трахнуть твою задницу этим дилдо. Чтобы убедиться, что она хорошо растянута и готова к моему члену.
Она смотрит на меня через плечо и облизывает губы.
— Это намного меньше твоего члена. Ты уверен, что он подойдет?
Я провожу кулаком по своему члену и киваю.
— Я сделаю так, что он подойдет, и тебе, блядь, понравится каждая секунда.
Наливаю смазку на ее тугую дырочку и сначала просовываю в нее два пальца, медленно растягивая мышцы. После добавления третьего пальца Наталья стонет и тяжело дышит, как маленькая грязная девчонка, какой она и является.
— Правильно, стони, пока я буду ласкать пальцами твою маленькую упругую попку.
Она выгибает спину, и я шлепаю ее по ягодицам, из-за чего у нее вырывается сдавленный стон.
— Элиас, пожалуйста.
Я усмехаюсь.
— Что “пожалуйста”?
— Пожалуйста, дай мне больше.
Я чувствую, как теряю контроль над собой, когда сильнее погружаю пальцы в ее задницу, заставляя ее стонать.
А затем вытаскиваю их, хватаю фаллоимитатор и поливаю его смазкой.
— Давай посмотрим, как хорошо ты это примешь.
Я проталкиваю его через напряженный сфинктер, и она обхватывает резину, как вторая кожа.
Наконец, ее мышцы расслабляются, и фаллоимитатор проникает внутрь, полностью проскальзывая в попку.
— О, Боже, — стонет она, оглядываясь на меня через плечо. — Я не думаю, что смогу принять твой член.
— Ты будешь принимать то, что я тебе дам, как послушная маленькая шлюха, ты поняла?
Она кивает, впиваясь зубами в нижнюю губу.
— Моя послушная маленькая шлюха.
Она стонет, глаза закрываются.
— Да, хозяин.
Я стону и вгоняю фаллоимитатор ей в задницу, с благоговением наблюдая за тем, как ее мышцы обхватывают его.
Я никогда в жизни не видел ничего настолько охуенно совершенного, и знаю, что когда мой член впервые погрузится в ее девственную попку, это будет настоящий рай.
По мере того, как я жестко трахаю ее, киска становится все более влажной, пачкая одеяло под ней.
— Тебе это нравится, да?
— Да, это чертовски приятно.
Я наклоняюсь вперед и свободной рукой хватаю ее за шею, заставляя приподняться и выгнуть спину.
— Просто подожди, пока мой член впервые раздвинет эту девственную попку.
— Пожалуйста, — хнычет она.
Я ухмыляюсь, прекращая двигать игрушкой.
— Скажи мне, чего ты хочешь.
— Я хочу, чтобы ты трахнул меня в задницу. — Ее бедра сжимаются вместе. — Так сильно, — добавляет она.
Я вытаскиваю фаллоимитатор из ее попки, со стоном осматривая открытую дырочку.
— Правда? Я же говорил, что ты будешь умолять меня о члене в своей попке, да?
Она кивает.
— Пожалуйста, хозяин, я прошу тебя, трахни мою попку глубоко и жестко.
Я рычу, мой член набухает до боли и капает спермой по всему одеялу и на пол.
— Осторожнее со своими желаниями.
Схватив бутылочку со смазкой, я выливаю немного на свой болезненно твердый член и провожу кулаком вверх-вниз, пока он полностью не покрывается.
Затем выравниваю головку рядом с ее растянутой попкой и толкаюсь вперед, издавая стон, когда мышцы обхватывают головку моего члена.
— Ох, — скулит Наталья, глядя на меня широко раскрытыми глазами через плечо. — Он слишком большой.
Я качаю головой.
— Нет, он, блядь, идеально подходит.
Такое чувство, что я умер и попал на небеса. Я замираю, зная, что если не буду контролировать себя, то кончу еще до того, как начну.
Вместо этого стискиваю зубы и равномерно и мягко надавливаю вперед, так что мой член погружается все глубже в открытую дырочку.
Наталья стонет и хнычет, в этих звуках чувствуется боль.
— Расслабься, и тебе станет лучше, обещаю.
Я ласкаю ее спину успокаивающими движениями и остаюсь неподвижным, несмотря на отчаянную потребность вбиваться в неё, царапающую мои внутренности, как нож.
Последнее, чего я сейчас хочу, — это причинить ей боль.
Наталья прерывисто выдыхает, и я чувствую, как она расслабляется вокруг моего члена.
— Хорошая девочка, — бормочу, позволяя своему члену погрузиться внутрь еще на сантиметр. — Ты почти проглотила весь мой член в своей прекрасной попке.
Она смотрит на меня через плечо широко раскрытыми глазами.
— Да?.
Я киваю.
— Почти, потому что ты справляешься так чертовски хорошо.
Затем она стонет, глаза закатываются, когда я ввожу последний сантиметр так, что мои яйца упираются в ее насквозь мокрую пизду.
— Черт, детка, — говорю, глядя вниз на то место, где мой член исчез внутри нее. — Ты приняла весь член в свою задницу, как профи.
Она со стоном двигает попкой.
— Тогда чего ты ждешь?
Я посмеиваюсь на это и грубо хватаю ее за бедра.
— Осторожнее, nena. Ты же знаешь, что я не нежный.
Она вздрагивает.
Не удержавшись, я вытаскиваю член почти до конца, только для того, чтобы с силой вогнать обратно.
Наталья вскрикивает, тело подается вперед, когда она пытается вырваться, но я крепко держу ее.
— Расслабься, — бормочу я, хватая ее за волосы и оттягивая голову назад. — Через минуту тебе станет хорошо.
Я делаю то же самое снова и снова, пока она не начинает задыхаться и стонать.
Прежде чем успеваю опомниться, ее спина выгибается дугой, и она умоляет меня о большем.
— Пожалуйста, Элиас, трахни меня сильнее.
Я врезаюсь в тугую попку с такой силой, что удивительно, как не разрываю ее пополам.
Она снова стонет, наклоняя голову вперед.
— Это так чертовски приятно.
Я с силой впиваюсь ногтями в ее бедра, зная, что оставлю следы, но мне тяжело сдерживать себя от взрыва.
— Да, потому что ты моя идеальная маленькая шлюшка, и тебе нравится все, что я с тобой делаю, не так ли? — Я шлепаю ее по попке, и она стонет. — А теперь я хочу, чтобы ты кончила для меня с моим членом в своей заднице.
— Элиас, я не хочу, чтобы это заканчивалось, — бормочет она.
— Кончи для меня сейчас, и я буду трахать твою задницу снова и снова, пока ты не начнешь умолять меня остановиться.
Наталья стонет, а затем я чувствую, как она сжимается вокруг моего члена так сильно, что кажется, будто она пытается его разорвать.
Я проникаю сквозь ее напряженные мышцы, трахая её прямо во время оргазма.
— О, черт! — она кричит, тело обмякает, и она падает на кровать, не в силах удержаться на ногах.
Я хватаю ее за бедра и поддерживаю, врезаясь в нее еще три раза, прежде чем выплеснуть свою сперму глубоко в ее задницу.
— Да, блядь, прими каждую чертову каплю, — рычу я.
Она как кукла, безжизненная, пока я использую ее и наполняю своей спермой. Когда я, наконец, прекращаю толчки, мое зрение возвращается в норму, и я позволяю ей рухнуть на кровать в изнеможении.
Я
