— Опять объясняться на этом англо-франко-марсианском диалекте?! — ужаснулась Джоанна и категорически отрезала: — Только через мой труп!
— Ну, Джо, миленькая, хорошенькая! — умильно заглянула ей в глаза Ксави. — Одного ма-аленького упитанного цыпленочка, а? И запечь его в тесте? Солонина у меня уже вот где! — она энергично провела рукой по горлу. — А у тебя, — Мари окинула подругу критическим взглядом, — где-то в районе ушей!
Видя задумчивость, охватившую Джоанну, Ксави усилила напор, и уже через несколько минут девушки дружно шагали к окраине городка.
* * *
— По-моему, этот подойдет, — оценивающе оглядела Ксави добротный крепкий дом с большим подворьем и многочисленными хозяйственными постройками. — Мне кажется, слышно кудахтанье кур. Как ты думаешь, Джо, возьмут они испанский дублон?
— Господи, где ты его хранила?! Это что, на долгую и незабвенную память о Береговом Братстве?
Ксави нетерпеливо побарабанила в калитку.
— «Да что же это нам никто не открывает — заснули они там все, что ли?», — пробормотала себе под нос Джоанна, заглядывая через ограду во двор.
— Не пугай тетю! — Мари кивнула в сторону порога, где возникла дородная женщина.
— Все равно ни черта по-английски не понимает.
— Гутен таг[59], фру[60]… фрау[61]… — обратилась к хозяйке Ксави.
— А вдруг, фройляйн[62]? — толкнула ее в бок Джоанна.
— Отстань, — дернула плечом та и заторопилась: — Их бин[63]… это… как его… Как «курица» по-ихнему? — прошипела она, и тут брови Мари полезли вверх. — О! Это как понять?..
![]()
Почтенная матрона, сумрачно взиравшая на непрошенных гостей, не говоря ни слова, развернулась и прошествовала в какую-то пристройку слева от дома.
Девушки переглянулись.
— Э… Эй!.. Мадам! — перегибаясь через калитку, завопила Ксави.
— Может, она плохо слышит? — неуверенно предположила Джоанна.
— Ага! И плохо видит, к тому же, — скептически согласилась Мари. — А ну-ка… — она запустила руку на внутреннюю сторону калитки и, немного пошарив там, отодвинула запор.
— Погоди, может, не стоит, — придержала ее за руку Джоанна. Ей очень не нравилось поведение хозяйки.
— Да ладно, я только спрошу… Мадам! — Ксави решительно направилась к пристройке.
Джоанна покачала головой и догнала подругу.
В пристройке было тихо и сумрачно. Остановившись на пороге, Мари обежала глазами несложный интерьер: сундук, пара шкафов, стопка корзин, какие-то ящики…
— Странно. Где же она? Как сквозь землю провалилась.
Джоанна сделала шаг вперед и, глядя под ноги, негромко заметила:
— Похоже, действительно, сквозь землю…
Ксави одним прыжком оказалась возле нее и облегченно вздохнула:
— Ну ясно, погреб! — и, упершись ладонями в колени, нагнулась над темной яминой. — Эй, фрау, как вас там!.. Мы хотели только спросить…
Сильный толчок не дал ей закончить фразу. Вскрикнув, Мари рухнула в люк. Мгновенно обернувшись, Джоанна успела заметить на фоне светлого проема двери черный силуэт и, получив сокрушительный удар по голове, потеряла сознание.
* * *
Она лежала на чем-то сыром и холодном. В глазах было темно, но звуки слышались отчетливо — рядом шуршало, потрескивало, и доносилось невнятное бормотание.
Джоанна попыталась сесть и, не сдержав стона, схватилась за голову. Шорохи и бормотание стихли, и тут же раздался радостный возглас:
— Очнулась! Слава Богу! Ну, ты даешь, мать, я уже волноваться начала. Подожди, я сейчас…
Послышалась какая-то возня, всплеск.
— О, черт! Опять эта бочка!
Джоанна поморщилась, продолжая держаться за голову:
— Не ори. Башка трещит, будто я ею сутки кряду гвозди заколачивала. А чего так темно?
Ксави хмыкнула:
— А ты рассчитывала — перед тем, как нас в этот погреб упаковать, сюда электричество проведут?
— А-а… Ну да, погреб… Эта баба нас столкнула…
— Совершенно точно подмечено, сударыня. Не только столкнула, но и крышку чем-то придавила, зар-раза! — с чувством произнесла Мари.
— Пожалуй, скорее — скотина! — Джоанна осторожно ощупала голову. — Можно было бы и повежливее с гостями…
— Я тут, кстати, пыталась люк приподнять, только это все равно, что Вестминстер на огородной тачке перевозить. Если она поставила на крышку сундук, то там жернова, а она — Иван Поддубный!
— Давай вместе попробуем, — Джоанна с трудом встала.
— Давай. Вот тут лестница. Осторожнее, здесь слева такая подлая бочка стоит — я в нее три раза попадала. Уже в сапогах хлюпает.
Еще через час возни, запыхавшись и истощив весь запас человеческого гнева, подруги сидели в темноте и молчали, пытаясь осознать истинные размеры постигшего их несчастья.
— Как ты думаешь, корабль уже ушел? — нарушила молчание Джоанна.
— А черт его знает?! Если Нэд сменился с вахты, то могли заметить, что нас нет. Питер бы весь город обежал ради тебя. А если не заметили… Если не заметили, — упавшим голосом продолжала Мари, — то корабль уже второй час в море.
* * *
Сменившись с вахты, Волверстон первым делом зашел в лазарет. Там он застал только Блада, оттиравшего пятна крови с кушетки. Питер бросил на Нэда неприветливый взгляд и сердито сказал:
— Передай своей ненаглядной Ксави, что каникулы окончились. Пусть идет сюда и займется делом.
Нэд недоуменно посмотрел на Блада:
— А… разве она не здесь?
Питер резко выпрямился:
— Что?! А я был уверен, что они пошли к тебе.
— Может, остановились поболтать с Жаком?
Жак Ренар, ожесточенно отскребая последнее пятно сурика на дощатой палубе полубака, услышал за спиной радостное повизгивание Крошки.
— А, ребята вернулись! — оживился он. — Ну, как там, на берегу? — и, обернувшись, увидел обескураженные лица Блада и Волверстона.
— Значит, здесь их тоже нет?! — упавшим голосом пробормотал Нэд.
Потрепав по мягкому уху радостно лающего Крошку, Питер тревожно глянул на уже почти неразличимую полоску берега за кормой. Волверстон перехватил его взгляд:
— Думаешь… они там?
Блад неопределенно пожал плечами.
— Это худший вариант, Нэд, — хмуро сказал он.
Жак недоуменно смотрел на друзей.
— Да вы что, ребята?! — воскликнул он. — Вы что тут похороны устроили! Их, наверное, капитан вызвал… Пойдемте к нему!
Но не успели они сделать и шага, как на полубаке воздвиглась внушительная фигура сэра Дарли.
— Ну, как успехи, Ренар? — поинтересовался капитан. — Вижу, вижу. Палуба в порядке. И чтобы больше такого не повторялось, — строго добавил он, — а то высажу и пса, и хозяев. Кстати, доктор, вы, случайно, не видели моего кают-юнгу?
Глава 45
Местное население встретило гостей хлебом и солью
из двустволок.
Они уже потеряли ощущение времени, когда над головой загремели половицы и донесся невнятный говор. Что-то со скрежетом сдвинулось, и люк распахнулся, впустив в погреб поток света, показавшийся девушкам ослепительным. Они зажмурились.
— Gå ud![64] — приказал резкий голос.
Подруги, спотыкаясь, выбрались наружу. Полуслепые после долгого сидения в темноте, они ощутили, как грубые руки подхватили их и, быстро обыскав и отобрав шпаги и пистолеты, отпустили.
Проморгавшись, Ксави и Джоанна смогли, наконец, оценить обстановку. Их окружали пятеро мрачных личностей и давешняя хозяйка, косившаяся на непрошенных гостей с каким-то непонятным злорадством. Девушки взглянули друг на друга: у Джоанны над правой бровью красовался великолепный кровоподтек, сделавший бы честь любому профессиональному боксеру; у Ксави через всю щеку и подбородок змеилась багровая царапина. Измятые костюмы и взлохмаченные волосы тоже не прибавляли им элегантности. Исходивший от сапог Ксави отчетливый селедочный дух довершал картину.
