Очевидно, когда он узнал, что Темпл отправился за Дианой, то объединил силы с графом, чтобы разыскать беспутных наследников.
Герцог даже не потрудился поздороваться, только хмуро кивнул, и это не сулило ничего хорошего.
– Я ни за что этого не допущу! – воскликнул Ламден. – Ты никчемный идиот, ты… – Он замолчал на полуслове, потому что дверь распахнулась.
Темпл ожидал увидеть Диану, но, к его досаде, в комнату вошла хорошо знакомая и более чем нежелательная персона.
– Пимм? – удивился Темпл. Так вот почему граф и герцог так быстро их нашли.
Шеф Темпла улыбался – редкое зрелище, от этого он стал похож на крысу, которая сбежала от кошки с куском сыра в зубах.
– А, Темпл! Я знал, что выбрал правильного человека, когда послал тебя за дочерью графа. – Он кивнул Ламдену и герцогу, как будто те были слугами.
Темпл подумал, что дед возмутится подобным снобизмом, но тот сохранял вежливое спокойствие, что было так же удивительно, как улыбка Пимма.
Маленький человечек довольно потер руки.
– Хозяин гостиницы сказал, что леди Диана еще не замужем. Как такое возможно? Я дал тебе специальную лицензию, чтобы не произошло задержки. Но ничего, я обо всем позабочусь: Нетлстоун и лорд Гарри уже ждут снаружи. – Пимм хитро посмотрел на Темпла. – Предлагаю тебе уйти через черный ход. У них обоих сложилось впечатление, что ты их смертельно оскорбил.
– Дело не в этом. – Темпл немного помолчал. – Я нарушил вашу инструкцию.
Пимм небрежно махнул рукой:
– А когда ты поступал иначе? Сейчас важно не это, а то, что надо поскорее выдать девушку замуж.
Он направился к двери, как будто собрался сам выполнить эту задачу, но Темпл схватил его за плечо и повернул лицом к себе:
– Интересно, что за спешка? Я пока не знаю, почему ваши люди так торопятся выдать леди Диану замуж и почему вы проделали столь долгий путь сюда. Это не похоже на дружескую услугу.
– Послушай, Темпл, ты просто переутомился и ищешь секреты там, где их нет. – Пимм оглядел присутствующих, затем обратился к Ламдену: – Я велел этому человеку сделать все возможное, чтобы выдать вашу дочь замуж, и он, похоже, уговорил крошку перебраться через границу. Конечно, он не обязан на ней жениться, и я привез двух женихов, которые, должен сказать, желают получить с него должок – украденную лошадь и какие-то вещи – не думаю, что нам стоит сейчас это обсуждать. – Он погрозил Темплу пальцем, как будто отругал за украденный пирожок. – Как я понимаю, ты, друг мой, использовал все известные трюки, чтобы заставить девушку повиноваться. Что ж, молодец. Ты заслужил назначение в Константинополь. Как только я вернусь, сразу напишу секретарю рекомендацию, чтобы тебя послали в Оттоманскую империю. Прекрасная работа, милорд, прекрасная.
– И почему вы так считаете? Потому что я перехитрил Мардена? Потому что раскрыл, что она не дочь Ламдена, а дочь Луи Бурбона?
Пимм побледнел, а герцог выпрямился и, прищурившись, посмотрел на внука.
Темпл схватил Пимма за плохо повязанный галстук и приподнял, так что тот взбрыкнул ногами в воздухе.
– Лживый ублюдок, ты угрожал выгнать меня со службы и без предупреждения столкнул с Марденом. Она дочь короля, а тебе даже не пришло в голову мне это сообщить! – Он хорошенько встряхнул свою жертву. – Ну, что скажешь?
– Я… я… – Пимм начал задыхаться. Единственным, кто нашелся что сказать в этой ситуации, оказался Ламден.
– Есть только один способ выяснить, кто виноват, и если мне сообщат, что…
Его негодующая речь была прервана осторожным покашливанием.
– Папа, сейчас это не важно. – В дверях, придерживаясь за косяк, стояла Диана. – Единственное, что я хочу знать, – это правда?
Выпустив Пимма, Темпл оттолкнул его и сделал несколько шагов по направлению к Диане, но Ламден преградил ему путь.
– Диана, девочка моя. – Он обнял ее и по-отечески поцеловал в лоб. – Слава Богу, ты невредима. Я места себе не находил всю эту неделю.
– Ты не ответил на мой вопрос. – Диана высвободилась из его рук. – Я твоя дочь или внебрачный ребенок Луи?
Все затаили дыхание – все, кроме Ламдена и Пимма.
По выражению лица Пимма было понятно, что он уже давно все знал, и теперь Темпл был даже рад, что тот послал его за Дианой, – что бы с ней стало, если бы он не погнался за ней по Манчестерской дороге? Скорее всего она бы сейчас была на пути во Францию, связанная, как рождественский гусь.
Как ни хотелось Темплу вытрясти душу из Пимма, пожалуй, придется попросить его быть шафером на их свадьбе. В конце концов, счастливым завершением всех этих непростых событий он обязан именно ему – мастеру устраивать сделки.
А наилучшей местью станет то, что клерки Уайтхолла будут теперь трепать его имя.
– Видишь ли, Диана, я надеялся, что ты никогда не узнаешь правду, – дрожащим голосом сказал Ламден.
– Так, значит, Темпл не ошибся? – прошептала она.
Ламден кивнул.
Диана глубоко вздохнула.
– А ты не подумал, что я имею право знать об этом?
– Нет. Ни в коем случае, – с неожиданной горячностью произнес Ламден. – Рассказать было бы равносильно тому, чтобы подвергнуть твою жизнь опасности.
– Я думаю, теперь задача защищать ее перешла ко мне, милорд. – Темпл встал рядом с Дианой. Он надеялся на ее поддержку, но она только пристально посмотрела на него.
Какого черта? Что он не так сделал?
Между тем Ламден продолжал:
– После того как твоя мать поняла, что носит ребенка, она – дочь шотландского дворянина, кузина изгнанного принца – пришла ко мне. Ее отец и Луи оба были страстными инженерами. Король пришел в восторг оттого, что Арабелла разделяет талант отца к изобретательству, так что она часто бывала в мастерской Луи. Его величество увлекся ею, как и все мы. Я тогда был молодым адъюнктом при английском посольстве, не чета солидным мужчинам, которые вертелись вокруг нее. – Ламден закрыл глаза, видимо, вспоминая те дни. – Она была очень красивая, – наконец продолжил он свой рассказ. – Белокурая, живая, как и ты. Каждый мужчина искал ее общества, но Арабелла хорошо знала причудливые нравы французского двора и не поддавалась на флирт. – Граф глубоко вздохнул. – Но очевидно, никто не может сказать «нет» королю. Как это случилось, не знаю, но после этого король поспешно отослал ее, пока слухи не дошли до королевы.
Диана покачала головой. Темпл понимал, что, как ни хотела она узнать правду, этот момент был для нее далеко не самым приятным. Все, что она знала о своей жизни, оказалось ложью.
Разумеется, Ламден тоже видел, как ома мучаю.
– Я любил твою мать всем сердцем и тайно на ней нился, чтобы ты оказалась под защитой мего имени. И я всегда считал тебя своим ребенком.
