В комнате еще один, тоже крепкий, плотный. Он сидел в моем кресле и торопливо настукивал что-то на клавиатуре. Человек, что шел за спиной, сказал негромко:
– Быстро, где храните базы данных?
Я ответить не успел, второй ответил весело:
– Не трусь, Волк, я сейчас все извлеку.
– Он может держать на отдельном диске, – возразил тот, кого назвали Волком. – И прятать где-нибудь в шкафу под бельем.
– Да?.. – откликнулся тот, что за компом. – Эти ламеры так делают первые два-три месяца. Потом ленятся даже бэкапнуть. Все на диске, сейчас увидишь…
Я ощутил, что человек за моей спиной поднимает пистолет. Оглянулся, огромное черное дуло показалось мне размером с пушечное. Смотрит прямо в лоб.
– Ну, тогда… – начал он. Вдруг в его глазах что-то изменилось. Он чуть-чуть стрельнул ими в сторону, снова посмотрел на меня, слегка отступил, как будто я прямо щас с визгом прыгну и начну мочить всех в стиле сунь-хунь-в-чай.
Я проследил за его взглядом. На диване, где я оставил ноутбук с незаконченной сценой, все то же лицо на весь экран, шрамы на щеке, перебитый нос, пронзительно синие глаза и грубо разинутый рот. Волк снова всмотрелся в экран, я видел, как палец его слегка ослабил давление на спусковую скобу.
– Это что еще? – прорычал он. – Такого эпизода не было!
– Это… – выдавил я через перехваченное судорогой горло, – это… вторая часть…
Он покачал головой:
– Мозги не пудри, парень. Второй части не было.
– Через месяц… – ответил я с усилием, – она была бы…
– Через какой месяц? – переспросил он. – Ты о чем?..
– Через месяц… – повторил я тупо. – Еще неделю ловить баги, потом на «золото».
Он посмотрел на меня, снова на экран, тронул клавиши. Камера поднялась, сверху рыцари выглядели мелкими, зато виден замок, откуда уже выслали навстречу помощь. А позади рыцарей, поотстав, тащится повозка. Из окошка выглянула немолодая женщина, свет алой зари пал на ее лицо. А первая часть, что доступна для скачивания, заканчивается как раз тем, что королеву еще только захватывают в плен…
Я услышал удивленный свист. Террорист озадаченно покачал головой.
– Это что же… Ты тут убираешь, сторожишь или же… не могу поверить!
– Вон там все мои документы, – проговорил я сдавленно, словно пальцы сжимали горло. – Можете проверить, кто здесь живет.
Второй быстро открыл ящик под компьютером, достал документы и швырнул Волку. Тот поймал на лету, быстро просмотрел паспорт, водительские права, охотничий билет, везде мои фотографии, я видел, как моментально он просканировал все и тут же ожег взглядом меня. Если у меня оказалась бы чужая шкура, тотчас же слезла бы, исходя паром, никакие хирурги не спасли бы.
Его рука взметнулась в чисто русском жесте к затылку.
– А, черт!.. То-то смотрю, у сэра Четерлея прибавилось шрамов на морде… Чем они думают?
Второй спросил раздраженно:
– Да в чем дело?
– Это не тот, – ответил Волк. – Ошибка.
– Да ты чо? Голован не мог ошибиться! Вот он, адрес!
Волк сказал резче:
– Нет! Это ошибка.
Я рухнул в кресло. Перед глазами шли синие круги, в черепе еще звучал гаснущий звон. Я жадно дышал, воздух кипел в моем раскаленном горле. Тот, что сидел за моим компом, быстро выхватил пистолет.
– Ошибка или не ошибка, но нам дан ясный приказ…
Пистолет он выхватил быстро, но Волк оказался перед ним молниеносно. Я увидел мелькнувшую через комнату серую тень, послышался звук удара. Пистолет с грохотом вылетел из рук, перекувыркнулся и точно лег в ладонь Волка. Я ошалело смотрел в потолок, где пролегла глубокая канавка. Даже не подумал бы, что это от пуль. Те должны ложиться друг от друга на расстоянии, а это как будто след от удара гигантским топором с лезвием в полтора метра.
Старший швырнул этот странный пистолет-автомат обратно, террорист поймал, скривился.
– Это не тот, – повторил старший. – Это сам Владимир Факельный, автор «Последней цитадели» и «Красных листьев»!.. Ты подумай своей дурной головой: станет он с такой фигней связываться?.. Он же писатель, понял?.. Помнишь, Барракуда принес первый диск, как мы все шалели? А те разборки, из-за которых его надо убрать, а хард забрать, – не его ранг. Тут либо ошибка, либо задействовано что-то вообще непонятное. Или кто-то пытается свести личные счеты… Вернемся, доложим.
Второй возразил угрюмо:
– Мы не можем уйти, не выполнив. Это был приказ.
Волк прорычал:
– Ты знаешь, что такое не подчиниться моему приказу.
– Но мы все под Барракудой…
В его хмуром голосе звучала прямая угроза. Волк рыкнул:
– Ответственность беру на себя. Уходим.
Они попятились, второй бросил пару слов в верхнюю пуговицу, прислушался, а Волк сказал мне с почтением:
– Простите, Владимир… простите, отчества не помню!.. Я ваш поклонник, жду с нетерпением продолжения «Последней цитадели». Вы не поверите, но я всю нашу часть заразил вашими идеями чести, благородства… Простите за недоразумение!
Они исчезли, я кое-как вылез из кресла и доковылял до окна. Из подъезда вышли только двое мужчин, по такой жаре – в шортах, раскрепощенные, с пустыми руками. Они прошли с десяток шагов по тротуару, их догнало такси, они остановили, поторговались и сели. Еще спустя минуты три вышел еще один, этот изображал собирателя бутылок, при нем ветхий мешок, где явно все автоматы.
Я не стал смотреть, в какое авто сядет этот, повернулся в сторону стола.
– Кристина! – сказал я, но телефон молчал. Я повторил еще дважды, телефон не включался, хотя зеленый огонек показывал, что все в исправности.
Я прокашлялся, сказал еще раз: «Кристина», в коробочке щелкнуло, на этот раз мой хриплый голос опознали, пошла устанавливаться связь.
Только что избежал гибели, надо ликовать, но, странное дело, я чувствовал стыд, что обманул этих людей. Они оказались обо мне слишком высокого мнения. Не поверили, что я унижусь до такой работы, как участие непосредственно в военных действиях.
Я еще не успел объяснить Кристине, что сейчас лучше ко мне не приходить, как двери потряс тяжелый удар. Я швырнул трубку, бросился в прихожую… и едва успел отпрыгнуть. Дверь рухнула вовнутрь комнаты. Из коридора ворвались люди в серых комбинезонах, с респираторами на лицах, мгновенно промчались мимо, а следом вошел полковник, если не ошибаюсь, полковник Ищенко.
Лицо его было как посыпанное пеплом, под глазами резче обозначились темные круги. Он кивнул мне в сторону кабинета. Ноги меня держали слабо, я вошел следом и рухнул в кресло. Ищенко сел чуть наискось, знаком велел кому-то поверх моей головы что-то сделать, и через пару мгновений у меня в руке уже была бутылка холодного пива.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
