледже, лучшем в нашем городке, – начала Ася; она оперлась локтями на стол и приложила пальцы к щекам, – но это было так давно. Давно не в смысле времени, просто в другой жизни. Я была инвалидом, то есть, не такой как все. Но я старалась быть такой как все. Я старалась быть веселой и во всем участвовать. Ну что еще? Со всеми дружила. Нормально училась. Не очень вредничала. Однажды нас попросили написать сочинение о нашем колледже, причем попросили написать правду, именно то, что мы думаем. Все остальные написали обычные красивые фразы, списанные с учебников. А я написала, что мне в колледже не нравится. Я написала что мне плохо и что мне не нравится учиться. Это была правда, но меня же и просили написать правду. Они сами этого хотели. Они прочитали мое сочинение при всех и стали обсуждать. и все стали говорить, что мне не нравится потому, что я безногая. Они склоняли меня по всякому, называли уродкой и говорили, что я позорю это учебное заведение. Я, конечно, не осталась в долгу, и сказала им немало хороших слов. Я не буду пересказывать, что они мне говорили. Тогда я была маленькая и очень ранимая. Сейчас это все проще. Дальше и проще.
– Потом ты шла по коридору третьего этажа, – заговорила Лора. – Ты прошла от третьего химического класса к залу, потом по коридору, мимо пустой столовой, четырнадцатого и пятнадцатого кабинетов, потом вышла на лестницу и упала. Ты помнишь высокие потолки, темные стены, пустоту и тишину. И наклонное солнце на ступенях.
– Там никого, кроме меня, не было, – тихо сказала Ася, округлив глаза.
– Конечно, не было. Но твое воспоминание записано на мой мозг. Теперь оно мучает меня точно так же, как и тебя. Или даже сильнее, потому что майнд-блоки обычно форсируют. Расскажи, что было дальше. Рассказывай, рассказывай!
– Дальше, меня привезли в больницу. У меня был перелом позвоночника в двух местах. И разрыв спинного мозга. Еще неделю они поддерживали мою жизнь всякими приборами, но это было дорого, и у нас закончились уешки. Они сказали, что выключат свои приборы и я умру. Я была в сознании, и все это слышала.
– И что же случилось?
– Мы решили подключиться к сети. Это был последний шанс. Как вы знаете, безопасных уровней влияния там нет, но первые два, они не очень страшные и вредные.
– Это помогло?
– Сеть не смогла меня вылечить на нижних уровнях. Я решила подниматься выше, хотя это могло закончиться всем, чем угодно. Мне ведь нечего было терять, вы понимаете. Я могла просто исчезнуть, испариться, сгореть или превратиться в жабу, никто не знает, что сеть сделает с тобой. Она могла подменить мой мозг, просто запросто. А может быть, она его и подменила, только никто не заметил.
– Дальше!
– Я дошла до девятого уровня. Все говорили, что на девятом уровне возможно любое чудо. Правда, не обязательно то чудо, о котором ты просишь. Мне повезло. Сеть создала мне новое тело, совершенно здоровое. Это было все равно, что выиграть в лотерею миллион уешек. Прошло три года, а я до сих пор не могу этому поверить.
– Прошло гораздо больше, чем три года, – медленно проговорила Лора. – Какой черт тебя сюда принес? Это разбивает все мои планы. Теперь у меня связаны руки.
– В смысле? – спросил Алекс.
– В смысле, я не могу ее убить. Это то же самое, что убить саму себя. Вселенная все же нашла единственный аргумент. Я оставляю жизнь этим курицам.
Гоша прошелся по набережной и направился домой. Треугольные елочки росли повсюду. Город превратился в какой-то питомник пушистых растений. Город стал совсем другим, будто инопланетным. Ну и бог с ним, с городом. Это его проблемы.
Гоша вошел в свою комнату и закрылся изнутри. Сейчас он прекрасно знал, чего он хочет. Знать свою цель, вот в этом основная трудность. До сих пор он пытался ползать по нижним уровням, выхватывая для себя то одно, то другое, но все по мелочам. Но были ведь и верхние уровни, на которых все чудеса становятся нормальны и реальны. Они никому не запрещены. Просто бери – и входи. Входи – и проси все, что хочешь. Большинство людей боятся этого, боятся возможностей, боятся самих себя, в конце концов. Большинство людей не знают, чего они хотят. Но Гоша знал, и сегодня он выбрал девятый уровень.
Невозвратимость. Вот в чем проблема верхних уровней. Каждый раз они меняют твою жизнь так, что она уже никогда не сможет стать прежней. Об этом ходило множество историй, одна страшнее другой. Об этом снимали фильмы и сочиняли сказки. Но все они в конце концов сходились на одном и том же: на смерти. Или исчезновении. Что могло быть гораздо хуже смерти. Никто не знал, куда уходит исчезнувший и делает ли он это добровольно. Точно так же никто до сих пор не знал того, что ждет нас за порогом смерти: пустота, справедливый мир или еще что-нибудь. Поговаривали даже о двух видах смерти – ты мог умереть обычным путем, как все, или тебя всасывала сеть. Возможно, что жизнь вечная, если такая существует, в этих двух случаях очень сильно различается. И никто не рассказывал правды о высших уровнях. Никто просто не мог. И в самом деле, никто и никогда не видел человека, который мог бы сказать: «Вот я вчера погулял по десятому или двенадцатому уровню. Неплохо, черт возьми!» Если такие люди и были, то они встречались нечасто и жили недолго. Но Гоша знал, чего он хочет.
Он выбрал девятый уровень в основном меню. Для этого ему не нужно было ничего делать – сеть просто ощутила его решимость и правильно среагировала на нее. На всех уровнях, кроме первого и второго, ты творил чистой мыслью, а приказывал чистой волей, если только букашка может приказывать колоссу, который разглядывает ее, держа на своей ладони, и в любую секунду может прихлопнуть ее, – от скуки или по неосторожности.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
