— О милая! — Леди осторожно отложила ложечку, вытерла тонкие белые пальцы маленькой салфеткой и устремила на Бриджет долгий печальный взгляд. — Дорогая, вы ничего не знаете. Вы убеждены в своей правоте. Представляю, как вам трудно поверить моим словам. Я вас понимаю. Собственно, почему вы должны мне верить? Я бы тоже не верила. Но вы должны знать правду о чудовищном недоразумении. В свое время я оказалась в вашем положении и была готова убить Эйвена. И я сделала бы это, но… не сумела выстоять до конца — и поддалась его уговорам. Я простила его и забыла все… И вот я здесь. Но он не знает о моем решении. Так что, по сути дела, он не виноват в этой трагедии.
Бриджет хранила молчание.
— Дорогая моя, — продолжала леди, копируя излюбленное обращение Эйвена, — поймите, я его жена. Я! Мы поженились одиннадцать лет назад. Это было в поместье его отца. Я предпочла бы венчаться в Лондоне, но так было заведено в их семье, а Эйвен в некоторых отношениях верен традициям, хотя в других, увы, нет! Иначе мы с вами сейчас не оказались бы в подобной ситуации. Вы знаете, что я была в этом доме? Мы приехали сюда вскоре после свадьбы. Это была короткая остановка по пути в Лондон, перед путешествием на континент. Вот почему мистер Хайнс, как вы сами видели, узнал меня. — Чуть заметная недовольная гримаса нарушила безмятежное выражение лица леди. — Он сказал мне, что потом Эйвен привозил сюда своих… Ну, в общем… женщин легкого поведения. Нет, нет, ради Бога, не подумайте, что я и вас причисляю к ним! Вы, должно быть, искренне верите тому, в чем вас убедили. Но знайте, вас жестоко обманули, моя дорогая. И никто не сможет понять вас лучше, чем я. Я вам очень сочувствую. Вы думаете, я случайно не возвращалась все эти годы? — спросила женщина, наклонив голову набок и внимательно глядя на Бриджет. — Конечно, нет. Я долго не верила ему. Но он писал, что исправится. Он дал мне обещание, и я приехала, как говорится, взимать долги. Если сказал — пусть расплачивается! Но Эйвену, видно, невдомек, что я решила поймать его на слове.
Бриджет протянула дрожащую руку к спинке кресла и села наконец. Она пыталась собраться с мыслями, найти подходящие аргументы для возражений, но единственное, что ей приходило в голову, это не отступать от избранной наступательной стратегии.
— Вы полагаете, что я должна поверить вам на слово, — спросила она, чтобы выиграть время. — Или потому, что вас знает дворецкий?
«Дворецкого могли подкупить», — в отчаянии подумала Бриджет.
— Конечно, нет, — мягко ответила женщина. — Почему вы должны верить каждому? Но я попробую вам объяснить. Вы, наверное, уже поняли, что я человек сентиментальный. Когда Эйвен стал уговаривать меня простить его, во мне воскресли все прежние чувства, иначе бы я ни за что не вернулась в Англию. Он столько раз приезжал ко мне и так умолял! Но как вы думаете, легко ли простить человека, который предал вас во время медового месяца? Впрочем, что я задаю вам глупые вопросы! Вы и сами все понимаете, дорогая. Но оказывается, я думала о муже лучше, чем он того заслуживает. Я вернулась только потому, что он торжественно поклялся изменить свой образ жизни, а также… ради нашего сына. Да, ради моего дорогого Льюиса. Это не дело, что мальчик до сих пор живет со мной за границей, правда, большую часть года в пансионе, но летом у него каникулы. Теперь Льюис уже достаточно большой. Ему нужен старший товарищ и наставник. Кроме того, мальчик хочет знать, кто его отец. Как бы ни сложились их отношения, у моего сына есть определенные права на наследство. Не думайте, что у меня сугубо меркантильные интересы. Нет! Но Эйвен владелец большого поместья. Мальчик должен знать долю своей собственности. Я учитываю это обстоятельство. И безусловно, чувства Эйвена тоже. Он клянется, что никогда не переставал меня любить.
Леди сделала страдальческое лицо и замолчала.
— А что касается… ну… словом, этих вещей, — сказала она после паузы, внимательно следя за Бриджет, — вряд ли я могу осуждать его за неверность. В конце концов, когда мы расстались, я сказала, что никогда не вернусь к нему. А мужчина не может жить один. Ему нужна компания, развлечения и все такое. Я прекрасно его понимаю. Этого следовало ожидать.
— Я для него не развлечение. — Бриджет старалась сдержать слезы. — Эйвен сказал, что лю… Он женился на мне, и у меня тоже есть свидетели. Они могут это подтвердить.
— В самом деле? — Леди долго не отводила от нее холодного пристального взгляда. — И где же они?
— Вы же знаете, гостей приглашают только на свадьбу. Не оставаться же им на весь медовый месяц!..
— Молодожен, по-видимому, тоже предпочел не делать этого, — заметила леди. — А ваши родственники? Где они?
— Из родных у меня осталась только мама. Она живет в Ирландии.
— Понятно, — многозначительно сказала леди, как будто и в самом деле сделала какое-то важное заключение. — Если вы с ним поженились, как вы уверяете, почему не носите обручального кольца?
— То, что купил Эйвен, оказалось слишком велико. Он сказал, что подарит мне кольцо матери, но для этого нужно съездить в поместье его отца.
Бриджет пожалела, что позволила себе отвечать на вопросы леди. «Нужно спрашивать самой», — сердито отругала она себя.
— Нет у него никакого кольца. — Леди взмахнула белой ручкой, и Бриджет увидела золото, блеснувшее на ее пальце. — Оно у меня. С того самого дня, как мы обвенчались. И как бы я ни жила все эти годы, я остаюсь замужней женщиной. Вряд ли это нужно кому-то объяснять. А чем вы можете доказать?
— У меня будет кольцо, — ответила Бриджет упавшим голосом. — Эйвен так сказал. И у меня есть брачное свидетельство. Это тоже доказательство. — Она прикусила губу, вспомнив, что Эйвен забрал бумаги в день свадьбу — Во всяком случае, оно будет, когда Эйвен вернется, так как он оставил его при себе… для надежности.
— Разве это так уж необходимо? Прямо какая-то загадочная история! Вам не кажется? Мое брачное свидетельство, например, у меня. Это не пустые слова. Оно в целости и сохранности. И в отличие от вас я могу его предъявить.
Бриджет отвела глаза, пытаясь сосредоточиться. Поэтому она не видела, что собеседница, чуть нахмурившись, внимательно изучает ее. Однако морщинки на безмятежном челе исчезли, прежде чем леди снова заговорила:
— Я оставила бумаги при себе только потому, что, как уже говорила, никогда не доверяла ему. Во всяком случае, в этом вопросе. Эйвен постоянно путался с женщинами. Вы это знаете не хуже меня. Достаточно сказать, что не прошло и месяца после свадьбы, как я застала его в спальне с горничной.
Бриджет, пораженная этим признанием, повернулась к ней. Леди со скорбным выражением лица кивнула:
