— Да это совсем… børn[65]! — воскликнул невысокий крепкий человек, — по-видимому, предводитель этой странной компании. В голосе его прозвучало явное разочарование.
Мгновенно возникший спор слился для ушей подруг в невнятную тарабарщину. Наконец, предводитель решительным жестом прекратил диспут. Лишь хозяйка, так «радушно» принявшая Джоанну и Ксави, еще некоторое время басовито гудела. Но вот и она умолкла, и опять шесть пар глаз уставились на девушек, которые придвинулись друг к другу и настороженно глядели на своих противников.
Крепыш обратился к ним с короткой фразой, но подруги только пожали плечами, а Ксави, не удержавшись, пробормотала:
— Говорил бы, как все нормальные люди, по-английски…
— England?[66] — уловил, по-видимому, знакомое слово крепыш.
— Я — англичанин! — ткнула себя в грудь Джоанна. — А он — француз! — указав на Ксави, громко, словно глухому, объяснила она.
Их светскую беседу, вновь загудев что-то, прервала хозяйка. Она поминутно дергала крепыша за рукав белой домотканой рубахи, рискуя оторвать последний, и с неприкрытой враждебностью поглядывала на девушек. Крепыш отмахнулся и, обратившись к молодому худому, как жердь, парню, отдал короткий приказ. Тот пулей вылетел из пристройки. Наступило напряженное молчание. Оставшиеся действующие лица вновь уставились друг на друга.
Через несколько минут этой игры в гляделки, дверь опять распахнулась, и в каморку ворвался давешний посланец, таща на буксире человека лет тридцати пяти, одетого хотя и бедно, но с претензией на элегантность.
Крепыш оживился и, понизив голос, стал что-то втолковывать вновь прибывшему. Наконец тот кивнул и, выступив вперед, заявил на ужасном английском без тени вопроса в голосе:
— Вы есть аристократы!
Джоанна и Ксави ошарашенно переглянулись. Джоанна осторожно поинтересовалась:
— Что вы имеете в виду?
— Afslutte[67] закрываться… как это… запираться! Вы есть посланы ригсрод[68]! Вы хотите følge[69]… шпионить что?
Джоанна начала понимать, что их втягивают в какую-то местную политическую интригу. Она запротестовала:
— Господа, вас кто-то неверно информировал. Мы не шпионы…
Закончить фразу ей не дали. Со всех сторон на нее устремились негодующие взоры и бурные обвинения в чем-то неподдающемся разумению из-за языкового барьера, но безусловно и окончательно крамольном. Джоанна беспомощно отступила под градом слов и, как спасение, восприняла очередное утверждение переводчика:
— Sådan[70] одежда есть bortset fra[71] аристократ! Вы разведывать дела imod[72]… против король и его верные городские власти! Вы хотите ригсрод снова…
— Да нет же, Господи! — в отчаянии прижала руки к груди Джоанна, не надеясь на точность перевода и пытаясь вложить в свою интонацию максимум убедительности. — Нам что ригсрод, что рейхстаг, что сенат… Поймите, наконец, мы моряки с английского корабля «Святая Анна»!..
Толмач обвиняюще ткнул пальцем в девушек:
— Ложь! Моряки не есть аристократы!
Этот силлогизм поверг Джоанну в легкое оцепенение. Ксави не выдержала и с ходу врезалась в разговор:
— Слушай ты, полиглот! Да какие из нас к чертям собачьим аристократы, если мы в датском ни в зуб ногой?! Ну, не знаем мы вашего датского, ты понял!!! — заорала она в глаза переводчику.
Тот, как в гипнозе, не отрывая взгляда от бешеных зрачков Мари, кивнул. Затем перекинулся парой фраз с предводителем и вновь повернулся к пленникам:
— Значит, вы шпионы из Швеция!
Ошеломленная новым заявлением, Ксави подавилась воздухом, не в силах сказать ни слова, повернулась к Джоанне, всплеснула руками, затем обратилась к стене, пару раз деловито треснула в нее кулаком и дрожащим от ярости голосом просипела:
— О, матка боска Ченстоховска! Кто выпустил их маму из психушки накануне их рождения?! Какие там шведы?! Я из всех шведов одного Карлсона на крыше знаю! Слышишь ты, жертва аборта?!!
Джоанна, сознавая, что результатом этой бессмысленной перепалки может быть либо проломленная голова переводчика, либо слёт с катушек у Ксави, попыталась взять разговор в свои руки и обратилась прямо к предводителю:
— Послушайте, господин… не знаю, как вас зовут… Ну, подумайте сами, какой шпион явится куда бы-то ни было одетый так, чтобы любой дурак принял его за шпиона? Кроме того, я еще раз повторяю, и вы это можете проверить: мы моряки. Отстали от своего корабля, который называется «Святая Анна», — раздельно и терпеливо, как ребенку, объясняла она.
Видимо в результате перевода на датский не весь смысл из этой тирады был утерян, потому что крепыш, быстро посовещавшись со своими, отослал одного из спутников и вновь повернулся к девушкам.
— Что вы делать здесь, hjem[73] Мёрете Берренсен?
При этих словах дебелая хозяюшка выступила вперед, из чего стало ясно, что нежное имя Мёрете принадлежит сей доблестной патриотке. Джоанна, обрадовавшись, что разговор приобретает хоть какой-то смысл, охотно пустилась в объяснения:
— Мы только хотели спросить, не продадут ли хозяева пару кур…
Гудение, в котором с трудом можно было различить отдельные слова, вновь прервало ее.
— Что она говорит? — настороженно спросила Джоанна у толмача.
— Если шпионы нет, вы ville[74] ограбление фру Мёрете…
— Я ее сейчас убью! — с бессильной ненавистью глядя на хозяйку, простонала Ксави.
* * *
Поиски ничего не дали. Корабль был обшарен буквально от клотика до киля, но безуспешно. Артура и Ксавье на «Святой Анне» не было. Растерянные и удрученные, молча сидели друзья в капитанской каюте. Сэр Дарли, попыхивая трубкой, сосредоточенно считал колечки дыма.
— Если они сходили на берег, — задумчиво сказал он, — то наверняка вернулись. Иначе траповый на вахте доложил бы об отсутствии членов команды.
— А кто сегодня траповый? — встрепенулся Нэд.
— Если я не ошибаюсь… Стив Невилл.
Волверстон вылетел из каюты, как ядро из пушки, и через мгновение вернулся, волоча чуть не за шиворот того самого рябого дылду.
— Вот он, сэр!
Четыре пары глаз воззрились на Невилла.
— Кто из команды сегодня был на берегу? — сэр Дарли с напускной безмятежностью дымил трубкой.
— Многие, сэр.
— Все ли вернулись?
— Д-да, сэр.
— Вы уверены?
— Да, сэр.
Капитан пристально глянул в маленькие бегающие глаза Рябого.
— И Суорд с Куто?
— Н-наверное, сэр…
— Что значит «наверное»! — рявкнул сэр Джеймс. — Это ваша обязанность — знать о передвижениях членов экипажа за пределы корабля и обратно!
— Д-да, сэр!
— Я повторяю: вы уверены, что Суорд и Куто вернулись с берега?
— М-м… Ну… — замямлил Рябой. — Видите ли, сэр. Я… Столько людей прошло… Я точно и не помню. Кажется, возвращались…
— Я тебе сейчас память-то подправлю! — вскинулся Волверстон, хватая Невилла за ворот. — Ты себя в мамашиной утробе вспомнишь! Говори, сын каракатицы, приходили ребята или нет!!!
— Я не обязан следить за вашими щенками! — прохрипел полузадушенный Рябой.
— «Разве я сторож брату моему…», — презрительно процедил Блад, прищурив блеснувшие холодом глаза.
Нэд еще раз с остервенением тряхнул Рябого:
— Ну!!!
— Ну… Не видел я их… — отвел взгляд Невилл. — Не возвращались…
— Почему не доложил, килька вонючая?! — зарычал Волверстон. — Я ж тебе сейчас зубы твои гнилые в кишки засуну, медуза маринованная!!!
