Качаю головой.
— Если таким образом можно было вывести Вефандинга на чистую воду, то это действительно не имеет значения. Но столько людей увидели мое преступление. Гортензия, Селеста, леди Роуз… Что с этим делать?
— Никто ничего не видел. Это была грандиозная, невероятная иллюзия, подкрепленная моим ментальным влиянием. Мы разрабатывали ее все эти недели. Для остальных король просто надел тебе на голову корону и мы ушли. Праздник продолжился…
— Ох, — вздыхаю. Даже не верится, что все кончилось. Мне еще хочется спросить о Джеффри, Люси… Что с ними? Но усталость накатывает тяжелой волной. Не сдержавшись, зеваю и тру ладонью глаза.
— Тебе нужно отдохнуть… — поправляет мое одеяло. Приглаживает волосы.
И я это понимаю тоже. Мысли становятся все более вялыми и туманными. Но так не хочется оставаться одной. В темной комнате, где из всех уголков наступают тени. Знаю, со временем чувство панического страха сотрется, но пока воспоминания свежие, не могу удержаться от дрожи и тихо прошу:
— Останься со мной.
И даже не надеюсь, что согласится. У него вероятно сейчас куча дел. А это только блажь. Но он неожиданно удивляет:
— Конечно, любимая, — садится рядом, сжимает мою ладонь. — Твои сны теперь под моей защитой… С сегодняшнего дня и до конца наших дней.
— До конца наших дней… — повторяю эхом.️
Эпилог
— Можешь открывать глаза.
Медленно поднимаю веки. В первый момент ослепляет от яркого света. Только через несколько минут понимаю, где очутилась.
Это кабинет Тора. Стеллажи с книгами, полки с новейшими магическими изобретениями, куча разных интересных и неизвестных мне устройств. А в центре письменного стола виднеется знакомый шар.
— Что это? — поворачиваюсь к мужчине. — Вы еще кого-то шпионить завербовали на благо короны, или лорд Роуз согласился вернуться к бурной деятельности.
Следует отметить, что невероятное возвращение отца Вивьен из царства мертвых встревожило весь аристократический мир Сен-Ажена. И чуть не довело леди Роуз до безумия. Конечно, от радости. Не уверена, что холодная чопорная маман любила Патрика Роуза, но то, что была чрезвычайно привязана к нему, неоспоримый факт. Дети обрадовались не меньше. Особенно Уилл. Мальчику нужен отец, как ни крути.
— Нет, этот шар для тебя, — объявляет мой новоиспеченный муж.
— Для меня? — удивленно тяну.
— Посмотри в него.
Медленно подхожу к столу. Несмотря на переполняющее любопытство, немного боюсь. Конечно, не подарка, а того, что прячется в шаре, что он мне покажет. Слишком свежи воспоминания о сеансе у Амариллис.
— Сядь за стол. Подумай о своем желании.
— Ты шутишь? — нахмуриваюсь.
Единственное, о чем я мечтала — увидеть свою семью. Но это желание невыполнимо. Мне нет дороги на Землю, а им сюда. В общем, стыдно признаться, но я настолько счастлива, что мне не о чем больше желать. Прекрасный, заботливый муж, любящий меня всем сердцем. Которого я люблю всем сердцем. Верный друг — лорд Роуз, который даже сейчас продолжает заботиться обо мне. Младший брат — Уильям, которого искренне считаю родным. Даже отношения с сестрами Вивьен и маман наладились…
— Подумай. Поверь мне.
— Ладно, — кладу руки по обе стороны от артефакта и сосредоточенно всматриваюсь в туманную глубину.
Несколько минут ничего не происходит, туман закручивается в воронку, заполняет пространство сизыми клубами. А потом потихоньку среди густой серой дымки начинает появляться маленькое прозрачное окошечко. Оно растет, расширяется, становится больше и вот уже через минуту перед глазами появляется знакомый школьный двор, зеленая трава на газонах, расчерченная белыми линиями площадка. И… дети, куча детей. Маленьких первоклашек в вышитых рубашечках, с букетами терпких хризантем. В сердце щемит, на глазах появляются слезы. Среди десятка малышей сразу узнаю своих Любчика и Любаву. Такие хорошенькие. Взрослые мордашки, курносые носики и веснушки. Мои малыши. Здоровые, веселые румяные, красиво одетые. Улыбаются на празднике первого сентября, с нетерпением ожидая, когда милая и добрая учительница вернет их за собой на первый урок. А за детьми вижу маму и папу, таких родных и далеких, заплаканную Зоряну... Моя семья, которую мне пришлось покинуть...
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Горло сжимается в спазме. От слез все расплывается перед глазами. А когда снова проясняется, туман уже закрывает окошко. Только мгновение с семьей, но насколько оно важно. Насколько утешительно...
Сердце переполняется благодарностью. Даже не представляю, сколько ночей провел Тор за работой, чтобы заставить артефакт преодолеть пространство и время и на несколько секунд показать мне родных. Я поворачиваюсь к мужчине, чтобы хоть как-то попытаться выразить всю ту любовь и благодарность, которую чувствую в этот момент, но туман снова расползается, и в новом окошечке я вижу себя. Широко открываю глаза от удивления…
Старинные руины замка Ровены больше не кажутся страшными и запустевшими. Высокие стены из светло-серого камня сверкают на солнце. Величественные башни, немного старомодные, но новенькие и очень похожие по описанию на те, что возвышались здесь раньше. Руины средневекового замка превратились в просторное имение. А серебряные розы опутывают его стены как платье хрупкий стан невесты.
— Вот еще одна, мамочка, — мило шепелявит маленькая рыжая девочка, сложив ковшиком ладошки. Ее запястья щекочут нежные листики.
— Еще одна, Рози... быть не может! — притворно удивляюсь.
— Посмотри!
Ладошки разжимаются, и из них действительно появляется нежный серебристый бутон.
— Папа вернется из путешествия и не узнает наш дом, — качаю головой.
— Узнает, — уверенно кивает. — И очень обрадуется. Особенно когда мы расскажем ему о братике.
— Каком братике, Рози?
Я вижу, как женщина в видении робко накрывает пока еще плоский живот ладонью.
— Том, который у тебя в животике. Маленький Тристан. Мой братик...
— Ну, ты и выдумщица. Откуда знаешь, что Тристан?
Девочка немного обиженно надувает губки.
— Я не придумываю, мамочка… Мне розы прошептали.
После этих слов шар снова заволакивает туманом, женщина и ребенок исчезают, а я чувствую на щеках влагу. Вытираю ладонями соленые капли и закусываю губу.
Тор мгновенно притягивает к себе, нежно прижимает, целует в волосы.
— Что ты увидела? Тебя что-то расстроило, Вив?
Сглатываю ком в горле, качаю головой.
— Нет… не расстроило, — поднимаю лицо, чтобы посмотреть в любимые глаза. — Я увидела… Прошлое… прошлое и будущее, — моя ладонь накрывает пока еще плоский живот. — И это будущее прекрасно, Тор! Я так тебя люблю!
— И я тебя люблю, моя сладкая Вишенка!
Наши губы встречаются, и я чувствую вкус теплых, нагретых солнцем спелых вишен. Вкус нашей любви.
Конец
