— Прекрати, Нэд! — остановил его Питер. — Оставь его. Надо думать, как быть дальше.
— Что там думать? — искренне удивился Волверстон, роняя Рябого, который тут же воспользовался этим обстоятельством и юркнул за дверь. — Что думать-то? Вернемся в Хиртсхальс, подождем ребят на рейде…
— О возвращении не может быть и речи! — нахмурился капитан. — Повторяю, мы не на прогулке! В конце концов, мальчики сами виноваты.
— Что же теперь делать? — упавшим голосом произнес Нэд.
Сэр Дарли и Жак Ренар удивленно переглянулись: так волноваться из-за каких-то мальчишек?!..
— Не знаю, — пожал плечами капитан. — Все, что я могу, это… Следующая стоянка будет во Фредериксхавне, дня через три. Там мы должны взять лоцмана. Так уж и быть, простоим на сутки дольше. Успеют — их счастье, а нет — наймем других! — и с легким недоумением взглянув на удрученные лица Блада, Волверстона и Ренара, хлопнул ладонью по столу: — Вот так!
* * *
Наступившую было тишину спугнул стук двери и мгновенно вскипевший спор.
— Вы sige[75] ложь! Вы не есть матросы. «Санта-Анна» три часа назад есть покинувшая Хиртсхальс!
Ксави воздела руки:
— Еще бы! Вы нас в этом трюме, наверное, полсуток промариновали!
Брови толмача взлетели вверх:
— Мариновать?! Что? Hvorfor?[76]
Джоанна поспешно вмешалась:
— Мой друг хочет сказать, что вот эта госпожа, — она указала на толстуху, — заперла нас в подвал, когда корабль еще стоял в порту!
Переводчик опять повернулся к главарю. Ксави, не выдержав, в сердцах выдохнула:
— O, mon Dieu! Quel idiotes![77] — и плюхнулась на сундук.
При звуках французской речи переводчик встрепенулся:
— Parlez-vous français, messieur?[78]
— Oui, bien sûr![79] — в один голос воскликнули девушки, потерявшие уже надежду быть понятыми.
Теперь разговор пошел живее.
Еще через полчаса с помощью месье Леже — бывшего лионского часовщика, а ныне жителя Хиртсхальса, выяснилось, что молодых господ с английского корабля приняли за шпионов по ошибке — сами понимаете, месье, какие времена настали. О, нет, месье, это наша вина! Конечно, месье, нужен еще переводчик с английского, но он… как бы это сказать, месье… слегка нездоров, пьян, comprenez-vous?[80] Безусловно, безусловно, мы вам поможем. Бёрге! Где Бёрге! Вот, месье, Бёрге довезет вас до Йёрринга. Там поможет вам найти попутчика в Лёгхеде — это поселок на полдороге к Фредериксхавну. А там и рукой подать до побережья. Будьте осторожны — в тех местах много болот. Если вы поторопитесь, то успеете в гавань до прихода «Святой Анны». Ей нужно не менее двух дней, чтобы обогнуть мыс Скаген. А во Фредериксхавне она обязательно сделает стоянку — там лучший провиант на всем побережье, да и вода тоже.
Расставшись со своими недавними тюремщиками едва ли не лучшими друзьями, девушки взгромоздились на повозку, на козлах которой сидел Бёрге — тот самый худой парнишка, что бегал за переводчиком. Щелкнул кнут, колеса скрипнули, повернулись на оси, оставляя вмятины на сыром песке, и повозка тронулась в путь. Хиртсхальс — маленький городок среди дюн — остался позади.
Глава 46
Если верить своему отражению в луже, ты мелок и грязен.
Ксави с наслаждением вытянула ноги к огню. После целого дня тряски в жесткой телеге, беспрерывно осыпаемой противной изморосью, которую и дождем-то не назовешь, пределом счастья казался этот небольшой уютный дом, где ярко горел камин, пахло жареным мясом и селедкой. Впрочем, какой селедкой? Ксави принюхалась. Да нет, точно пахнет! Вот и кот появился на запах. Джоанна, заметив недоумение подруги, усмехнулась и похлопала ее по колену:
— Никогда не понимала корейцев — жареная селедка не для меня. Посему ножки я бы тебе советовала держать от огня подальше.
— О, Боже! — с видом мученицы вздохнула Мари и подобрала ноги под себя. — Ну что стоило этой Мёрете поставить возле лестницы в погребе хотя бы соленые огурцы!
— А еще лучше — розовое масло… — Джоанна вытащила маленькое зеркальце и, взглянув в него, помрачнела. Кровоподтек на лбу, оставленный нежной ручкой любезной хозяйки, медленно, но верно спускался на правый глаз, заливая веко сине-багровой тенью. — З-змеюка! Ее бы энергию, да в мирных целях!..
— Упаси Бог! — хихикнула Ксави. — Чернобыль был бы на три века раньше!
— Господа, — хозяин дома, пожилой датчанин, говорил по-английски с небольшим акцентом, но бегло, — ужин готов.
За столом, кроме хозяина и двух его взрослых сыновей, уже сидел Бёрге, сопровождавший девушек весь этот долгий день. Некоторое время ели молча. И только когда хозяин взялся за трубку, приступили к разговору. Бёрге уже успел поведать хозяину историю их совместного путешествия и теперь лишь изредка вставлял замечания по-датски.
— Ну, что ж, ребята правы. Вы вполне поспеваете к кораблю. Только я бы советовал направляться не в сам Фредериксхавн, а чуть севернее. Там есть маленький рыбацкий поселок на мысе. Рыбаки одолжат лодку, и тогда вы сможете перехватить корабль на рейде. В город идти не следует — стража у ворот сейчас частенько из шведов, а документов у вас нет. Или я ошибаюсь?
— Это точно — документы все на корабле, — подтвердила Ксави и в очередной раз отпихнула ногой кота, наводившего глянец на ее селедочные сапоги в течение всего ужина. Кот, не теряя достоинства, терпеливо вернулся к полюбившемуся предмету. Джоанна с интересом следила за этой дуэлью. Когда нога Мари в шестой раз проделала это гимнастическое упражнение, Джоанна отодвинулась вместе со стулом, чтобы не упустить ни одной подробности. Ксави недоуменно глянула на нее:
![]()
— Ты чего?
— Нет-нет, я так, — и Джоанна снова внимательно уставилась на хозяина, объяснявшего кратчайший путь к побережью.
* * *
— Надо было взять левее, — Ксави тяжело оперлась о посох, на треть погрузившийся в мутную воду. — Там болото должно быть мельче.
Джоанна окинула взглядом унылую серую равнину с выступающими кое-где невысокими холмиками и чахлыми кустами.
— Как ты это определила? — устало спросила она.
— Кустов больше… А может, и нет, — передумала Мари и, сощурившись, огляделась: — А фиг его знает, это болото! У меня вообще такое чувство, что мы третий час по кругу ходим! — вдруг взорвалась она.
Джоанна молча выдернула палку из вязкого дна, обошла Ксави, заставив всколыхнуться серую грязь, и только тогда ответила:
— Час назад солнце просвечивало сквозь тучи справа от нас. Правильно идем.
— Правильно, так правильно, — вспышка Мари прошла так же быстро, как и возникла.
Они вновь зашагали по колено в воде, опираясь на палки и время от времени меняясь местами. На разговоры сил не хватало. Час назад они съели последний кусок пирога фру Мёрете, взятый в дорогу. Съели стоя: сидеть было не на чем — все кочки пропитались влагой, как губка. Сознание, убаюканное унылым однообразием болотистой равнины, уже давно не участвовало в механической работе ног. Перед глазами Джоанны вместо мерно качающейся спины Ксави то и дело всплывало лицо Блада. Питер встревоженно глядел на нее и что-то беззвучно говорил. Джоанна силилась разобрать слова, но лицо тут же уплывало, и перед ней вновь возникал заляпанный грязью плащ Мари. Ксави уже несколько раз с беспокойством поглядывала на утомленное лицо подруги с лихорадочно блестевшими глазами.
В очередной раз заняв место лидера, Джоанна подняла глаза к смутному горизонту и вдруг так резко остановилась, что Мари наткнулась на нее, едва не выронив посох.
