пляжей. Пологие берега в окрестностях Истима давно привлекают паломников со всего мира. В этом месте расположен крупнейший алтарь, доступный всем желающим. Редкое явление – это сооружение не оккупировано жрецами. Паломники устраивают празднества на пляжах, а заодно отдыхают. Мягкий ветерок и теплый воздух способствует подобному.
Но обо всем этом спутникам еще предстояло узнать. Торговец уже бывал здесь, но и его поражало сооружение.
Закрылись ворота, снаружи их зафиксировали мощным засовом из дубового бруса. Засов опустили канатами, зафиксировали в железных кронштейнах. Давление воды такое сильное, что ежегодно приходится несколько раз менять засов.
– В прошлом случалось, – сказал Виал, – вода выдавливала створки. И поток обрушивался в залив. Потому-то тот городок, Энносигея, почти заброшен.
– И что было с теми, кто находился в это время здесь?
– А ты угадай.
Хенельга покачала головой, спросила:
– Ты говоришь «бывало»? Такого больше не случается?
– Не случается, но предлагаю молиться, чтобы не случилось.
Что они втроем и начали делать. Хенельга перегнулась через планшир и бросила в воду свое подношение. Как припоминал Виал, подобное делали на каждом судне. Кто-нибудь, да что-нибудь бросал духу канала. Торговец и его спутник могли расстаться только с монетами.
Внизу, на дне скопились несметные богатства. К счастью, они были недоступны для жадных хозяев Виорента. Лишь ныряльщики рисковали опуститься на дно, чтобы среди меди и вотивных предметов отыскать серебро.
Оглянувшись по сторонам, Виал заметил, что почти каждый матрос бросил что-то в воду. Молились все, не надеясь на прочность створок.
Кормчий, не без помощи матросов, зафиксировал рулевые весла в поднятом положении. Он знал, что через некоторое время сильная волна ударит по ним, а это может привести к поломке.
Шлюз начали заполнять водой. Снаружи заработали машины, приводимые в движение руками и ногами людей. Видны были только верхушки беличьих колес, что использовались для подъема воды. Принцип действия механизмов скрывали от чужаков, но вряд ли это было нечто уникальное.
Топчанки приводили в движение винты, что поднимали воду наверх, где она через керамические трубы изливалась в шлюз.
Этих труб было с десяток; с грохотом из них лилась вода. В шлюзе поднялись волны, воздух стал влажным от брызг. Люди почувствовали соленый вкус, запах водорослей стал ярче.
Чтобы судно не раскачивалось, его удерживали на растянутых канатах с четырех сторон – два с кормы и два с бака. Натяжение канатов было равномерным, со стороны каждого каната работали сигнальщики, использующие цветные флажки. Между собой они общались этими флажками, понимали друг друга не хуже, чем при обычном разговоре.
Система сигналов тоже хранилась в тайне, хотя Виал и не понимал, зачем.
Таск раскачивало на волнах, но крен никогда не достигал опасных значений. От стен и створок корабль располагался на приличном расстоянии, качение было минимальным. Лишь на каких-то полфута корабль смещался из стороны в сторону. Бурлаки не первый год работают здесь, даже без сигнальщиков могли бы удерживать корабль. Им достаточно чувствовать натяжение троса. Такое мастерство вызывало восхищение.
Потому среди бурлаков не было рабов. Как и гребцы, эти люди должны быть заинтересованы в своей работе.
Шлюз постепенно заполнялся водой. Корабль медленно поднимался вверх. Напор воды давил на шлюзовые створки, заставляя их стонать и скрипеть, но запоры пока держали.
Подогнать створки так, чтобы вода не вытекала из них, невозможная задача. Потому воду почти все время держали на уровне нижнего бьефа. Иначе рабы издохнут, вынужденные постоянно бегать в топчанках.
Корабли, идущие с Истима, опускали вниз либо с помощью канатов, предварительно разгрузив, либо поднимая уровень воды в шлюзе, в любом случае, проход с той стороны стоил дороже.
В сезон торговцам везло: судно с верхнего бьефа дожидалось подъема судна из нижнего бьефа. Это позволяет сэкономить силы рабов на заполнение водой камеры, ускорить шлюзование.
Купцам некуда деваться, приходилось платить за проход канала или рисковать, идя в обход полуострова.
Поговаривали, что власти Виорента намеренно не уничтожают пиратов, что обосновались на юге Аретии. Эти пираты платят за свое существование, а так же служат пугалом. Иначе, канал никогда бы не окупился.
Виал подумал, что для тех, кто решит уничтожить Виорент, надо просто разобраться с пиратами на юге Аретийского полуострова. И этими людьми будут гирцийцы, только им под силу сокрушить регионального титана.
«Будь я на двадцать лет моложе, так вызвался бы в эту экспедицию» – подумал Виал. И он был рад, что уже постарел. Груз лет и мудрость набитая за прошедшие года, теперь не позволят броситься в авантюру.
Заполнение водой длилось несколько часов. Бригадам бурлаков приходилось меняться несколько раз, для рабов на топчанках такой привилегии не было. Они бежали в колесах до полного изнеможения. Работа на колесах не лучше каторги где-нибудь в рудниках. Обслуживание канала пожирало десятки жизней ежемесячно.
Вот почему Виорент не прекращал практику долгового рабства. Без этого не удавалось бы пополнять рабские ресурсы. Что, впрочем, на руку гражданам, ведь строгие законы и страшные наказания обеспечивали безопасность на улицах.
Чужестранцы этого не замечали, ведь они вне законов Виорента.
Подняв уровень воды на нужный уровень, рабочие шлюза открыли внутренние створки. Вода хлынула в открывшийся проем, ударилась во внешние створки. Корабль, попавший в поток, походил на песчинку, затягиваемую в водоворот. Если бы не канаты, на которых он был растянут, так разбился бы.
Шлюпку замотало на волнах, ее канат натянулся и затрещал. Лодку вот-вот могло оторвать и разбить о створки ворот. Потерю шлюпки восполнят, но сколько пройдет времени, прежде чем Арс купит новую.
Виал заскрипел зубами, взмолился Хозяину вод, чтобы эта часть плана не была разбита таким глупым образом.
– Да тут тренироваться можно! – воскликнул Эгрегий.
Когда шум воды стих, корабль успокоился, Виал сказал:
– Рабочие поленились поднимать воду до нужного уровня. Вот нас тряхнуло.
– А если бы канаты не выдержали?
Виал усмехнулся и кивнул на створки.
Все понятно, их бы разнесло в щепки о ворота. Стали бы гирцийцы очередным подношением демону канала.
Корабль потянули в канал. Как только он оказался во внутреннем пространстве, створки были закрыты, а
