– Откуда у тебя оружие?
Она продолжала манипулировать с шаром, лежа на спине. Алекс видел, как оранжевый шар огненными каплями отражается в ее неподвижных зрачках. Она работала вслепую: глаза не успевали за пальцами.
– Откуда оружие? Это пальцевый пулемет. У робота он смонтировал на указательном пальце. Первым делом я его отсоединила. Я знала, что нам не хватит одной или двух минут. Ты мне должен помочь. Лови!
Она бросила ему предмет, похожий на толстую авторучку.
– Что с ним делать?
– Направляй в коридор и жми на желтый выступ. Жми все время не отпускай. Води налево, направо, вверх и вниз. Пули будут отражаться от стен, пола и потолка. Только не высовывайся. У меня еще много работы. Когда роботы встанут, можешь больше не нажимать. Они умеют стрелять лучше тебя.
Прошло несколько секунд и стрельба с той стороны прекратилась.
– Эй! – кто-то крикнул оттуда. – Мы хотим переговоров.
– Пошли вы в ***! – крикнула Лора.
– У нас заложники. Сорок девушек. Мы уже начинаем их убивать!
– Мне меньше работы!
– Но если они действительно их убьют? – спросил Алекс.
– Наверняка убьют. Но им все равно не жить. И даже такой романтичный идиот, как ты, здесь ничего не изменит.
– Тогда мы убьем Тюрина! – крикнули с другой стороны.
– Прекращай стрелять! – сказала Лора.
– Что? – не понял Алекс.
– Прекращай стрелять. Иначе они убьют Тюрина, – сказала Лора и крикнула в коридор, – Нам нужно подумать двадцать минут!
– Зачем нам этот Тюрин? – спросил Алекс.
– Заткнись.
– Может быть, ты мне что-то расскажешь?
– Я тебе ничего не должна.
Она продолжала работать. Наконец, один из роботов шевельнул головой. Затем начал двигать челюстями, скрежеща зубами, или тем, что заменяло ему зубы.
– Что он делает? – спросил Алекс.
– Разминает ротовые ролики. Еще вопросы есть?
– Есть. Кто ты?
– Это сложный вопрос. Ты уверен, что хочешь знать?
– Нет.
– Раз нет, тогда слушай. Скажу сразу, я не человек. Я просто интеллектуальная программа, имитирующая человеческую психику.
– Искусственный интеллект?
– Нет. Искусственный интеллект моделирует человеческий разум, я же просто притворяюсь человекоподобной. На самом деле я работаю по принципиально другим схемам. Я была создана специально для работы на этой станции. На самом деле нас двое: я и Тюрин. Наш интеллектуальный потенциал одинаков, но я создана женщиной, а он мужчиной. Мы не можем жить друг без друга, так нас создали. Это не совсем любовь, в человеческом понимании, потому что это не мешает нам ненавидеть друг друга.
– Тогда это любовь, – сказал Алекс. – У людей то же самое.
– Может быть. Поэтому я не могу допустить, чтобы они убили Тюрина.
– Куда делась настоящая Лора?
– Не имею представления. Нас просто подменили. Как программа-имитатор, я лучше всего приживаюсь не в машине, а в человеческом мозгу, предпочтительно в женском. Хотя в машине тоже можно. Я живу уже шестнадцать лет и за это время сменила девять человеческих тел, считая и нынешнее. Плюс две машины. Обычно я прилетаю на станцию два раза в год с плановой проверкой и делаю некоторые другие вещи, которых ты не можешь понять.
– Спишь с Тюриным?
– Это выглядит иначе.
– Не сомневаюсь.
– В этот раз ситуация оказалась критической. На станции остались деньги, которые могли быть украдены. И ни один корабль не мог стартовать с земных космодромов. Вторжение перевернуло все с ног на голову. Все, кроме денег. Поэтому деньги решено было спасти. Ваша экспедиция оказалась нашей последней надеждой, а Лора – единственной женщиной. Наши тела обменялись сознаниями. К счастью, это почти совпало во времени со взрывом вавилонской бомбы. Вы ничего не заподозрили, вы просто считали меня больной. Все было нормально до тех пор, пока вы не начали меня лечить. Тот аппарат, который вы использовали…
– Что это было? – спросил Алекс.
– Я не знаю, что это было. Этот прибор до сих пор неизвестен на Земле. Вы обращались с ним безо всякого понимания. Он включился, и мой объем мгновенно увеличился примерно на тридцать два процента, за счет лишней информации. Вы записали на меня кучу чужих майнд-файлов, некоторые из которых я не могу расшифровать до сих пор. Большинство из них были просто воспоминаниями и мыслями Охотника. Первые несколько часов я чувствовала себя так, как будто меня расплавили и размешали. Потом начала восстанавливаться. И я все-таки затащила вас сюда.
– Ты затащила нас сюда? Разве ты?
– В любом случае мы бы оказались здесь. Охотник жутко силен, но я знаю его мотивы. А мотивы – это управление. Точнее говоря, управление – это использование чужих мотивов в собственных целях. Это было так, как будто я играла, зная карты соперника. И мы оказались здесь.
– Теперь нам надо отсюда выбираться, – сказал Алекс и дал очередь в ответ на пару выстрелов, раздавшихся с той стороны. – Кстати, как работает этот пальцевый пулемет? Если это пулемет, то он должен метать пули. Но в такой мелкой фигнюшке больше трех пуль не поместится. Чем мы стреляем в таком случае?
– Ты как будто из каменного века.
– Я все равно не понимаю как может быть пулемет без пуль.
– Он стреляет воздухом, – объяснила Лора. – Он генерирует поле, которое сжимает некоторое количество воздуха до плотности камня или металла и швыряет его вперед с огромной скоростью. Такая воздушная пуля пробивает двухмиллиметровый стальной лист. Когда она застряет внутри твоего врага, поле выключается, и воздух снова становится воздухом. И он разрывает твоего врага изнутри, как пампушку.
– Что такое «пампушка»? – спросил Алекс.
– Сама не имею понятия. Просто сказала. У нас еще двенадцать минут до окончания перемирия. Предлагаю напасть первыми.
– А как же Тюрин?
– Мы рискнем. Рисковал же этот гад моей жизнью. Он меня, конечно, любит. Но у него есть и другая. Он с нею тайно встречается по сети. Я узнала об этом еще два года назад. Он бы не слишком мучился, если бы я умерла.
– Кто она? – спросил Алекс.
– Трудно тебе объяснить. Программа-трансгрессор, если тебе это о чем-то говорит. А сейчас приготовься, держись за что-нибудь крепкое и не поднимай головы. Роботы движутся быстро.
Оранжевый шар погас. Несколько секунд слышалось тихое жужжание и Алекс уже приготовился к тому, что сейчас увидит, как три громадных человекоподобных машины медленно поднимаются со своих лож, вертят головами во все стороны, вскидывают руки, прицеливаясь. И все такое прочее, как в фантастических боевиках. Но все вышло иначе.
Стадо бешеных носорогов свалилось ему прямо на голову. Ощущение было вроде этого. Роботы передвигались со скоростью хорошей гоночной машины, а их многопудовые конечности двигались быстрее, чем пальцы профессионального пианиста. При всем при этом роботы плотно палили из всех стволов. Это продолжалось недолго, всего пару ударов пульса. Роботы исчезли из коридора, а на стальном полу остались глубокие вмятины от их подошв.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
