Кол врезался в полупрозрачную пелену, небольшое возмущение прошло по ней рябью и угасло. Ошалевший от увиденного мужик дёрнул филутию за нить обратно, но не тут-то было. Неудавшаяся жертва ритуала стремительно ухватилась за неё рукой, не дав вернуться к владельцу. Между мужчинами возникло соперничество, каждый тянул оружие на себя. Сбрендивший пацан больше не пил кровь, но та всё равно изливалась из разорванной шеи мертвеца, словно вытягиваемая таинственной силой. Всё больше её скапливалось вокруг тёмной фигуры. Кровь танцевала и искрилась то и дело, вспыхивая отдельными бусинками золота.
Коросо покраснел от напряжения, однако филутия словно приклеилась к сумасшедшему парню. Сколько бы он ни тянул, тот не отпускал и даже не двигался. Однако кое-что всё же происходило. Воздух вокруг него начал клубиться, словно в комнате вспыхнул пожар. Пространство явственно искажалось, преломляя и так не слишком яркий свет факелов, от чего контуры плаща начали распадаться. В какой-то момент перед культистом вдруг возник жуткий образ чего-то, лишь отдалённо напоминающего человека.
Тёмная, крылатая фигура медленно поднималась. Вихрь крови вокруг неё, то ускорялся, то замедлялся, но с каждым мгновением в воздухе её становилось всё больше. Теперь она высасывалась и из второго трупа, тот дрожал на полу, колотя конечностями по земле. Рана на его затылке и разрезанные края рта расходились всё сильнее, исторгая из себя целый поток багровой жижи вперемешку с эссенцией Скверны, теперь Коросо был уверен в этом. Он не смог бы спутать суть самой силы с чем-либо другим.
Стоя прямо посередине кровавого урагана, фигура в плаще всё ещё придерживала труп его товарища, но когда поднялась в полный рост, отбросила тот словно какой-то мусор. Последние капли крови из обоих мертвецов потянулись к своим сёстрам в кошмарном урагане.
Остриё филутия, сжимаемое крепкой рукой, начало светиться в полутьме подвала. По нити прошла заметная дрожь и ритосец ощутил, что вот-вот не удержит её, так велика стала сила натяжения. Кем бы ни была его жертва, сейчас её словно подменили. Некогда обычный пацан обернулся жуткой бестией. Неровный шрам на его лице расширился и покраснел. От кожи потянулись тонкие нити крови, постепенно складывающиеся в длинный загнутый рог, уходящий за голову. Плащ обратился туманным крылом, а за спиной тёмной фигуры возникло множество полупрозрачных лиц, все они стенали и вопили в жутких гримасах.
Кровь застыла в жилах культиста. Он всё понял. Осознал в какую беду попал. Никогда прежде он не видел, как Пробудившийся принимает свой истинный лик и вот этот час настал. Однако, вместо трепета и благоговения, Коросо ощущал лишь животный страх и скребущийся в душе ужас. Ничего более ужасного не видел он прежде. Все тёмные ритуалы, что проводил, убийства, что совершал и бесчисленные пытки лишь для развлечения, вдруг показались детскими забавами. Искусный воин, сумевший подняться так высоко в иерархии культа, чувствовал себя несмышлёным дитя, застывшим перед великим Богом. Словно его любимые Сущности, в самом деле, спустились на зов, вот только почему-то возникли за спиной жертвы, а не палача.
– Ты поклоняешься им, человек? Сущностям? – Божество, сошедшее с небес, заговорило с ним. Вибрирующий шёпот разошёлся по подвалу, натягивая нервы Коросо до предела.
– Я… я не знал, – ахнул в ответ он. Его голос дрожал, как и ноги. – Если бы я только знал кто ты. Я бы никогда…
– Что? – Божество сверлило его взглядом единственного оставшегося глаза, второй полностью скрылся за выросшим рогом. – Не стал бы поднимать клинка? Неужели лизоблюд Сущностей испугался меня?
– Т-ты Пробудившийся! К-конечно, я не стал бы н-нападать! Моя вера… я… я поклоняюсь силе, а ты её дитя! Избранный сосуд для Сущностей! – Ритосец разжал пальцы, выпуская нить.
– Какая чушь… – глаз Пробудившегося потускнел, внутри него зарождалось что-то новое. Какой-то жёлтый отсвет. – Твоя религия как насмешка над истиной, глупец. Сущности и мы сражаемся, нет никаких избранных для этих подлых порождений Единства. Они ошибка, отзвук желания творца, а ты веришь в них. Путаешь меня с их апостолами…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Нет! Замолчи! – неожиданно для самого себя культист ощутил прилив сил. Ярость, разгоревшаяся внутри, придала ему решимости. Никто не смеет принижать его веру. Никто! Даже Пробудившийся! – Аима, роло’мэ ильёс! – в сердцах он выкрикнул слова заклинания и вскинул правую руку. Будь перед ним Бог или один из его духов, он покажет ему истинность своей веры! Кровь, проступившая на губах и успевшая взмыть вдоль скулы вспыхнула, устремившись к пальцам. Мгновенно собравшись в крупный вектор, загорелась золотым и обратилась сферой племени. – Во имя вечных Сущностей!
Огненный шар выстрелил в сторону тёмной фигуры как ядро из катапульты. Ярко осветив комнату, магия столкнулась с кровавым ураганом. Раздался громкий хлопок, Коросо неловко отступил на пару шагов на миг потеряв равновесие. Полы его робы нещадно трепыхались на ветру от взрыва.
Температура в комнате резко увеличилась, дышать стало тяжелее, к тому же огонь быстро истощал запасы воздуха в, итак, душном подвале. Культист выхватил вторую филутию, сжав окровавленными пальцами, сосредоточился на токе крови, впуская силу в собственное тело, и сделал рывок.
Пролетев сквозь клубы дыма, мужчина оказался прямо перед чудовищем. За те секунды, что он не видел его, Пробудившийся успел до конца отрастить огромный бугристый рог, ныне скрывший половину лица и опоясавший голову. Единственный глаз обрёл золотой отсвет, словно внутри него образовалось ядро магического кольца. Но хуже всего-то, что на нём не было видно и следа повреждений. Магия крови пятого круга не смогла преодолеть его защиту.
Шокированный, но не потерявший веру культист вскинул руку и нанёс удар, вложив в него всю собранную силу и веру. Железный кол вылетел вперёд, разорвав воздух в клочья. От ударной волны дым, кружившийся вокруг, сдуло, разом загасив несколько очагов разгорающегося на мебели пламени. Золотистый глаз прищурился, полупрозрачные лица смеялись за спиной монстра, а ураган крови разом сник, слившись в широкий щит.
Железо столкнулось с магией, разлетелись искры и брызги крови. С оглушительным лязгом филутия срикошетила в правую стену. Врезавшись в грунт, оружие культиста вызвало небольшой взрыв силы. С потолка посыпалась земля, пара ближайших подпорок подломилась, и часть комнаты завалило землей.
Коросо дёрнул за нить, желая вернуть оружие в руку, но тут его враг растворился и обрушился на него кровавым потоком, сметая со своего пути. Острая боль в руке, выдавила из горла крик. Придя в себя, культист понял, что её больше нет. Руку отсекло по локоть потоком бушующей крови, та словно живая подчинялась любым желаниям золотоглазого Божества, а он в свою очередь не терял времени.
Кровавый ураган обернулся несколькими копьями, что разом прошили несчастного ритосца. Выплюнув поток собственной крови, он беспомощно повис пригвождённый к стене, с ужасом наблюдая, как даже она присоединяется к кровавому танцу вокруг противника. Тот будто подчинял всю кровь вокруг своей воле, стоило той покинуть тело.
Коросо проиграл, проиграл немыслимой силе, что растоптала его сопротивление за одно мгновение. Кое-как приподняв голову, мужчина всмотрелся в жуткий лик Пробудившегося, замершего перед ним:
– Если ты враг Сущностей, то ты падешь! Слышишь?! Падёшь пред ними! Ни Боги, ни тем более Пробудившиеся как ты не смогут остановить приход новой эры!
– Не сравнивай меня с ними! – рявкнуло чудище в ответ. Кровь, бурлящая вокруг, приняла форму лезвия и наотмашь резанула культиста по ногам, повторяя эмоции хозяина. Очередная волна боли прошила сознание, едва не отправив в блаженное забытьё. К печали Коросо сознание не уходило, он прекрасно чувствовал обрубки ног и видел окровавленные культи. А золотоглазый продолжал: – Грязные Сущности заразили этот мир давным-давно. Осквернили поток! А ты, ты человек, но служишь им?! – в лице монстра проступила ненависть и отвращение. – Позор… какой позор…
