даже все обаяние Тимура. Поэтому, когда он снова заявился к ней без звонка, она довольно быстро выставила его, внеся ясность в их отношения и популярно объяснив, что на этом их знакомство он может считать законченным. Он опешил от такого поворота событий, но постарался выдержать марку, напустил на себя невозмутимость, презрительно усмехнулся краем губ, типа «да ради бога!», и достойно удалился.
Но во дворе его подстерегала еще одна неожиданность.
– Эй! Погоди-ка! – услышал он за спиной.
Тимур обернулся. В темной надвигающейся фигуре он узнал недавнего визитера Ули. Тот остановился напротив него и угрожающе произнес:
– Ты не бойся. Я бить тебя не буду… Сегодня.
Тимур вскинул голову. Мужчина был гораздо крупнее него, и связываться с ним не стоило. В планы Тимура совсем не входило драться, несмотря на то, что тон собеседника его явно задел.
– Так вот, – продолжал Улин знакомый, – с этого дня ты дорогу сюда забудешь. Я ясно выразился? Ты же актер. Значит, внешность для тебя имеет первостепенное значение? Еще раз появишься – красоту твою подпорчу основательно. О большом кино придется забыть. Все понял?
Не ожидая ответа, он сел в машину, а Тимур пошел своим путем. Мужчина не догадывался о произошедшей сцене в квартире, иначе не стал бы терять время. Тимур не был бойцом. И получить по морде из-за какой-то Ули ему совершенно не хотелось. Да, она ему понравилась. Еще одна чистенькая девочка со своей хатой. Симпатичная, без комплексов. Но мало ли таких! Неприятно, конечно, когда тебя выставляют. Это же надо! Из-за Вероники! Откуда она узнала? Она, конечно, нравится ему больше, чем Вероника. Той уже за сорок. Но у нее связи! И возможности. Нет, с Вероникой рвать нельзя. В ее руках – его будущее.
Уля заехала к маме, завезла оставшуюся после ремонта сумму и посоветовалась о новоселье. Мама поддержала ее решение и пообещала Уле купить понравившийся ей накануне чайный сервиз.
– Правда, у меня стола нормального нет, а столько народа набирается!
– Забери наш стол-тумбу. Все равно стоит без дела.
– Придется. И табуретки. С возвратом.
– Хорошо. Я скажу Коле, он завезет.
После мамы она хотела зайти к Люде в соседний подъезд. Было уже семь вечера, и подруга должна была быть дома. Уля не стала торопиться и сначала набрала ее по мобильному.
– А мы не дома, – ответила Люда, – мы в «Пингвине».
«Пингвином» называлось кафе-мороженое их детства. Находилось оно рядом с их домом, по линии трамвая. Уля зашла в зал и сразу всех увидела. За столиком рядом с Людой и Вовкой сидел Гена. От укоряющего выражения его глаз у нее вспыхнули щеки.
– Садись! – Людка придвинула ей стул, переводя настороженный взгляд с подруги на Генку.
– Так о чем ты говорил? – невозмутимо продолжал Вовка.
Но Геннадий молчал, неотрывно глядя на Улю. Вовка тоже посмотрел на нее.
– Кофе будешь? – спросил он. – Мороженое? Девушка, – подозвал он официантку, – еще один кофе и одно мороженое.
– Ассорти? – улыбнулась ему хорошенькая официантка.
– Нет. Ванильное, – ответила Уля.
Генка опустил глаза на чашку кофе. За столом повисла неловкая пауза.
– Как весело стало! – съязвил Вовка.
Людка набрала побольше воздуха в легкие и шумно выдохнула:
– Ну все, друзья! Приняли и смирились. Чего уж теперь…
– Он не знает, – тихо сказала ей Уля.
Но Генка услышал и поднял на Улю ставший вдруг напряженным взгляд:
– О чем вы?
– Давно надо было сказать! – Людка с укоризной посмотрела на Улю и снова взяла руководство в свои руки: – Гена, послушай. Уля к тебе хорошо относится. То, что ты напридумывал о ней и Тимуре, в корне неверно. Но… у тебя с ней ничего быть не может!
– Это я уже слышал, – Геннадий поднял кофе к губам, не спуская взгляда с лица Ули.
Людка возмущенно передернула плечами и выдала:
– Дело в том, что она – твоя сестра!
Вовка закашлялся, поперхнувшись мороженым. Генка поставил чашку на стол и посмотрел на Люду как на сумасшедшую.
– Твоего отца зовут… звали Фоменко Андрей Иванович? Правильно?
– И что?
– И Улиного кровного отца зовут точно так же.
– Что значит кровного?
– Ульяну вырастил отчим, – стала объяснять Люда, – чуть ли не с самого рождения. Она считала его отцом. А потом выяснилось, что ее родной, кровный отец – совершенно другой человек. Его звали Фоменко Андрей Иванович!
– Это еще ничего не доказывает.
– Улина мама познакомилась с женатым мужчиной. К тому времени у него уже было двое детей – сын и дочь. Сыну тогда было пять лет. У вас точно такая же разница!
Геннадий казался озадаченным.
– Это правда? – спросил он Ульяну.
Та обреченно кивнула.
– Вот, значит, почему… – и он растерянно замолчал.
– От твоей сестры мы узнали, что ваш папа был инженером, – продолжала Люда. – Еще одно совпадение.
– Он умер, – сказал Гена.
– Улин отец тоже. И тоже два года назад.
– Два с половиной, – уточнил Геннадий.
– Неважно, – Людка с сожалением поджала губы. – Так что…
– Странно. Отец? Не может быть!
– Улина мама после рождения Ули почти сразу же вышла замуж. Улю удочерили. Это дикая случайность, что вы вообще познакомились!
– Цирк на дроте! – сказал Вовка уже знакомую Уле смешную фразу.
– Все это может быть совпадением, – упрямо возразил Генка. – Фамилия очень распространенная. Профессия отца – тоже самая обычная. Таких однофамильцев могут быть десятки, сотни, даже в одном городе.
– Теоретически может. – Людка посчитала свою миссию выполненной, поэтому с удовольствием стала поглощать наполовину растаявшее мороженое. – Уточни у своей мамы, если сомневаешься.
– У моей мамы – диабет, гипертония и сердце, – сказал Генка. – Она только позавчера выписалась из больницы.
– Ну и не тревожь ее. – Людка подбадривающе кивнула сникшей подруге. – Вероятность ошибки – одна сотая. И не надо так трагически это воспринимать. В конце концов, ничего страшного не произошло, надеюсь… – Последние слова она буркнула себе под нос. – Это же радость! Уля брата нашла! Ты – сестру.
– У меня уже есть сестра, – хмыкнул Геннадий. – А наше родство с Ульяной еще нужно доказать.
– Какой ты упрямый! Вот лучше бы помог ей с работой. Уля – классный менеджер. Может руководителем работать. Чем ты там занималась? Маркетингом? Рекламой? Только чтоб с хорошей зарплатой. В какую-нибудь иностранную компанию.
– Хватит, Люд, – поморщилась Уля.
– Ничего не хватит! Поможешь, Ген?
Он не ответил. Ульяна тоже замолчала. До Люды, наконец, дошло, что они с Вовкой здесь лишние, и она засобиралась:
– Пошли, муж! В другой раз договорите. Ты обещал дочке в лото с ней сыграть. Ребенок ждет.
После их ухода Уля с Генкой несколько минут помолчали, глядя друг на друга.
