Мурроу остолбенел.
— Мне нужно спросить ее об этом, — сказал он ошеломленно.
— Спросить ее? Не спрашивая ее отца? — Теперь пришла очередь герцога удивляться.
— Мой дядя Кони очень любит Валентину, — сказал Мурроу. — Она его старшая дочь. Он всегда до безумия любил дочерей и позволял им самим выбирать себе мужей. Если Валентина не согласится, нет смысла говорить с моим дядей, потому что он не будет принуждать ни одну из своих дочерей выйти замуж против ее воли, — сказал Мурроу, потом быстро добавил:
— Даже если предложение такое блестящее, как ваше, Себастьян.
Герцог не ожидал такого поворота дела. Чтобы Валентина отвергла его? Конечно, нет. Она и мечтать не могла о таком предложении, которое делал он. Нет, она не могла отказать ему.
Он улыбнулся своему старому другу.
— Тогда спросите ее, Мурроу, — доверительно сказал он. — Я вернусь вскоре после полудня.
В половине первого герцог вернулся на корабль и встретил Мурроу, который уже побывал на розовой вилле и поговорил с Валентиной.
— Нет. — решительно сказала она своему кузену. — Герцог делает мне честное предложение, и я благодарна за его высокое мнение обо мне, но я не люблю его, а это единственное, что важно для меня. Я вышла замуж один раз, руководствуясь разумом. Снова я так не поступлю. Я должна любить человека, за которого выхожу замуж, чтобы у меня не было сомнений относительно мудрости этого решения.
Мурроу выслушал с полным пониманием, зная, что она откажет герцогу.
— г Я скажу своему другу Себастьяну то, что я сочту нужным передать ему, чтобы смягчить его разочарование. — Он ухмыльнулся и сказал доверительно:
— Думаю, для него это будет потрясением, потому что женщины никогда не отказывали ему, во всяком случае, так говорят.
— Она отказывается от моего предложения? — Герцог не мог поверить, что правильно понял Мурроу. Мурроу участливо кивнул.
— Да, Себастьян, отказывается, но вы не должны относиться к этому как к собственному поражению. Валентина чрезвычайно польщена вашим предложением, но ей непереносима мысль о жизни вдалеке от семьи и от Англии. Как понимаете, она вовсе не честолюбивая женщина.
— Но… я предложил ей герцогский титул! — взорвался герцог.
— Моя кузина не расстанется со своей матерью, — сообщил ему Мурроу. — Мы очень дружная семья, Себастьян, и Валентина, овдовев, стала пугливой. Женские причуды здесь ни при чем. Ее отказ не поставит вас в затруднительное положение, — сказал он герцогу, — потому что ваши отношения с Валентиной не были широко известны. — Он похлопал герцога по плечу. — Я польщен, что вы такого высокого мнения о Валентине, что предложили ей свое имя. Из этого следует сделать только одно хорошее заключение, Себастьян. Вы поняли, что готовы снова жениться.
— Да, — проворчал герцог. — Я готов. А женщина, которую я выбрал, разбивает мое сердце. Это непереносимо!
— Глупости, дружище. — Мурроу хмыкнул. — Вы никогда не позволяли себе расстраиваться только из-за женщины, и сейчас этого тоже не будет. Вы должны объявить, что ищете невесту. Потом отступите в сторону, чтобы получить удовольствие от суматохи, которую вызовет ваше заявление, и наслаждайтесь богатством выбора.
— Ну, — решил Себастьян де Сан-Лоренцо, несколько успокоенный, — возможно, вы и правы, Мурроу.
Два джентльмена подняли тост за удачный поиск новой жены герцога, а потом Мурроу вернулся на розовую виллу.
Валентина предложила, чтобы отплытие состоялось как можно скорее, и Мурроу согласился. Он сказал ей:
— Чтобы не встречаться с тобой и сохранить свою репутацию, герцог сказал, что не будет обедать с нами сегодня вечером. Думаю, что при подобных обстоятельствах мы должны отплыть с вечерним приливом. Вал. Тебя это устроит?
— Да, — сказала она, — но как насчет Патрика и Тома? Они еще не вставали, а уже почти полдень. Я подозреваю, что они не очень хорошо себя чувствуют, — сухо заметила она. — Я откровенно удивлена вашим прекрасным состоянием, мой дорогой Мурроу.
— Ха! Ха! Ха! — Он ликующе захохотал. — Должен отметить, что от тебя мало что ускользает. Мы думали, ты была так увлечена Себастьяном вчера вечером, что не заметила нашего маленького прегрешения. Надеюсь, ты не сердишься ни на Патрика, ни на Тома.
— Нет, — сказала она, улыбаясь. — Они мужчины, а мужчины, как говорит моя мама, склонны к искушению. Однако они все еще спят, тогда как вы уже давно на ногах.
Как это вам удалось, Мурроу?
— Я просто выгнал девку до полуночи, чтобы хорошо отдохнуть, кузина, — озорно сказал он. — Я старик и мудрее, чем твой брат и Том. Я научился управлять своими чувствами. Когда-нибудь они тоже поумнеют.
— Так как мы почти уложились и готовы, я отправлю наш багаж на корабли, как только разбужу Тома и Патрика. Мы отплывем в два часа.
Когда через несколько часов они вышли из гавани Аркобалено, Валентина весело сказала своим двум спутникам:
— Что за прекрасный день! Я почти чувствую весну в воздухе, а сейчас еще даже не наступил март. — — Солнце слишком яркое, — брюзгливо сказал лорд Бурк. Глаза его были невеселыми, в голове гудело, во рту было противно.
— Солнце теплое и приятное, — ответила она невинно, — и я не знаю, почему пребывание в море создает ощущение необыкновенной свободы. Ветер просто чудный! Чувствуете, как величественно несется по волнам «Архангел», устремляется вниз и набирает высоту, как большая птица!
Том Эшберн застонал. Он выглядел совершенно больным.
— Женщина, — прорычал он, — прекрати болтать по поводу скольжения, падения и подъема.
— Вы плохо себя чувствуете? — ласково поинтересовалась она. Джентльмены зло посмотрели на нее.
— Не удивительно, — сказала Валентина. — Да, да! Все то вино, которое вы выпили прошлой ночью, а потом эти экзотические цыганки! Похоже, они могли обессилить любого мужчину, и, судя по вашему виду, они это сделали.
Мужчины выглядели чрезвычайно расстроенными. Итак, она наверняка знала, как они провели вечер? Почти одновременно они покраснели, а она засмеялась.
— Как говорится в Библии? «Что посеешь, то и пожнешь». Теперь я действительно верю, что так и есть. — С плутовской улыбкой она отошла от них и пошла по палубе. Ее игелковые юбки развевались по ветру.
— Я убью ее, — прорычал лорд Бурк.
— ; Хотел бы помочь вам, но я сам умер несколько часов назад, — пробормотал граф Эшберн.
В этот момент корабль резко нырнул, и джентльмены были вынуждены вцепиться в поручни. Они не заметили возвращения Валентины, которая прошла мимо, что-то весело напевая.
Глава 7
«Архангел»и два сопровождающих его корабля пересекли Тирренское море и через Мессинский пролив, обогнув «итальянский сапог», вышли в Ионическое море. Их остановили окриком с большого торгового судна Венецианского Леванта36 «Сан-Марко и Санта-Мария», направлявшегося из Венеции в Лондон. Его капитан поднялся на борт «Архангела»и на час заперся вдвоем с Мурроу перед тем, как вернуться на свой корабль.
