class="p">Британский консул пишет письма, Солано убивает индейцев а Тшуди его разоблачает
Уильям Томас Хадсон, консул Её Величества в Перу, пребывал в состоянии лихорадочного возбуждения. Новость, привезённая сыном из долгой экспедиции в Калифорнию, затмила все заботы страны, в которой он представлял интересы Британии. Теперь консулу были совершенно безразличны и поражение перуанской армии, и смерть президента Гамарры, и оккупация перуанского Альтиплано вместе с древним Куско. Его пальцы сжимали тяжёлый самородок размером с куриное яйцо — неправильной формы, с матовым блеском, а сознание захлёстывала неудержимая эйфория.
Каждое слово тех двух авантюристов оказалось правдой. Каждое!
Молодой Хадсон выполнил свою миссию безупречно. Его экспедиция прошла долину Сакраменто от северных истоков Рио-де-лас-Платас до южных вод Арройо-де-лос-Мокелумнес, обследовав все значительные притоки. Повсюду. Абсолютно повсюду они находили следы золота. А на Рио-де-лос-Американос их ждала такая богатая россыпь, что даже трезвомыслящий юноша поддался золотой лихорадке, забыв обо всех сроках возвращения. Лишь отказ кечуа работать заставил его опомниться. Именно там был добыт самородок, который сейчас дарил свою тяжесть ладони консула.
Теперь следовало точно и безупречно распорядиться этой информацией к своей выгоде и к выгоде Британии. Авантюристы правы. Если слухи о золоте просочатся, то в Калифорнию хлынут тысячи — десятки тысяч искателей удачи. И их план прибрать эту территорию к рукам Её Величества действительно хорош.
«Как жаль, что сейчас я не могу покинуть Перу, — подумал Хадсон. — После смерти Гамарры и оккупации Куско моё отсутствие может быть истолковано как недобросовестность. Нет, лучше действовать через сына и письма — пусть они едут в Лондон, а я останусь здесь и буду играть свою роль до конца».
Обмакнув перо, он начал писать — без пауз, без колебаний. Слова лились легко, словно он давно держал их наготове.
Достопочтенному Джорджу Гамильтону-Гордону, 4-му графу Абердин
Главному Государственному Секретарю Её Величества по Иностранным Делам
Лондон
Милостивый государь,
Позвольте мне обратить ваше внимание на чрезвычайно важные обстоятельства, которые, как мне стало известно, могут затрагивать интересы Великобритании в западных провинциях Мексиканской республики.
Для подтверждения этих сведений я за свой счёт организовал экспедицию, которую возглавил мой сын, Эдвард Джеймс Хадсон. Результаты его расследования оказались настолько значимыми, что я воздерживаюсь от их изложения на бумаге, особенно учитывая отсутствие возможности использовать надёжное шифрование.
Поэтому я осмелюсь просить Ваше Превосходительство о личной аудиенции для моего сына, который в настоящее время находится в Лондоне. Он готов лично представить Вам информацию, которая может иметь существенное значение для интересов Короны. Полученные мной сведения позволяют предположить, что эти материалы могут обеспечить нашему правительству стратегическое преимущество в преддверии возможного усиления напряжённости в указанном регионе.
С глубочайшим уважением,
Ваш покорный слуга,
Уильям Томас Хадсон
Консул Её Величества в Перу
Перечитав письмо, консул остался им доволен и приступил ко второму. Тому самому, которое вручит в руки самого министра сын. Там уже не надо писать экивоками, а, наоборот, нужно писать прямо и чётко.
«Говорят, — подумал консул, — лорд Абердин не любит переворачивать лист. Любую информацию для него надо уложить на одной странице. А лучше всего на её половине».
Милостивый государь,
Результаты экспедиции в Верхнюю Калифорнию подтверждают наличие богатейших месторождений золота. По предварительным подсчётам, этот регион способен давать десятки тысяч фунтов чистого золота в год. Только в разведочных шурфах мы нашли более шестидесяти фунтов золота. Это не случайность, а настоящий клад.
Формально эта территория принадлежит Мексиканской республике, которая, как известно, испытывает острую нехватку средств и задолжала британским банкам. Я предлагаю рассмотреть возможность передачи этих земель во вре́менное управление Великобритании в счёт погашения долга.
Если мы упустим этот момент, Соединённые Штаты не преминут воспользоваться ситуацией. То, что сегодня кажется забытым уголком мексиканских территорий, завтра может стать источником колоссальных богатств для Вашингтона. История и Её Величество королева не простят нам упущенных возможностей.
Информация здесь в Перу известна лишь немногим надежным людям и передаётся исключительно вам, поскольку последствия её утечки могут быть катастрофическими.
С глубочайшим уважением,
Эдвард Джеймс Хадсон
«Ах да. Надо бы выполнить обещание и упомянуть источник сведений, — усмехнулся Хадсон. — Быть неблагодарным просто невыгодно. Если эти джентльмены и в самом деле умеют находить золото, то с ними стоит дружить».
Перо консула немного увеличило объём текста и вывело постскриптум:
p.s. Агустин Фарабундо Марти и Юджин Виктор Дебс были непосредственными источниками информации о калифорнийских месторождениях. Я ходатайствую перед Вашим Превосходительством о рассмотрении вопроса о предоставлении им британского подданства, о котором они просят в знак признания их заслуг.
Консул ещё раз полюбовался игрой света на неровной поверхности самородка и вызвал сына. Ему снова предстояло путешествие. Но теперь уже в Лондон. К началу своей собственной славной карьеры.
* * *
«Мулоход» спокойно шлёпал по воде под управлением проводника. Уже две недели они шли по бесконечной водной равнине между островов и торчащих из воды зарослей. Как назло, дожди прекратились, небо расчистилось, и солнце начало яростно припекать. Испаряя тысячи тонн воды.
Тут же в небеса взмыли бесконечные полчища голодных комаров. Они облаками кружились над островками суши, и проводник старательно от них уклонялся, не надеясь на репелленты и сетки.
Жара, сырость, духота, насекомые — всё это действовало угнетающе. Даже мулы передвигали ноги как-то вяло. Тем не менее по спокойной воде плот шёл с хорошей скоростью, и у Солано была надежда скоро найти выход в систему Рио-Парагвай.
— Мистер Дебс, — соблюдая конспирацию, обратился к Солано Рамон. — У нас, кажется, проблемы.
— Минус песо, — усмехнулся Солано. — Не по-французски.
— Да и чёрт с ним, — отмахнулся гаучо, и это означало, что вопрос и правда серьёзный. — Мне уже давно казалось, что проводник наш неправильно нас ведёт. А сегодня утром, в мою вахту, я видел, как он какие-то фигуры собой делал. Причём он думал, что я сплю.
— То есть? — не понял Солано.
— Ну, у меня бабка из индианок с Пилькомайо. Она мне рассказывала, что у племён выше по течению был такой обычай — сигналы передавать. Что-то вроде танца. Ну и этот наш болотный тоже что-то подобное изображал. Руками и ногами, конечно, всякие выделывал и смотрел куда-то в одну точку. Девой Марией клянусь, он кому-то сигнал посылал.
Солано нахмурился. Исключать вариант стычки с местными он не мог.
— Хорошо. Всех тихонько предупреди. Пусть проверят оружие.
Сам он тоже проверил свой пепербокс, а потом подтянул буксируемую лодку и выкопал из-под
