Читаем без скачивания Вирусократия - Константин Утолин

За то время, что семья Джека пребывала на своём ранчо почти в полной изоляции от остального мира, поволноваться пришлось дважды. В первый раз к ним заехало несколько машин эвакуировавшихся из городов людей. Те в панике искали убежища от новой неизвестной болезни и хотели задержаться на ранчо у Варденов, но Джеку с оружием в руках удалось убедить их, что им лучше убраться. Для убеждения он использовал М-16А3 с подствольником М203 и с оптическим прицелом XM-S, дав пару длинных и при этом довольно точных очередей перед капотами передних машин.

Второй случай произошёл спустя почти две недели, когда в поисках провианта, скота и прочего добра на ранчо ворвались мародёры. Удержать бандитов от попыток пробраться в дом Джеку опять помогла его верная винтовка и несколько предусмотрительно закупленных в самом начале эпидемии ручных оборонительных гранат М61 и Mk2 A1 «Пинэппл». Правда, пришлось пожертвовать хозяйственными постройками, но там кроме лопат и вил уже ничего не было. Вести прицельный огонь специально на поражение Джек не хотел, разумно предполагая, что стоит ему кого-то убить – и озверевшие мародёры могут полезть на штурм дома, уже не считаясь с соображениями здравого смысла. И тогда пришлось бы пустить в ход уже стратегические резервы – 40-мм многозарядный гранатомет MM-1 и реактивный огнемет M202A2 FLASH. А так он ничего особо и не потерял – большая часть скота была заранее распродана, а оставшаяся забита для собственных нужд, провиант хранился в подвале дома, – и поэтому мародёрам не досталось ничего, кроме того сельскохозяйственного инвентаря, которое они посчитали полезным для своего будущего выживания.

Но сегодняшнее испытание пугало по-настоящему. По ещё работающему телевидению показали репортаж о мощном тайфуне, возникшем в центральной части Соединённых Штатов и приближающемся к Техасу. Судя по подробным метеосводкам, тайфун должен был краем «зацепить» ранчо Варденов и двинуться дальше на юг, в Мексику. Но и этого было достаточно, чтобы смести старый дом Джека с лица земли.

Вскоре после полудня на северо-востоке показалась тёмная масса туч. Шторм приближался, озаряя молниями небо на горизонте. Солнце затянуло часа в три дня, и почти сразу же поднялся ветер. Буквально через несколько минут началась гроза, поднявшая ужасающий грохот. Свист ветра нарастал ежеминутно, стараясь свалить Джека с ног, но тот, удерживаясь с большим трудом за здание, выполнял последние работы по укреплению жилища. И лишь когда стало совсем невозможно работать снаружи, измотанный фермер начал баррикадировать дом изнутри. А затем вместе с женой и сыном спустился в подвал и накрепко закрыл люк, раньше стоявший на одной из подводных лодок класса «Огайо». Который за гроши удалось купить на распродаже списанного имущества ВМФ.

Судя по метеосводкам, тайфун должен был удалиться на безопасное расстояние лишь к утру. Но Джек был настоящим хозяином, поэтому всё подготовил для того, чтобы его семья спокойно могла обитать в укреплённом, как бункер, подвале минимум неделю. Более того он предусмотрительно смонтировал для подвала отдельную от остального дома систему очистки и обеззараживания воздуха. И провел прямо в него артезианскую скважину.

Ночь прошла в мучительном ожидании. Наверху грохотало, свистело, скрипело так, что было слышно даже через железобетонные перекрытия. Лишь только двухлетний сын спокойно посапывал на руках у матери. Джек же прислушивался к каждому звуку, стараясь определить, что происходит наверху. Что означает тот или иной скрежет. Вот, услышал он, оторвало что-то от дома, вероятно, от крыши. Из подвала исключительно на слух трудно было разобрать что именно, но хозяин опасался худшего. Ему казалось, к утру от дома ничего не останется. И это было самое страшное – остаться без убежища во время пандемии и разложения человеческого общества. А времена сейчас были такими, что нельзя было сказать, какой из этих факторов был страшнее.

Джек больше опасался мародёров и обезумевших людей. Но чета Варденов не подозревала, что смертельное биологическое оружие Древних теперь распространилось по всей территории, где прошёл тайфун и споры болезни, поразившей и почву и воду во всей округе, теперь попали и на их владения. И их и без того малые шансы на выживание снизились практически до нуля.

Россия, Москва, Лианозово

В защитном костюме, сделанном из средств и материалов, которые удалось раздобыть ещё в начале пандемии, Леонид Михайлович казался каким-то внеземным существом. Могучая рослая фигура была облачена в старый резиновый комбинезон, нижнюю часть лица прикрывал мощный респиратор с двойным фильтром, а верхнюю – огромные пластиковые очки. Со спины голову защищал брезентовый капюшон. На ногах были классические резиновые сапоги, ради безопасности завёрнутые в полиэтиленовую плёнку, которая крепилась резинкой напрямую к штанинам защитного костюма, не пропуская внутрь воздух и воду.

В таком довольно-таки неуютном и тяжёлом снаряжении, вооружившись дубинкой и газовым баллончиком, Леонид Михайлович (для своих лет он был довольно проворным и знал, где что достать) делал вылазки за продуктами. Чаще всего его сопровождал зять, муж Нади. Они жили рядом и из соображений безопасности старались предпринимать вылазки совместно.

В этот день Леонид Михайлович вернулся поздно и застал Василису Николаевну изрядно взволнованной. Та каждый раз сильно переживала, отпуская мужа на поиски припасов, а сегодня он ещё и задержался. А мобильная связь после того, как кто-то взорвал сразу по несколько ретрансляторов всех операторов, была неустойчивой.

– Всё в порядке? Ничего не произошло? – спросила она с порога.

– Да, всё нормально, – кивнул Леонид Михайлович, принимаясь за разгрузку принесённого добра. – В магазине случился инцидент, и пришлось ждать, пока его снова откроют.

– Ох, уж эти инциденты, – беспокойно закачала головой Василиса Николаевна.

Леонид Михайлович, зная нрав жены, старался оградить её от излишних переживаний и каждый неприятный случай, свидетелем которого ему доводилось быть, опуская подробности, называл инцидентом. В то время как сам наблюдал за последние полмесяца и грабежи, и насилия, и убийства. Его сильно беспокоил тот факт, что он ничего не мог поделать. По крайней мере, он старался себя в этом убедить и не ввязываться ради благополучия своей семьи в разборки, могущие плачевно сказаться на его здоровье.

Улицы города превратились в лабиринт, сочетающий в себе опасность, ужас смерти (на улицах появлялось всё больше не убранных трупов людей и животных) и страх перед витающей в воздухе невидимой заразой. Это был сбывшийся кошмар. Хотя ещё полтора месяца назад Леонид Михайлович даже в страшном сне не подозревал, что реальность может быть такой… Такой жуткой!

На кухне, как всегда, работал телевизор, извещая граждан о текущем положении дел. И дела эти обстояли довольно плохо даже для времён опасной пандемии. Если совсем недавно благодаря принятым общим и личным мерам безопасности казалось, что смертельной болезни можно избежать, то в последние дни число заражённых вдруг резко выросло, обрушив последние надежды на спасение. Большинство жителей крупных городов просто-напросто отчаялись и жили с одним ощущением – настал конец света.

Повсеместно наблюдались случаи мародёрства и изуверства заражённых людей, для которых перед лицом неминуемой смерти не оставалось ничего святого. Особенно у тех, кто перед тем, как заболеть, потерял всех родных. Мало кто обращался за помощью к медикам и властям. Все старались выживать своими силами. Удивительно, но почти никто из заражённых не стремился сделать что-то хорошее, замолить грехи перед тем, как предстать перед Господом. В основном они пустились во все тяжкие, не думая больше ни о чём, кроме удовлетворения своих диких потребностей. И главным законом на улицах мегаполисов стал принцип «последний день – живи и ни в чем себе не отказывай, бери всё, до чего сможешь дотянуться, и убей всякого, кто тебе в этом мешает».

Выживать становилось всё труднее. Оставалось всё меньше работающих центров снабжения населения, больниц, государственных учреждений. И тут была повинна уже даже не столько сама болезнь, сколько паника и ощущение безысходности, которые она вызывала.

В такой ситуации очень многие горожане кинулись прочь из мегаполисов, прорывая блокаду. Солдаты, оставленные без командования и не имевшие чётких указаний, под натиском толпы практически перестали соблюдать предписания санитарных кордонов. Ситуация напоминала тонущий корабль, где каждый спасался как мог. Зачем кораблю моторное отделение, матросы, камбуз, если он идёт ко дну и надежды на спасение нет?

Леонид Михайлович, скрывавший правду сегодняшней жизни от жены, сам поражался, как ничтожно мало осталось здоровых духом людей, способных сохранять в себе тот налёт цивилизации, который смело с большинства хомо сапиенсов под натиском пандемии. Москва из одного из крупнейших центров мира стремительно превращалась в каменные джунгли, населённые дикими зверьми, жестокими тварями, готовыми на всё ради куска жратвы и ублажения собственных диких желаний.