нас с ним было взаимопонимание. В дому уже люди живут. Некоторые выходят, интересуются, не мешает ли производству работ личный транспорт. Я отвечаю, что да, уберите, пожалуйста. Так минут за тридцать-сорок мы со всем двором управились. Очень качественно всклокочили, получилось даже красивее, чем было. Все обломки мы поставили торчащим образом – ни пройти, ни проехать. Под самый конец приехала к нам милиция поинтересоваться, что это мы тут делаем. Ничего особенного, отвечаю, выполняем предписание суда, и сую сержантику папку. Он её листал, читал, аж фуражку на затылок сдвинул, а потом устал, наверное. Вернул обратно мне, честь отдал и всего хорошего пожелал. Такая вот была история… И самое главное, что ничего мне за это не было…
– Спасибо, Иван Иванович, за интересную историю. – Ямов, кривляясь, зааплодировал.
– И поучительную, – сказал Саша.
– И философскую, – добавил Филипп.
– Это, я не поняла, угроза, что ли? – вдруг взвилась Алиса.
– На здоровье, ребята-котята! – ответил Старицын всем, кроме Алисы, глядя при этом ей прямо в глаза.
Битва взглядов была недолгой. Алиса не стала больше ничего уточнять и обратилась ко всем:
– На чём ещё можно было бы сэкономить?
Никто не отвечал.
– Мы ждём инициатив! – торопил Ямов.
Тишина. Не дождавшись ответа, он продолжил:
– Хорошо, тогда вот моё предложение! Мы можем сдать дом без благоустройства. Не так ли, Александр Сергеевич?
– Можем? – встрепенулась Алиса, не веря собственному счастью.
– А смысл? – ответил Саша, понимая, что проигрывает раунд. – Весной всё равно придётся сделать.
– Некоторые застройщики и весной не делают, и вообще… – дразнил Ямов.
– Если можно не делать, то и мы не будем делать! – решила Алиса.
Никто из присутствующих раньше не видал такого жлобства.
– Извините, – осторожно спросил Филипп, – а вы представляете, что такое благоустройство?
– Мне достаточно знать, что без него можно обойтись, – ответила Алиса резко.
Похоже, у Филиппа вертелся на языке искромётный экспромт, но всё испортил влезший Ямов:
– Не нервничайте, Филипп Самуилович, не нервничайте. У вас от этого давление поднимается.
– Автоном, зачем ты это сейчас сказал? – спокойно ответил Филипп. – Должна же быть какая-то этика. Это же как медицинские данные. Я вот, например, знаю про твой геморрой, но не палю тебя перед товарищами.
Офис загудел, как стадион. Это была настоящая овация. Вахтёр в другом конце здания приглушил звук телевизора, чтобы понять, что это и где вдруг загудело.
– Пан председатель пропускает очко! – перекрикивая шум, зафиксировал Филипп.
Пока все ржали, Саша успел скачать из интернета звук гонга, выставить громкость компьютера на максимум и нажать на «плей».
– Давайте перейдём к следующим вопросам, – попросил он в установившемся икающем молчании.
– Чем занимаются на стройке? – таков был очередной вопрос Алисы.
– Э-э-э… строительством? – ответил Саша, не в силах не ёрничать.
– Алиса Владимировна хочет сказать, – вмешался Ямов, – что некоторые процессы можно было бы оптимизировать. Что-то запараллелить, сократить ненужные траты…
– Обязательно для этого планёрку делать? – поинтересовался Саша.
– Хозяйка бизнеса желает знать, куда уходят деньги, что в этом такого?
– Ладно, слушайте расклад, – устал пререкаться Старицын и подробно перечислил, чем сегодня занимаются тридцать четыре человека и одна немецкая овчарка. Саша про себя вновь подивился способности Ивана Ивановича держать в голове всю стройку.
– Что это за уборка – пять человек? – возбудилась Алиса.
– Подрядчики Автонома Викториновича оставили за собой такой срач – мама не горюй! – держал ответ Старицын.
– Я считаю, что это должно быть бесплатно, – решила хозяйка.
– Конечно! Вот пусть Автоном Викторинович, раз он тут, и организует нам бесплатную уборку.
– При чём тут вообще Автоном Викторинович? – хмыкнул Ямов.
– Это твои подрядчики. Они должны были убрать за собой, – пояснил Старицын.
– Им хоть кто-нибудь об этом говорил? – завилял Ямов.
– Все им об этом говорили! – парировал Филипп.
– Что значит все? – Ямов ловко уводил спор в демагогию. – У заказчика для этого должен быть специальный орган – это технадзор!
– Ты на мой специальный орган не заглядывайся! – Филипп ловко превратил демагогию в фарс. – На чужой корешок не разевай роток!
Стадион снова загудел.
– Фигляр! – орал Ямов. – Я отказываюсь продолжать планёрку в такой атмосфере!
– Ну Автоном, подожди, реально же смешно! – кричали ему сквозь слёзы.
Саша включил гонг.
– Давайте мы все успокоимся, – примирительно сказал он, – и вернёмся к деловому разговору.
– Давайте, кто же против, – буркнул Ямов.
– Итак, подрядчики ушли, оставив за собой бардак и мусор, правильно? – Все согласно кивнули, хотя некоторые и без особого энтузиазма. – Но, к счастью, Автоном Викторинович лично обещал произвести уборку за свой счёт, и мы все это прекрасно помним!
– Этого не было! – возмутился Ямов.
– Ты помнишь? – обратился Саша к Филиппу.
– Помню!
– И я помню! – закричала Комарова.
– А я видела! – сказала Таня.
– Предлагаю голосовать! – крикнул Саша, вскочив. – Кто за?
В воздух поднялось шесть рук.
– Большинство! – констатировал Саша. – Автоном Викторинович, веник вам в руки!
– Клоуны! – выкрикнул Ямов.
– По каким работам подрядчики ещё не определены? – Алиса озвучила следующий вопрос.
– Кто же, интересно, подсунул тебе эту бумажку? – спросил Саша, зная ответ.
– На сегодняшний момент, – начал Ямов, поглядывая на Сашу, – не определён поставщик металлических изделий. Двери, ограждения, технические лестницы…
Это была запретная зона. Ямов вторгся на законную Сашину территорию. Знающие люди оценили глубину подлости. Ямов аж засветился от удовольствия, будто его не чморили тут последние полчаса.
– Ты на что намекаешь? – спросил Саша, прекрасно всё понимая.
– Я намекаю на то, – отчеканил Ямов казённым тоном, – что мы вправе не хвататься за первого попавшегося исполнителя, а выбрать подрядчика, который устроит нас по цене и качеству. Кое-кто заломил ценник в миллион, и, на наш скромный взгляд, это является чрезмерным.
– Прекрасно, – ответил Саша, – поторгуемся. Шаг – сто тысяч. Твой подрядчик выполнит работы за девятьсот?
– Конечно! – ответил Ямов, ухмыляясь.
– Тогда я за восемьсот. Твой ход.
Ямов не ожидал такого поворота, но виду не подал.
– Семьсот, – осторожно сказал он.
– Шестьсот, – не медля, продолжил Саша.
Ямов остановился, очевидно нуждаясь в звонке другу.
– Я предлагаю объявить гигиеническую паузу! – Видимо, он где-то раньше запускал эту шутку и теперь ждал радостной реакции публики. Шутка не зашла.
Ямов выскользнул из кабинета. Вернулся он быстро.
– Всё себе там вымыл? – поинтересовался Филипп.
– Пятьсот. – Ямов озвучил следующий шаг, не отвлекаясь на провокации.
– Четыреста, – сказал Саша, едва противник сомкнул губы.
Автоном Викторинович задёргался. Рефлекторно потянулся к телефону, потом остановился, потом огляделся и вот решился:
– Триста.
– Двести.
Не нужно разбираться в металлоизделиях, чтобы понять, что задача стала невыполнимой. До такого ценника торгуются только дураки, а Александр Сергеевич доселе в глупостях замечен не был, не то что Ямов. Коллегам было непонятно, но интересно.
– Ну хорошо, – наконец вымолвил Ямов. Он
