Он рывком прихватил ее за бедра, попытался оттолкнуть. Не вышло. Откуда, спрашивается, столько сил нашлось в хрупком женском теле? Пришлось действовать жестче. Настя даже охнуть не успела, как мужчина под ней, резко крутанулся. Один миг, и они поменялись местами. Яростные, непримиримые и соединенные в одно целое. Теперь уже он нависал сверху, смотрел и сходил с ума. Это оказалось превыше любых сил. И Бог с ними, со слезами, но вот взгляд… Мочи не было с ним бороться. Отчаяние в купе с фанатичной потребностью — куда ему против такого?
Ненавидя себя, сдался. Внутри будто что-то надломилось, выпуская наружу сокрушительную нежность. Сам захватил в плен ее дрожащие от рыдания губы, сам толкнулся в горячее тело. Вначале медленно, плавно, лаская каждым миллиметром своей плоти ее истерзанное, чувствительное лоно. Потом немного быстрее, глубже, загибаясь от возбуждения, радуясь первой влаге.
«Что же ты делаешь со мной, глупая? Хорошая моя…» — сквозь пелену полузабытья почудились слова. В ответ Настя еще больше выгнула спину, позволяя войти в себя целиком. Хотелось до сердца, до того самого трусливого женского сердца, что так сильно любит этого мужчину и боится потерять. С тихим проклятием Андрей откликнулся на предложение. Крепко подхватил ее под ягодицы и вошел. До упора, неторопливо, тягуче и заботливо. Не заглядывая вопросительно в глаза, не ругая и не останавливаясь. Останавливаться поздно… Во всем поздно.
* * *
Оба с трудом шевелились, словно близость вытянула все силы. Настя попыталась приподняться с кровати, но черные круги перед глазами и резкая слабость заставили упасть обратно. «Полежи!» — выдохнул на ушко мужчина, а затем незаметно выскользнул из кровати. Спустя минуту она тихо вздрогнула, ощутив как влажная, махровая ткань полотенца интимно коснулась разгоряченной, припухшей плоти. Он обтирал ее, трепетно, аккуратно. Стирал с бедер свое семя, гладил живот. Это было чересчур, но разве можно было сопротивляться? И она не смогла. Закусила губу и смиренно позволила продолжить. Ее страхи и кошмарные сны, пережитые испытания и неуверенность — все тонуло в простой искренней заботе. В чутких прикосновениях сильных рук к обнаженному телу, в легких, успокаивающих поцелуях, в бездонном затуманенном взгляде любимого.
Ради этого можно было ждать годы, ради этого можно было пойти на все…
Закончив, Андрей отбросил полотенце на пол, закутал Настю в одеяло от пяток до ушей. «Такая маленькая и легкая!» — удивился, словно не замечал этого раньше. Потом, подумав немного, усадил к себе на колени и принялся баюкать, как ребенка. Ни один кошмар больше не был страшен. Никто не посмеет отобрать покой. Он на страже, он не отпустит.
Оба незаметно провалились в сон спустя несколько коротких минут. В этот раз сновидений не было. Только чистый, исцеляющий беспамятный омут, заслуженный, проплаченный.
* * *
Ночь длилась еще долго. Все такая же темная, но уже не пугающая. На смену ему пришло утро, и оно тоже оказалось иным, несравнимым со всеми предыдущими. Проводив Андрея на тренировку, Настя забралась с ногами на узкий неудобный диванчик в гостиной и удивленно замерла. Прямо перед ней, на журнальном столике, сиротливо лежала небольшая связка ключей. Простенький на вид брелок в виде шайбы казался необыкновенным украшением.
Шайба, ключи, заботливый мужчина… И вот уже нет права отказаться, нет желания продолжить борьбу. Проиграла или выиграла — лишь Богу известно, а пока оставалось одно — принять реальность, и без оглядки довериться судьбе. Она ни у кого не просила таких отношений, не искала и не мечтала. Они родились сами, с тем, с кем могли и тогда, когда пришло время. Может, если бы ни брак, ни ее проблемы, и оценить этот дар не смогла… Прошла бы мимо, посмеявшись над желаниями странного капитана. Может быть… Сколько всех этих «может быть», но случилось так, как случилось. Теперь остается жить. Смаковать выпавшее на долю счастье, стараясь не проронить ни крупицы. Запоминать вкус и ощущения. Идти сквозь вьюгу к тому, кто протягивает руки и баюкает после любви.
Глава 21. Тайм-аут
Еще одна неделя плей-оффа пронеслась кометой в череде будней. Одержав долгожданную, четвертую победу «Северные волки» заслужили себе право на участие в полуфинале Чемпионата. Заветный кубок казался близким, как никогда. Ради этого двухнедельный перерыв, заверениями Градского, должен был стать настоящим тренировочным адом. «И живые позавидуют мертвым!» — отшутился неунывающий помощник тренера.
Двум другим шутникам команды, Клюеву и Коневу-младшему, усиленных тренировок удалось ненадолго избежать — подготовка к очередному этапу Еврокубка пришлась, как нельзя вовремя. Пара дней отдыха, неделя тренировок в составе сборной страны, и сумасшедший режим Эдуарда Станиславовича будет казаться вполне сносным. Остальной части команды пришлось довольствоваться короткими выходными.
* * *
Настя уменьшила громкость автомобильного радио и отключила надоевший, как горькая редька, телефон. Сегодня ее нет ни для кого, а те, кому без работы не жить, пусть крутятся, как хотят. У нее выходной, законный и более чем заслуженный. На соседнем сиденье, сладко посапывая, раскинулся капитан хоккейной команды. Последние три игры не прошли для него бесследно. Чем выше становились ставки, тем больше сил приходилось выкладывать. Каждый игрок теперь играл на максимуме своих способностей, а капитан — далеко за его пределами. Порой лишь на голом упрямстве и злости он выдерживал накал матчей. Без поблажек и жалости к себе. Вратаря можно было сменить, нападающие звенья — перетасовать, даже грозному тафгаю Коневу, позволялось выбить зубы у любого из соперников и, обессилив, рухнуть на скамейку штрафников, но не капитану. На его уверенности в команде да на смекалке тренера зиждились как защита, так и нападение.
И вот сейчас отдых. Первый выходной особой насыщенностью не выделялся: челночный бег от холодильника к кровати, сон и ленивые разговоры ни о чем. Поначалу Настя еще пыталась расшевелить Таранова, но совместная поездка в ближайший гипермаркет поставил точку на всех попытках. Она отвлеклась всего на пару минут, как он задремал на первом попавшемся стуле. Распознав в странном заросшем мужчине капитана местной хоккейной команды, рачительные работники магазина и любопытные покупатели обалдели. Даже живой Дед мороз перед Новым годом не имел такого успеха. На фоне Андрея фотографировались, в него показывали пальцем и даже записывали на видео, но все молча и бесшумно. Впрочем, сама Настя готова была биться о заклад, что ходи они на головах и греми посудой, восходящая звезда ютуба, ничего не заметила бы. Мощный капитанский храп надежно заглушал любой иной звук.
