я и в курсе дел.
– И как отреагировал Тяжёлый Рок?
Секунд десять Фонарь скрёб подбородок.
– Странно, – наконец изрёк он. – Казалось, новость о смерти колдуна огорчила его. Думаю, до предательства Барсучьего Жира они были близкими друзьями.
– Возвышение одного привело к зависти другого, – выдвинул я свою версию.
– Вероятней всего.
Мы остановились у одной из сотен камер. Шаман выставил перед собой посох (меры безопасности), пока товарищ возился с замком. Дверь отворилась, и я увидел Рифуса.
***
Рифус восседал на куче грязной соломы. Закованный в цепи, разбитый. Железный Кулак установил в камере факел, и свет упал на измождённого пленника. Он лишь напоминал себя прежнего. По всему лицу и шее бугрились свежие кровоподтёки и раны. Пускай я и отметил это, но жалости не испытывал, слишком уж много боли он причинил мне и моим друзьям.
– Решили проведать? – ядовито спросил Рифус и плюнул в сторону орка. – Не стесняйтесь, дорогие гости, проходите! Правда, угощений нет, но вы сильно не расстраивайтесь – обещали скоро принести.
Хмурый взгляд Железного Кулака упал на испачканные сапоги. Я думал, размажет пленника по стенке, но нет – здоровяк лишь расстроенно вздохнул.
– Железный Кулак спрашивает Рифуса, будет ли он и дальше упрямиться?
Рифус нервно хихикнул.
– А у меня есть выбор? Скажу хоть слово – Мрак убьёт!
– Не скажешь: убьём мы, – пообещал рыцарь.
– Вы? Барон фон Арн, лучше уж вы! Попасть в лапы к Мраку – обречь себя на вечные муки. – В его голосе звучали насмешка и страх, но страх не перед нами, а властелином тёмного патриума. – Он вывернет вашу душу наизнанку, разрежет тело на множество маленьких кусочков, обглодает кости, а потом… – Рифус в ужасе выпучил глаза и умолк.
– Что же потом? – поинтересовался я.
– И ты здесь, граф, – повернулся ко мне пленник. – Думал, ты погиб. – Он облизал пересохшие губы. – Потом соберёт обратно. И это продолжится до тех пор, пока ему не наскучит. Нет, я не готов пережить сотню смертей.
– Тяжёлый Рок обещает Рифусу одну, – скрипнул зубами вождь, – но такую, что мучения от Мрака покажутся Рифусу милостью.
– Не смешите, никто не сравнится с ним!
Тяжёлый Рок зарычал и приблизился к пленнику. Мне почудилось, будто он желает растоптать юношу, но вместо этого вождь свирепо смотрел ему в глаза. Предатель не выдержал взгляда и отвернулся.
– Зря стараетесь! – прошептал Рифус. – Не заставите! Как бы ни запугивали, его я боюсь в тысячу раз сильнее.
– Тяжёлый Рок видит перед собой загнанного зверя, – процедил вождь и отошёл в сторону. – Тяжёлый Рок даст защиту, если Рифус будет откровенен. Тяжёлый Рок не позволит Мраку добраться до Рифуса.
– Даже если поклянётесь защищать ценою собственной жизни, мой ответ – нет, – твёрдо заявил юноша. – Как вы не понимаете – от него ничего не спасёт.
Насколько могущественен властелин Нигтхиса, я представлял лишь по слухам, ведь наши встречи проходили исключительно во снах. Но теперь я начинал понимать. Надеюсь, портал удастся заблокировать до того, как войска Мрака пойдут в атаку.
– Хочешь сказать, он абсолютное зло? – спросил я.
– Да, граф, именно так и есть, – предатель кивнул и внимательно посмотрел на меня.
– Рифус, прошу, выдай всё, что тебе известно, – попросила Хани. – Искупи вину – помоги одолеть Мрака!
– Его нельзя одолеть.
После очередного отказа вождь скомандовал четверым оркам схватить Рифуса. Предатель пытался выкрутиться, но с таким же успехом он мог раствориться в воздухе.
Железный Кулак взял у Аши колбу и попробовал влить в глотку Рифуса зелье, но тот сжал губы. Когда орку надоело возиться, он ударил парня по рёбрам, затем в челюсть. Бил он в треть силы, чтобы пленник не потерял сознание. Как не отплёвывался Рифус, но через полминуты его напоили. Пускай в пузырьке и осталась четверть, но Аша считала, и этого хватит, чтобы развязать предателю язык.
Вождь кивнул страже, и те покинули камеру. Оно и понятно: лишние уши здесь ни к чему.
– Что вы мне дали? – измученно спросил Рифус. – Яд? Или…
От удивления я вздрогнул – пленник забился в конвульсиях, его руки и ноги вытянулись, насколько позволяли цепи, кости затрещали. Окончилось всё так же неожиданно, как и началось. Рифус лежал бледный, глаза потеряли всякий цвет, словно зрачков и не было никогда.
Я даже решил, что он покинул нас, уж больно юноша стал похож на мертвеца. Но нет, Рифус зашевелился.
– Побоялись клинки замарать? – Голос его изменился, звучал тягуче, будто кассету в магнитофоне зажевало. – Трусы! Всё равно придётся: с недавних пор к ядам у меня иммунитет. – Рифус осёкся, поняв, что выдал секрет.
Аша первой сообразила, что зелье уже действует, и задала вопрос, который мучил её не один день.
– Ты предал моего отца по собственной воле?
Как ни противился зелью юноша, но произнёс:
– Да! Да, я польстился на награду!
– Что же тебе пообещали?
– Тебя, Аша! – ответил он и повесил голову. – А ещё эликсир вечной любви. Было бы достаточно маленькой капли, чтобы ты стала моей навсегда.
Присутствующие затаили дыхание.
– Ты понимал, что грозит Ведилу? – продолжала расспрашивать волшебница. – Рифус, ты понимал?
Она смотрела свысока, но наполненные слезами глаза говорили, насколько ей тяжело.
– Нет! Они уверяли, что никого не убьют. Желали переманить на свою сторону, но… – предатель запнулся.
– Но отец заупрямился? – склонилась над ним Аша. – Ты ведь это хотел сказать?
– Да. Я не ожидал такого исхода.
Всё из-за помешательства на волшебнице? Как же далеко он зашёл из-за желания обладать ею.
– Не ожидал?! – закричала Аша. – Ты хорошо знал его! Ведил любил тебя как сына, а я как брата. Разве так платят за любовь? Приводят смерть в дом?
Рифус резко поднял голову и вперился страшным взглядом в волшебницу. Тон юноши зазвучал по-другому: стал обвиняющим, злым.
– Ты виновата в смерти отца не меньше меня! Была бы сговорчивее, ласковее со мной, ничего бы не произошло!
Аша опешила, ей не хватало воздуха. Стоявшие позади, Фонарь и Хани поддержали её. Меня же обуял гнев – как он мог верить в такое?
– Мерзавец, заткни свой поганый рот! – выкрикнул я и влепил Рифусу затрещину.
Голова предателя стукнулась о стену – раздался глухой удар. Рифус завалился набок. Я понимал, если он умрёт, мы ничего не узнаем, но как же хотелось прикончить его. Никогда в жизни я не испытывал большего гнева, чем в этот миг.
Но уже через секунду меня охватила паника – Рифус не двигался. Тогда Железный Кулак взял пленника за запястье и принялся искать пульс. Орк облегчённо вздохнул и облокотил юношу о стену.
– Жив? – спросила Хани.
