— Это почему же вы ничего не пьете? — На Джино наступала невесть откуда появившаяся крупная девушка с вьющимися рыжеватыми волосами.
— Я только что пришел.
Она с удивлением вытаращилась на него.
— Здесь очень вкусное шампанское. Вам нужно непременно попробовать.
— Обязательно.
Он начал потихоньку отступать. Желания угодить в чью-нибудь дешевую ловушку у Джино абсолютно не было. Женщины вокруг настолько красивы, что поверить в эту их красоту можно, только увидев ее собственными глазами. Алдо на его месте запросто бы рехнулся: столько ножек, столько восхитительных грудей. И все как на подбор — наивысшего класса.
У проходившего мимо официанта он снял с подноса бокал шампанского. «А Леонора смотрелась бы среди них неплохо, она бы без труда вписалась в это общество».
Иметь Леонору.
Жаль, что это у него не выйдет.
Не смей о ней думать.
Джино дал себе слово, что никогда больше о ней и не вспомнит. Слишком много времени потерял он, прыгая несмышленым козленком вокруг нее.
Клементина увидела Джино в тот момент, когда он выходил на террасу.
— Извините меня, Бернард, — обратилась она к известному театральному импресарио, — но я должна поприветствовать новичка.
Бернард Даймс понимающе кивнул и повернулся к своему элегантному соседу.
С озабоченным видом, так, чтобы никто из гостей не решился задержать ее хотя бы словом, Клементина прошла на террасу. Она появилась перед Джино совершенно неожиданно — настолько он погрузился в свои мысли, держа в руке бокал с шампанским.
— Вам нравится мой дом? — мягко спросила Клементина.
Застигнутый врасплох, Джино вздрогнул, немного шампанского выплеснулось на пол. Однако он тут же пришел в себя.
— Роскошный притон.
— Так уж и роскошный.
— Ну… для меня.
Инстинктивно глаза его уставились на грудь Клементины, на ее соски. Да. Торчат все так же воинственно. Ему еще не приходилось видеть женщину, у которой бы они находились в постоянном возбуждении.
Она взяла его за руку.
— Хочу показать вам дом.
Это еще зачем? У него нет никакого желания идти за ней из комнаты в комнату, подобно щенку, увязавшемуся за своим хозяином.
— Конечно, только попозже.
Он высвободил руку, сделал большой глоток шампанского. Какая кислятина! Лицо его скривилось.
Клементина заметила эту гримасу и сделала знак официанту.
— Принесите мистеру Сантанджело виски. — Она осторожно взяла у Джино бокал.
— У вас отличный смокинг, Джино, — шепнула она, не сводя своих глаз с его лица.
— Да? — Джино почувствовал себя неловко. Он не знал, что сказать ей. Вести легкую непринужденную беседу он не умел. И начинать ее сейчас не собирался.
Хихикнув, Эстер Бекер игриво ткнула пальцем в живот сенатора Освальда Дьюка.
— Похоже, сегодня вечером нас ожидает занимательная штучка, — попыталась она развязать ему язык.
Освальд бросил на нее отсутствующий взгляд. Эстер никогда ему не нравилась и, если говорить честно, казалась неискренней и утомительной женщиной.
— По правде говоря, не знаю, — довольно холодно бросил он. — Такими вещами занимается Клементина.
— Да-да, вы вечно позволяете ей делать все, что заблагорассудится. — Она обратила на него взгляд своих блекло-голубых глаз. — Это так современно, Освальд, у вас вообще очень современная семья. — Она обнажила в улыбке по-настоящему ужасные зубы. — Хотелось бы мне, чтобы мой Гордон давал своей жене такую же свободу. Подумать только, что бы я могла натворить — возможно, даже с вами, Оззи!
Освальду представилось омерзительное зрелище — обнаженная Эстер, сгорающая от желания побыстрее заняться любовью с ним, — ее понимание «занимательных штучек». Острое чувство отвращения заставило его вздрогнуть.
Улыбка Эстер сделалась еще шире.
— А кого это Клемми держит сейчас за рукав? Проследив за ее взглядом, Освальд увидел, как его супруга разговаривает с каким-то молодым черноволосым человеком.
Галантно предоставив Эстер возможность опереться на его руку, он заметил:
— Давайте же пройдем мимо и посмотрим, дорогая.
Джино протянул руку за стоящим на подносе официанта высоким стаканом виски, когда Клементина сказала:
— К нам идет мой муж. Постарайтесь ему понравиться, он может очень многое для вас сделать.
Тяжелой волной на Джино накатило ощущение жуткой неловкости. Стоя рядом, Клементина излучала такую похоть, что даже тупица понял бы, к чему она стремится, и, тем не менее, сейчас она была готова представить его своему мужу. Что, наконец, происходит?
Он не успел додумать свою мысль до конца — с абсолютно невозмутимым видом Клементина уже говорила какие-то слова, по всему было видно, что на окружающих ей наплевать.
Джино решил, что, возможно, он и ошибся.
— Рад нашему знакомству, — произнес сенатор, вяло протягивая правую руку. — Клементина так часта говорила о вас.
Часто? Джино осветил на рукопожатие, одновременно с сенатором глядя на едва прикрытую шифоном пышную грудь его жены. Почему, черт возьми, она так притягательна? Чего ради эта женщина вдруг ведет себя, подобным образом?
Клементина легонько подтолкнула его.
— Я хочу, чтобы вы прошли вместе с Освальдом и решили между собой деловые вопросы, а тогда уж можно будет расслабиться и отдохнуть.
— Пожалуй, — отозвался ее муж. — Пойдемте, я покажу вам мой кабинет.
Клементина и Эстер проводили мужчин взглядами.
— Гм, — протянула Эстер. — И где ты его откопала?
— Секрет. — Клементина улыбнулась.
— Де-е-ерьмо! — вырвалось у Джека. — Где вы такое еще увидите!
Видневшийся впереди особняк не произвел на Долли особого впечатления. Ей и до этого приходилось бывать в подобных местах. Безразличным взглядом она скользнула по фасаду и не обронила ни слова.
Кэрри что-то тихонько напевала себе под нос и ни на что не обращала внимания.
Люсиль поняла, что должна что-то сказать.
— О Изумительно!
— Еще бы, женщина. Я же обещал вам, что сегодня вечером у нас будет кое-что необычное.
— Конечно обещал! — подтвердила Люсиль и толкнула Кэрри локтем. — Взгляни только, какая красота!
Кэрри лениво посмотрела в окно машины. Само собой красота — ничего иного она и не ожидала. Но ведь все на свете — красота, неужели Люсиль этого не знает?
Долли постукивала пальцами по приборной доске.
— Куда мы должны подъехать? — спросила она нетерпеливо.
Ей хотелось как можно быстрее покончить с шоу и убраться отсюда подальше. Хуже, чем такие вот вечеринки богачей, для нее ничего не было — всегда полно пьяных и женщин. Джек просто ничего не понимает. Тупой черномазый. Ему представляется это еще одной ступенькой наверх.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
