Корр.: Так чем же вы занимались в «Минфине»?
Иванов: Генерируем идеи. Впервые в России смогли получить от Сбербанка, Газпрома, Мосэнерго и Юкоса практически всю их финансовую документацию. Мы придумали юридическую схему. Не буду вдаваться в подробности (профессиональная тайна! – Н. П.), но она работает таким образом, что российские эмитеты (?) не имеют юридического права отказать (интересанту-разбойнику с бандитского притона. – Н. П.) в предоставлении абсолютно конфиденциальной информации».
Господа, совесть-то у вас есть? Ведь то, о чем тут идет речь, не просто коммерческая тайна, в какой-то мере и государственный секрет. Как, впрочем, и частная жизнь человека. Посторонним сюда вторгаться запрещено. Кто же позволил непрошенным аудиторам учинять откровенно криминальную ревизию? Назовем вещи своими именами. Это же браконьерская охота на чужих угодьях, за чужой собственностью. Действо уголовное!
Но читаем дальше.
«Мы изобрели красивую схему увода у владельцев контрольного пакета акций компаний. Делается так. Скажем, мы хотим получить контрольный пакет акций „Газпрома“. Его держателю мы посылаем оферту (не от слова ли „афера“? – Н. П.) на приобретение акций, скажем, «Юкоса», по цене, превышающей рыночную раз в пять. Даже если у него нет этих акций, он скупит их на открытом рынке и продаст нам с большой выгодой для себя. А через какое-то время вышлем оферту с предложением купить уже и контрольный пакет акций «Газпрома», но формулируем свой запрос таким образом, чтобы они разбирались с этим недели две. (Все это опять же похоже на то, что годом раньше творилось на ГПЗ-1.) Все это время владелец акций будет ломать голову над вопросом: что от него хотят? Потому и молчит. Мы же через суд забираем у него ценные бумаги, легко доказав, что поскольку наши деловые отношения носят такой характер (жульнический!), мы понимаем молчание как знак согласия. И получив пакет, немедленно распыляем его так, чтобы уже никто не мог его собрать. Вот и все».
Ай да компания! Это же разбойный скит, где засели дельцы, промышляющие грабежом по-черному. Куражась, собеседник признался корреспонденту: «Такого рода схем у „Минфина“ накопилось уже много». Так что ждите, господа, налетчиков на свой офис!
Под конец журналистка приберегла раздухарившемуся программисту вопросец морального свойства:
– Александр, а о Родине вы думаете? Собираетесь поднять ее экономику, улучшить жизнь российских граждан?
– Нет, не собираюсь, – ответил молодой волчок с нескрываемым цинизмом. – Мне бы самого себя «поднять и улучшить».
Напрашивается вывод: не эти ли «спецы» помогли олигарху-патриоту Савченко осуществить дерзкий захват столичного «Шарика». Приятель-криминалист подтвердил: «Очень знакомый почерк».
Кстати сказать, бывший (законно избранный) гендиректор Комаров подал было на захватчиков в суд, но забрал заявление. Друзья отговорили! Это, дескать, будет похоже на известное сражение одного рыцаря с ветряными мельницами.
М-да, кузнец-то Сычев оказался куда смышленней и напористей своего начальника. Потому и праздновал победу. Не зря же молвится, что смелым сам Бог помогает.
НАШИ В ГЕНУЕ
Позвонили из общества «Союз».
– В четверг у нас встреча с участниками альтернативного «саммита» в Генуе.
– О, значит, и наши ребята там отметились?
Сказали в трубку со смешком:
– Выходит – так!
В Большой Харитоньевский переулок явился я с некоторым опозданием. Небольшую зальцу до отказа заполнили представители разных СМИ. Нашлось местечко на галерке. Отдышался. Огляделся. Ба, кого тут вижу! В президиуме, под красным знаменем с серпом и молотом восседал мой приятель Сергей Сычев. Тут как раз ему первому и предоставили слово.
– Товарищи! – произнес он с хрипотцой. Полузабытое обращение достало, кажется, до сердца каждого.
– Товарищи, – сильно волнуясь, повторил он. – Это была моя первая вылазка за рубеж. Да не куда-нибудь, а сразу в Италию. Увидел капиталистический мир воочию. Когда первые впечатления улеглись, пронзила мысля: «Какую же страну потеряли мы в девяносто первом году!» Потом, прислушавшись, усек, что ведь о том же не меньше нас сожалеет простой люд разных стран. В бытность существования СССР эксплуататоры, империалисты всех мастей действовали все же не так нагло, с оглядкой на Советский Союз. Теперь же им сам черт брат! Стратеги нового мирового порядка силой и обманом хотят затащить простой народ в капиталистический «рай» американского пошиба. Красивая жизнь гарантируется только так называемому «золотому миллиарду», то есть элите. Остальным уготована роль рабов как умственного, так и физического труда.
Собратья мои по перу сидели с опущенными головами. Большинству такие речи царапали душу правдой, которую потом в свою газету втиснешь. Антиглобалист же гнул свое:
– Нас в угол загнали. А в этом положении, что остается делать? Ждать, как вол обуха на бойне? Но мы не быдло, мы пока еще люди! Потому и возник международный фронт сопротивления глобализму. В него вошли и некоторые республики бывшего СССР.
Битых два часа продолжался политизированный диалог зала и президиума. Пресса пыталась выманить смачные детали, скандальные подробности дальнего и необычного для россиян вояжа. Большинство журналистов специально прибыли сюда за «жареными» фактами. У антиглобалистов же намерения были очень даже серьезные. Сказано было открытым текстом: такое мироустройство им не по душе. За счастье свое и своей страны готовы биться до победного конца. Эту свою позицию они высказали еще в Генуе, в открытом письме президенту Путину.
«Мы против господства мирового капитала, – заявлено в нем. – Мы против вовлечения России в губительный процесс капиталистической глобализации. Это ведет к окончательному разрушению отечественной экономики и культуры, в конечном счете к полной деградации российского общества. Потому мы и встали в ряды участников альтернативного „саммита“. Открыто заявляем о своей готовности участвовать во всемерной борьбе трудящихся за свои кровные права, за прекрасное и счастливое будущее».
Под этим обращением поставил свою подпись и Сергей Сычев.
Из старинного особняка мы вышли вместе и неторопливо двинулись к метро. Только на улице я заметил, что у Сычева вид усталый, изнуренный. Много сил, видать, забрала даже у силача-тяжелоатлета нервная и неравная борьба. Опять же и обратная дорога из Апеннин в Москву была трудная. В отряде продукты иссякли еще на подъезде к австрийской границе. В основном перебивались сухариками да кофе. И все же настроение в салоне автобуса царило боевое, задорное. Со стороны можно было подумать: домой возвращаются счастливые воины, одержавшие трудную победу.
– В Генуе мы получили заряд энергии, которой, кажется, хватит на всю оставшуюся жизнь, – рассуждал мой попутчик, энергично дирижируя на ходу будто литым из стали кулаком.
Скорым шагом пересекли мы проезжую часть улицы и вступили под благодатную сень Чистопрудного бульвара. Сычев не потерял нить разговора – взволнованно, в полный голос говорил о том, чем была переполнена душа.
– По российским телеканалам всячески искажали суть происходящего. Действительно, немилосердно зверствовала итальянская полиция. Но антиглобалисты мужественно держали удары. Помогала выдумка, смекалка. Из пластмассовых бутылок и гофрированного картона мы мастерили себе бронежилеты. Из прозрачных баллонов для воды вырезали забрала, наподобие хоккейных масок. Кабы не самоделки, не дружество, увечий, жертв среди безоружных демонстрантов было бы намного больше.
За то время, что мы не виделись (с год примерно), Сычев внешне переменился. В нем явно усилились бойцовские качества – в облике и, между прочим, в мускулатуре. И одет был соответственно: во все спортивное. Хорошо облегала торс кроваво-красная футболка навыпуск, командная форма посланцев объединенного Совета рабочих Москвы. Плечом к плечу со мной шагал человек, освобожденный от расхоже-пошлых условностей и понимающий мир по-своему. Философия же Сергея житейски проста, основана на известном библейском постулате: собственным трудом (в поте лица) человек должен добывать хлеб свой насущный. В душе сорокалетнего атлета, прибывшего двенадцать лет назад в столицу «по лимиту» из Свердловска, продолжается мучительно сложный процесс формирования личности борца. Хочется, конечно, верить, что на трудном – с виражами – пути друг мой не отступится и не погрязнет в бытовых соблазнах. А главное – не купится за тарелку «чечевичной похлебки». Лукавый враг силен, хитер.
Бульвар кишмя кишел от вечерней публики. Преобладали в основном сытые, праздные, беспечные гуляки, вышедшие на охоту за невинными и порочными удовольствиями. Москва в этом отношении напоминает древний Вавилон. Не повторит ли Первопрестольная его сатанинскую судьбу. Не приведи Господи!
