в зависимости от поставленных целей и района действий.
Это уже потом, начальник поста СПС мне по секрету сказал, что склейка и подготовке такой карты занимает часа четыре, не больше, я же возился все десять. Задолбался в край.
Я молча кивнул и через несколько секунд майор скрылся за дверью. В общем, работу над этой картой я закончил только к одиннадцати вечера, сразу же приступив к регистрации. Гриф по понятным причинам был засекречен, хотя сама карта пока ещё была пустой. Это нужно было каждую склейку пропечатать штампом для печатей, занести номер в журнал… Она мялась, гнулась во все стороны, что выводило меня ещё больше. Когда же я наконец вернулся обратно на пост, старший прапорщик Мышкин — начальник поста только усмехнулся:
— Ничего, Громов, привыкай! У нас тут разные задачи прилетают. Секретка иногда не справляется, мы в помощь. Секретчика сейчас нет, вот и приходится отдуваться. Кстати, чтоб клей отмыть, много ума не нужно. Вон, в теплой воде с хозяйственным мылом минут десять подержи, все само отвалится.
Ужин с этими картами я конечно же пропустил. Благо, запасных пайков у нас было много — бери, не хочу. Подогрев банку говяжьей тушёнки, я вскрыл ее, вилкой, быстро похватал куски мяса дежурной вилкой, сухарями впитал растопленный жир. Это вкусно и сытно, хотя ни разу не полезно. Уж для желудка точно. Заварил чаю с сахаром, вытащил плитку шоколада. Ее тут быть не должно, но кто-то отдельно подсуетился. Сгрыз ещё пару сухарей.
А после одиннадцати завалился спать. Утром была моя смена, сейчас отдувался Шмелев — набивал на неудобной щелкающей клавиатуре «исходяшку» в Москву.
Таким образом прошел месяц, стукнула середина декабря. Я хорошо набил руку при работе на шифровальной аппаратуре. Группа работала отдельно, в дальней части здания, но все входящие и исходящие были от них и в основном для них. Так-то держать на погранзаставе штат восьмого отделения, да ещё и с постом связи было не нужно — но тут все по инициативе и отдельной просьбе КГБ. Это нормально.
Чем конкретно они тут занимались — вопрос достаточно интересный. И если бы не приходил дежурный и не заполнял бланки исходящих «телег» мы бы и понятия не имели, чем они тут занимались. А так картина была как на ладони — грубо говоря, они разрабатывали крупного полевого командира оппозиции, как раз в районе Ваханского коридора. Почему отдельно и почему контрразведка? Да потому, что именно на этом участке духи тесно сотрудничали с союзниками из Китая и Пакистана и это тревожило комитет. И сейчас через коридор между тремя странами, где ещё и Индия успела чуть-чуть отметиться, шли караваны с оружием, наркотиками и много чем ещё. Обстановка тут была спокойной, но в последнее время менялась с каждым днем. Одной лишь изоляции перешейка афганской территории коридора оказалось недостаточно, духи были хитрее и наглее. А их командир, некто Рашид Фахдлан проявлял упорное коварство, и удивительную тактичность, совершая налеты на приграничные посты… Ни дня не было, чтоб по советским бойцам не стреляли с афганской границы. Но все это были мелкие, одиночные огневые контакты, на которые реагировали сквозь пальцы.
Да, несмотря на то, что за последние полгода чаша весов существенно качнулась в сторону Советского Союза, а американцы тихо отошли в сторону, поддержка у оппозиции всё ещё была высокой и крепкой. Как Европа, так и Пакистан с Китаем продолжали снабжать моджахедов оружием и боеприпасами.
Отправляя и принимая шифртелеграммы, мы конечно же читали тексты — иначе это было просто невозможно. Ну, разве что с закрытыми глазами… По поступавшим сводкам становилось ясно, что около семидесяти процентов всей территории Афганистана уже была под контролем советских войск. И с каждым днём позиции становились крепче — моджахедов поджимали к границам соседей. Сначала духи массово бросали свои районы сосредоточения, уходя вглубь гор, где их не могла достать артиллерия, да и эффективность применения авиации была под вопросом. Огрызались огнем, устраивали вылазки и нападения. Множество складов с ПЗРК «Стингер» были уничтожены авиацией, но это касалось только крупных скоплений, а мелкие, раскиданные по горам, оставались нетронутыми. Душманы не стеснялись их переносить с места на место и применять там, где им было удобно. Следы влияния Америки будут ощущаться еще годы… Впрочем, в моем времени было точно также. Те переносные зенитно-ракетные комплексы, что духам поставляли штаты, потом будут использовать против них же, только намного позже.
Активно начавшаяся компания советских войск по уничтожению оппозиции, вновь начала вязнуть в партизанских позиционных войнах… Тактика ударить и убежать, была очень удобной для духов. А вон нашим она стояла как кость в горле. Особенно здесь, в Ваханском коридоре. Тут, на границе Таджикской ССР и Афгана были всего три крупные погранзаставы, у которых зона контроля оказалась достаточно широкой и держать ее под контролем было сложно.
Оперативная группа контрразведки КГБ была создана не просто так, а по причине того, что тот самый Рашид Фахдлан действовал нестандартно, группировка росла и удары становились все более ощутимыми и болезненными… Ощущалось влияние советской военной школы и это заинтересовало контрразведку. Под командованием Рашида собралось около ста пятидесяти человек, а места их дислокации были неизвестны.
Группа контрразведки насчитывала восемь человек управления и ещё четырнадцать из числа спецназа. Конечно, это был не «Вымпел», но там собрались достаточно подготовленные ребята. Наверное, было бы логично засунуть меня именно туда, а не на пост СПС, но почему-то командование, либо ГРУ, либо той же контрразведки решило иначе.
Ну и если вдуматься, то ничего хорошего из этого все равно бы не получилось, так как в этом случае группа получилась бы не слаженной. Я со своим уставом в чужой монастырь просто не вписался бы — подготовка была разной, да и решаемые задачи были несколько другого характера. От такой группы больше вреда, чем пользы.
И черт возьми, мне так-то тоже нужно было отдыхать, не все же время под пулями скакать и подставляться под чужих. Можно и в тихой обстановке, клеить карты и работать с секретными телеграммами, принося пользу общему делу. Я в бой не рвался, пусть другие стреляют…
За прошедшее время стало ясно, что специальная оперативная группа эффективно работая с местными жителями, торговцами и иностранными представителями, а также опираясь на данные полученные от советской разведки и правительственных сил Афганистана, медленно, но верно двигалась к цели. Окончание боевых действий — взятие под полный контроль всего Ваханского коридора и устранение Рашид Фахдлана и его людей. Лишившись
