зашла на кухню в одной футболке, которую использовала в качестве ночной сорочки, и села у стола, поджав под себя одну ногу.
– Хочешь кофе? – спросила она.
– Свари, – улыбнулся он, бросив на нее быстрый взгляд, при этом не отрываясь от своей работы.
– Почему ты вчера вернулся?
– А ты хотела, чтобы я ушел с Владом?
– Он твой друг?
– Не совсем. Приятель. Иногда подкидывает мне работенку.
– А ты далеко живешь?
– На окраине.
– С родителями?
– Комнату снимаю.
– Ты не местный?
Он отрицательно покачал головой.
– А родные в городе есть?
– Нет.
– На что же ты живешь?
– Подрабатываю, – с усмешкой, словно удивляясь ее непонятливости, ответил он. – Смотри, кофе убегает.
Они завтракали, вдыхая запах свежей штукатурки. Черные кудри Тимура, его восточные глаза и красивое лицо – все это теперь вызывало в ней грусть и сожаление.
– Ты на каком курсе?
– На последнем.
– А потом?
– Потом видно будет.
Тимура, похоже, ничуть не заботило будущее. Что будет, то будет! Наверное, так и надо жить…
Он провозился с откосом до самого вечера, только раз прервался на обед, повлекший за собой маленькое лирическое отступление… Вечером Тимур стал собираться. Уля не знала, как после всего предложить ему деньги. Но уговор есть уговор.
– Тимур, сколько я тебе должна?
– Нисколько, – усмехнулся он.
– Нет, – запротестовала она, – так не годится! Ты весь день работал. Это твой заработок. И потом плачу не я. Это деньги моего отчима.
– Раз я заработал, то я ими и распоряжаюсь. – Тимур умел улыбаться так покровительственно и чуть свысока, словно был миллионером, а она бедной наивной девочкой. – Купи себе что-нибудь… от меня.
– Что купить? Что за глупости?
– Ну хотя бы ночную рубашку. Что ты спишь в футболке, как подросток? Купи себе шелковый пеньюар с кружевами. Тебе пойдет что-нибудь… в розовых тонах. И халатик такой же, в тон… – он игриво потянул за поясок ее халата. – Я приду, а тут такая женщина…
Тимур привлек ее к себе и стал целовать. Делал он это умело и с чувством.
Уля, как обычно, не могла устоять против его ласк, но продолжала упрямо шептать:
– Нет, я не могу… Тебе жить не на что… Это неправильно…
– Ты так сильно хочешь мне заплатить? – отстранил он ее. Его раскосые глаза смотрели с презрением.
– Нет, – сразу сдалась она. – Вообще-то не хочу.
И снова припала к его губам…
– Хорошо, – говорила она, стоя в коридоре, пока он одевался, – я куплю шелковое постельное белье. И пеньюар тоже. Зайдешь посмотреть?
– Как-нибудь обязательно.
– Как-нибудь?
– Уля, – Тимур остановился с наброшенной на одно плечо курткой. – Давай сразу договоримся, чтобы все было по-честному. Я не люблю обязывающих отношений. Не собираюсь жениться. Вообще никогда. Это не для меня. Мы можем встречаться время от времени, но… никаких обязательств и никаких претензий. Соскучишься – звони. Я тоже как-нибудь звякну.
Ничего удивительного. Лека ее предупреждала. Этого и следовало ожидать. Уля изобразила на лице невозмутимую улыбку:
– Ладно. Сегодня остаться не хочешь?
Тимур притянул ее за шею к себе:
– Выспаться хочу, – шепнул он. – А с тобой это вряд ли удастся.
Ульяна не могла сейчас оставаться одна. Весь вечер она сновала по квартире в поисках занятия. Что-то вытирала, чистила. Руки были заняты, но голова-то свободна, и события последней недели то и дело прокручивались в ней. Впечатлений было много, но все такие разные, сумбурные, что дать им правильную оценку она пока не могла.
Мысли путались. И принимать какие-то решения она просто была не в состоянии. Геннадий сразу понравился ей, но как бы не всерьез, вплоть до последнего момента, когда она узнала об их родстве. Стоило ей об этом узнать, как он тотчас же показался ей желанным настолько, что стало даже обидно. Тимур сразу покорил ее своим мужским обаянием, но вот он ушел, сказав, что никаких обязательств, – и ничего. Немного неприятно, но ей совершенно не жаль, что так получилось. К чему печалиться о том, что заведомо недоступно? И как может человек, не желающий определенных отношений, поддерживать их? Да никак! Тимур приятный, но он из другой, совершенно чуждой ей среды. Что могло бы их объединять? Они с ним слишком разные люди. Ей любовник на час не нужен. Ей нужен друг. Чтобы всегда был рядом. Нужна зависимость от него. Чтобы интересовался, где была. Чтобы предупреждал, что задержится. А ни к чему не обязывающие отношения – это для богемы.
Уснула она поздно. И так же поздно проснулась. Заставила себя пойти в магазин за новыми занавесками. Это немного развлекло ее. Нашла готовые в комнату и на кухню, оставалось повесить – и все. Столько товаров теперь в магазинах! На любой вкус. Были бы деньги. Она купила себе и шелковое белье, но не розовое, а цвета шампанского, с белоснежной отделкой, и такой же атласный пеньюар с низким кружевным декольте.
После утешительного шопинга ее настроение значительно улучшилось. А преображенная квартира выглядела светло и празднично. Уля приняла душ, надела шелковое белье, налила в бокал вина и возлегла в своем новом пеньюаре на диван перед включенным телевизором. Как все же здорово получилось! Она за такое короткое время сумела сделать свое нынешнее жилье красивым и уютным. Ну есть еще задумки по поводу разных мелочей: вот здесь, например, над кроватью, хорошо бы смотрелась картина – натюрморт с цветами. Утром, проснувшись, она посмотрит на нее – и сразу поднимется настроение. А еще надо купить передвижной столик на колесиках, чтобы утром завтракать в постели, не опасаясь испачкать белье. На кухню нужно подобрать белую моющуюся скатерть – она видела такую сегодня в магазине. Просто рук не хватало все дотащить. И хорошо бы прикупить новые чашки.
Она так размечталась, что совершенно упустила из виду, что у нее осталось мало денег. Лека была права: она сделала ремонт, но устроиться на новую работу не успела. Совершенно неохота было этим заниматься. Да и прилагать очередные усилия к тому, чтобы найти достойного поклонника, – тоже. На этой неделе у нее впечатлений от новых знакомств более чем достаточно! Похоже, что она все же проиграла. Ну и ладно! На духи подруге у нее денег хватит. И на работу не надо будет торопиться. Отдохнет еще недельку, настроится и тогда обязательно что-то подыщет. Жаль, денег мало, рванула бы куда-нибудь в теплые края, в тот же Египет, по самой дешевой путевке. Можно, конечно, одолжить у мамы или у Людки. Но брать взаймы Уля не любила.
Она подлила себе еще вина. Приятная легкость охватила все тело. Вот напьется
