– Я найду способ убежать, Темпл, – прошептала она ветру. – Помяни мое слово.
Темпл и Тулли подошли к замку Нетлстоун к вечеру, после того как четыре раза, следуя указаниям местных жителей, сворачивали не на ту дорогу. Проходя по подъездной дорожке, маркиз держал в уметри возможных решения.
Во-первых, если они еще здесь, он вырвет Диану из их когтей, чего бы это ему ни стоило.
Если они уже упорхнули к границе, он украдет лучшую лошадь барона и помчится в Гретна-Грин.
И последний вариант, вселявший решимость и тоску: если с Дианой что-то случилось, пока она была под их нежеланной опекой, он убьет обоих, если Марден еще не оказал им эту услугу.
Перед домом и на конюшенном дворе никого не было. Темпл догадался, что слуги ужинают, а значит, у него мало времени на то, чтобы найти Диану, прежде чем домочадцы приступят к завершающим хлопотам дня. Фасад дома мрачно нависал над ним – ни ламп, ни колыхания свечей в окнах, ни факелов, приветствующих гостя.
Крадучись, Темпл обошел вокруг дома и подергал каждое окно, каждую дверь, но все было заперто.
– Недоверчивый ты парень, Нетлстоун, – пробормотал он, как вдруг из ближнего окна до него донесся спор.
– Не сказал бы, что этот бросок следует засчитывать, милорд, – ныл Пенхем. – Он вовсе не был на зеленом.
– Был, – сказал Нетлстоун. – Бросок правильный, и я ничего не желаю слушать. Может, напомнить, что это ты предложил разыграть се в кости?
Темпл замер, ожидая услышать голос Дианы – он хорошо знал, что эта дама не упустит возможность высказаться, но разговор продолжился без нее.
Темпл подкрался к окну. Нетлстоун и Пенхем сидели друг напротив друга за огромным дубовым столом. В громадной комнате почти не было мебели; лишь несколько потертых гобеленов висело на стенах, да по краям брызгали и дымились сальные свечи.
Теперь ясно, почему Нетлстоун был так решительно настроен получить богатую невесту – его имущество остро нуждалось в реставрации, и приданое Дианы пришлось бы ему как раз кстати.
Но где же сама Диана?
Темпл задумался. Учитывая решимость Нетлстоуна прибрать к рукам ее богатство и принимая во внимание характер леди, эта парочка должна была где-то запереть пленницу до выяснения ее участи. Скорее всего сейчас она или в подземной темнице «замка», или в самой удаленной его комнате.
Подняв взгляд, Темпл внимательно оглядел окна. Хорошо еще, что у Нетлстоунов никогда не было денег на то, чтобы надстроить дом выше трех этажей, подумалось ему, и тут же он заметил единственную на верхних этажах освещенную комнату. Наверное, там и находится Диана.
Он осторожно прокрался мимо открытого окна, за которым барон наливал крепкую жидкость себе, и Пенхему, бормоча: «Двойная доза или ничего». Если повезет, эти два дурака всю ночь так и будут пить и играть, а за это время он сумеет найти Диану.
Прижавшись к стене, Темпл обнаружил под зарослью плюща старую решетку для вьющихся растений; плющ и роза соперничали здесь между собой за ступени, ведущие к верхнему окну.
Проверив, выдержит ли решетка его вес, и убедившись, что первая перекладина легко сломалась под его рукой, Темпл, выругавшись, посмотрел наверх. Поскольку он не нашел открытой двери, другого варианта все равно не было. Он помолился о том, чтобы следующая перекладина выдержала… и она выдержала. Следующая тоже. Третья хрустнула и сломалась, но четвертая только треснула. Так он постепенно добрался до окна.
– Диана! – прошептал маркиз, чувствуя, как решетка колеблется и стонет под его весом. – Диана!
Черт побери, да где же она? Если он не поторопится, его схватит садовник Нетлстоуна, и тогда па похоронах маркиза Темплтона не будет ни цветов, ни зелени – скорее всего, удирая в спешке, он просто обрушит на себя полстены.
– Диана, ты меня слышишь?
– Да, – послышался неожиданный ответ.
При звуке ее голоса сердце Темпл а чуть не выпрыгнуло из груди. Наконец-то он ее нашел!
– Подойди скорее к окну, – громко прошептал он. – Нам надо поскорее выбраться отсюда.
– Да, но боюсь, эта решетка нас двоих не выдержит. – Ее голос доносился откуда-то снизу, а не из глубины комнаты. – Я уже отказалась от этого способа. Проще оказалось подкупить горничную, и она вывела меня через черный ход.
Темпл глянул вниз: Диана стояла в высокой траве, улыбаясь и держа под уздцы двух оседланных лошадей. К седлу одной был привязан его саквояж, к седлу другой – ее дорожная сумка.
Вот оно, благословение любви!
– Если хочешь доиграть роль сказочного героя, скорее спускайся, пока не сломал себе шею. Тогда мне не останется ничего другого, как только выйти замуж за одного из этих придурков.
Маркиз покрепче уцепился за решетку.
– Что ты там делаешь? Возвращайся обратно и дай мне тебя спасти. Если ты присвоишь всю славу себе, нам нечего будет рассказывать нашим внукам.
Решетка качнулась, и перекладина под рукой маркиза треснула, грозя вот-вот сломаться.
– Ладно, я соглашусь со всем, что ты придумаешь, только слезай поскорее.
В конце концов Темпл решил, что в данный момент наилучшая доблесть – остаться в живых, даже если он и не станет главным героем будущих семейных преданий, и начал спускаться.
Сперва спуск проходил благополучно, и Диана улыбалась, склонив голову набок.
– А ты хочешь детей?
– Кучу. Как я понимаю, ты захочешь иметь и внуков, но сначала тебе понадобятся мальчуганы.
Если бы это было возможно, Диана улыбнулась бы еще шире, но когда до земли Темплу оставалось всего восемь футов, решетка рухнула, и он оказался погребенным под ветками и цветами.
Диана бросилась к нему и стала разгребать пучки плюща и колючих роз.
– Темпл, ты идиот. Какого черта ты полез по этой развалюхе?
– Я бы дважды туда полез, лишь бы добраться до тебя. – Он повалил ее на траву и крепко поцеловал.
– Всего два раза? – Она засмеялась.
– Если придется добраться до звезд, я и это сделаю, – сообщил Темпл, и это было правдой. Накануне он открыл, что у него есть сердце, но до сегодняшнего дня не знал всей его глубины. Он прошагал много миль, не зная о судьбе любимой, и все это время чувствовал себя одиноким и потерянным.
– Как ты думаешь, мы могли бы… – Диана прищурилась, и в ее глазах сверкнуло непристойное приглашение.
– Здесь и сейчас?
Она кивнула.
Темпл на мгновение задумался. Итак, что у них впереди? Все, что им нужно, – это проскакать тридцать с небольшим миль до Гретна-Грин и там пожениться. Тоже не так легко, особенно если учесть, что его орган уже отвердел при одной мысли о том, как он войдет в нее, как она прижмется к нему обнаженным телом…
Нет, только не сейчас.
