Элида понимающе кивнула. Она неторопливо прихлебывала вино, и в глазах ее, как видел князь, отражалась глубокая задумчивость: Маттеру казалось, что женщина хочет что-то сказать, но не может решить, стоит ли.
– Здесь прослеживается определенная логическая цепочка, – вместо нее заговорил Хадден, уютно, словно кот, устроившийся в кресле с куском хлеба с сыром и кружкой вина, – хотя и не очень простая, как мне видится…
– Вперед! – приказал Маттер. – Я уже убедился в том, что думать ты вполне умеешь. Ну?
– Н-гм, – Хадден кашлянул, польщенный словами князя. – Я вижу ситуацию так: кто-то из предков старого пушкаря имел дела в той самой торговой колонии. Весьма возможно, что в те дни, когда лавеллеры приняли решение бежать с острова, вывезти все свои ценности – а может быть, и некие реликвии, ведь откуда нам знать, не собирались ли они осесть там навечно? – им уже не удавалось никак. Если принять версию эпидемии – колонистов там просто почти не осталось. С острова отплывала буквально горстка людей, которой пришлось бросить практически все. Но бросить – где? Не об этом ли написано в той самой книге? И, к тому же, знаете… я бывал в Ла-Велле, ваша милость. Считать деньги они умеют не хуже наших, но при этом отношение к древностям у них – о-о-о! Кусок крепостной стены, если он относится к временам Старых Династий, они отлакируют, подопрут незаметно, чтоб не упал, и станут возить к нему учеников. Это они любят. И мне не раз приходилось слышать о том, как много всего утрачено, в том числе на островах: разрушены бурей храмы и все такое прочее. Отчего ж не предположить, что тот же пушкарь искал именно припрятанные храмовые реликвии, ведь их ценность для лавеллеров деньгами не измерить?..
– Мне кажется, капитан, что вы умудрились ясно и внятно изложить то, о чем мы с его милостью молчим уже почти час, – вдруг рассмеялась Элида.
– Все так, – вздохнул Маттер, – и эта версия действительно была бы вполне логичной, если бы не одно «но»: а какой информацией располагает Даглан? Я почти уверен, что свою долю сведений он получил там, далеко за океаном. Лавеллеры туда в те времена не доплывали…
Хадден нахмурился. Бить такой ход ему было нечем. Присутствие в этой загадочной истории жирного мошенника, бежавшего из Майли два десятка лет тому назад, а теперь вдруг вернувшегося в компании бывших дворцовых стражников из Рамлы, не поддавалось никакому разумному объяснению.
И все же именно Даглан выступал сейчас в качестве одной из основных фигур – без него мечтать о разгадке было трудно. Даглан вел себя не просто дерзко, нет, он выступал на сцене так, словно все страхи, способные терзать человека, для него уже позади.
«Нет ли тут еще и опасности для принца? – вдруг спросил сам себя Маттер. – Да, думать о таком по меньшей мере странно, однако жирный псих, похоже, уверен в своей непробиваемости, как скала. Но почему, будь же я проклят, почему?»
– Вы сказали, что принц Инго убывает в паломничество «ближайшими днями», – произнес князь, повернувшись к Элиде. – Но точнее… никак?
– Судите сами, ваша милость, – задумчиво улыбнулась она, – сорваться с места без всякой подготовки принц не может, ему попросту не позволяет этого должность. Мы с вами понимаем, что такому человеку, как он, ничего не стоит выписать самому себе отпуск, особенно используя столь удобный предлог, как молитвенная поездка, но все же нужно объявить о назначении временных управляющих, сдать им дела и все такое прочее. С нашей системой управления вы наверняка знакомы ничуть не хуже меня, а?
Маттер молча покивал в ответ.
– Дня три, – сообщил он после раздумья, – и это минимум, это если у него там хватает людей, посвященных во все хитросплетения и интриги. Если таких людей мало – считаем дней пять-шесть. Н-ну что ж, придется нам организовать за ним постоянную слежку. Справитесь? Я слышал, вам не впервой менять обличье…
– Порой по нескольку раз за сутки, – хихикнула Элида. – Да, я справлюсь, ваша милость.
– В случае необходимости рядом с вами будет капитан. Он тоже умеет прятаться между струйками весеннего дождя.
– Я вижу, ваша милость, – немного покраснел Хадден, – что вы хорошо знакомы с классическим театром. Эта фраза, если мне не изменяет память…
Договорить он не успел: в прихожей хлопнула дверь, и все услышали голос Эрмона, который спрашивал у Васко, на месте ли князь. Сделав знак Элиде и Хаддену оставаться на местах, Маттер встал из-за стола.
Яна он встретил у двери. Чуть не налетев на князя, старший навигатор фыркнул, отступил в сторону, а потом приветственно поднял руку:
– Как здорово, что все уже здесь. Я успел соскучиться. Командир… – поклонился он Маттеру, – комендант Ларго счел необходимым подготовить для вас письменный доклад. Сдается мне, наше появление сильно подействовало на его психику… меня не хотели отпускать, пока я не выпил два кувшина десятилетнего вина. Прошу простить, но отказываться было просто невозможно.
– Ларго писал доклад до или после? – хохотнул Маттер, рассматривая плотный пакет с печатями королевских воздушных сил.
– Во время, – снова отвесил поклон Эрмон. – Непосредственно.
– Надеюсь, тебя хоть покормили?
– Честно? Ожидалось большего. Я не голоден, но жажда меня мучит ужасающая.
Повинуясь жесту князя, Хадден придвинул к столу еще один стул, а Элида достала из буфета чистую тарелку и бокал. Эрмон отнес в прихожую свою кожаную куртку, вымыл руки и с довольным вздохом уселся за стол. Маттер тем временем читал довольно пространную записку коменданта воздушной базы. Брови его при этом двигались вверх-вниз.
– Похоже, он был уже навеселе, – заметил князь, не отрываясь от чтения. – Ну и слог, это ж с ума сойти. У нас в воздушных силах служат настоящие поэты…
Доклад господина Ларго был написан в старинном воинском стиле, с обилием ненужных подробностей, подаваемых к тому же столь заковыристо, что у Маттера лезли на лоб глаза. Из написанного комендантом следовало, что представители торгового дома «Виллур и сыновья» приобрели бывшие земли дома Маас-Фиттвиц еще два года назад, причем сделку эту протащили через Торговую палату с явными нарушениями и в обстановке большой секретности. Цель покупки была не ясна до самого конца, то есть до того момента, пока Виллуры не начали возводить укрытия для воздушных кораблей и всю сопутствующую инфрастрктуру. Создание воздушного порта вызвало изрядную бучу среди судовладельцев, которые вообразили себе, будто столичные магнаты собираются отобрать у них часть давнего привычного пирога морских перевозок. Возить грузы, понятное дело, никто по воздуху не собирался, ибо грузов такой стоимости попросту не существовало, но сразу вслед за воздушным портом Виллуры открыли в Майли крупнейшее на Юге представительство, потеснив нескольких «старых и почтенных» торговцев заморским сырьем. Судиться не имело смысла, поскольку все это безобразие происходило в полном соответствии с Законом… нельзя было и придраться к воздушному порту, ибо до сих пор Трон не регулировал этот вид деятельности вообще никак.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
