на спинку трона и хитро посмотрел на волшебника, продолжая в упор не замечать меня.
– В чём подвох?
– Обижаешь! Никакого подвоха. Лишь крохотная недоговорённость. Отдохните с дороги, угоститесь яствами и вином. Можешь не опасаться, никто из подданных Благого двора не причинит вреда твоей… жене.
Последнее слово Ольдерон выплюнул, как давно застрявшую в зубах рыбную кость. Раньше смущало, что король не удостоил меня даже поворотом головы, но сейчас, под его тяжёлым взглядом, я мечтала стать невидимой или провалиться сквозь землю. Но в замке под холмом это вряд ли возможно.
Маг закусил губу, схватил меня за руку и поволок в сторону. Сотни глаз уставились на нас. Несмело обернувшись в поисках фамильяра, я обнаружила, что Вальдар с гордым видом шествует сзади, заложив руки за спину.
– Алес, выходит, ты что-то вроде принца фейри? – с трудом нагнав его, спросила я.
– Тебе бы этого хотелось? Никак не оставишь мечту выйти замуж за принца? – фыркнул он. – Нет, я лишь ублюдок из побочной ветви королевского рода.
Неужели спокойного внешне чародея так задели слова правителя благих? Или причина резкой смены настроения в чём-то другом?
– А с тобой мы ещё поговорим, дроттар! – бросил Алестат поравнявшемуся с нами альрауну. В последнее время отношения между ними стали почти дружескими, но сейчас я почувствовала в голосе волшебника неприкрытую неприязнь. И снова это незнакомое слово… Вальдар, что ты опять учудил?
Глава 20
– Отпусти, Алес! Да что на тебя нашло?!
Стоило войти в отведённые нам покои, как разъярённый волшебник схватил альрауна за горло и поднял его на уровень глаз. Мальчишка даже не трепыхался, лишь виновато поглядывал на Алестата.
– Когда ты собирался рассказать нам? Собирался ли? Ты с самого начала дурачил Мариэль?
– Пусти! Слышишь? Даже если Вальдар что-то натворил, это не повод его душить. Ты делаешь малышу больно.
В отчаянии я вцепилась в руку чародея, стараясь разжать пальцы. Куда там! И как фамильяр до сих пор не захрипел? Почему не пытается вырваться? Вспомнив, каково это – оказаться в мёртвой хватке обезумевшего от ярости Илдиса, я задрожала.
– Глупая, ты хоть понимаешь, что всё это время плясала под дудку дроттара? – сорвался на крик маг.
– Дудка из нас троих есть только у тебя, мышелов. И что вы заладили «дроттар»? Что вообще значит это слово? – заорала я в ответ.
Глаза волшебника изумлённо расширились. Резко разжав руку, он ударил себя ладонью в лоб и покачал головой. Повалившийся на пол Вальдар скривился, потирая горло с красными отметинами пальцев.
– Конечно! Глупо было рассчитывать, что ты сложишь два и два, ты ведь даже не знаешь… Дроттар – жрец. Твой якобы фамильяр оказался хранителем Забытого Бога.
– Это многое объясняет, – быстро нашлась я. – Одна беда, понятия не имею, что это за Бог такой.
– Сам расскажешь или дашь мне возможность хорошенько по вам потоптаться?
Поморщившись от сквозящего в голосе волшебника презрения, альраун выдохнул:
– Сам! Это долгая история.
Жестом он пригласил нас сесть. Алес занял кресло, а мне пришлось усесться на одну из двух кроватей, больше похожих на колыбели из гигантских листьев кувшинки. Утонув в мягкой перине, я поджала ноги и приготовилась слушать.
– Люди верят, что на заре времён этот мир был создан Великой Богиней – Эллой. С помощью чар она сотворила небо и солнце, твердь и растения, животных и людей.
Не понимая, к чему клонит фамильяр, я рассеянно кивнула. Легенда о Матери всего сущего известна каждому с малых ногтей. Что нового он может рассказать?
– В одном люди ошибаются – в том, что Богиня дала им магию. Силу даровал другой Бог. Тот, чьё имя давно стёрлось из памяти. И с тех пор как большинство забыло о существовании этого Бога, чары стали убывать. Всё началось задолго до появления человечества. Дивный сад – творение Богини – привлёк внимание молодого Бога. Он спустился на землю и был заворожён тем, что предстало перед его взором. Тогда же он впервые встретил Эллу. Она влюбилась в него с первого взгляда, но чувства не были взаимны. Восхищённый красотой нового мира, Бог отказался отправиться в небесные чертоги и остался внизу. Желая удивить его и завоевать расположение, Богиня создала животных, которые поселились в чудесном саду, и птиц, которые неустанно услаждали слух пением, а также рыб, плескавшихся в бескрайних водах, и насекомых, чьё разнообразие видов поражало воображение. Все они привели Бога в восторг, но он оставался всё так же равнодушен к той, что их породила. Это подтолкнуло Великую бросить вызов самой вселенной. Она захотела создать подобного Богам – дитя. Богиня решила, раз уж её избранник так увлёкся примитивными существами, ребёнка он полюбит и не сможет покинуть. Так появились…
– Амуры? Они стали неудачными образцами, – не удержалась я.
Эта история прекрасно сочеталась с тем, что совсем недавно рассказывал о посланниках любви Алестат. И всё бы ничего, но она в пух и прах разбила все мои представления о мире.
– Верно! Амуры не взрослели. Поначалу молодой Бог заинтересовался ими, но неизменные создания быстро наскучили ему. Богоподобное совершенство не привлекало. Идеалу нет места на земле. Тогда Богиня предприняла новую попытку – создала человека. То была прекрасная девушка с одним лишь крошечным изъяном – родинкой на щеке. Первую свою дочь Мать-создательница отправила в таинственный сад, где так любил гулять Бог. Он увидел девушку, но, наученный горьким опытом, не показался ей сразу, а принялся наблюдать. Юная прелестница была щедро одарена. Элла наделила её голосом, прекрасным, как у певчих птиц, внешностью нежной, как первые весенние цветы, а глазами сияющими, словно звёзды. Бог незримо следовал за ней много дней и увидел, что она непохожа на застывшее во времени изваяние, подобно амурам. Девушка часто улыбалась, и у глаз её постепенно появились едва заметные лучики морщинок. Увидев их, Бог забыл обо всём на свете, вышел к девушке и вручил ей свой подарок – магию. Она стала первой ведьмой в истории. Великая осталась очень довольна. Её творение послужило сосудом для чар возлюбленного. Отныне девушка представлялась Богине их совместным ребёнком. Окрылённая этой мыслью Элла создала ещё нескольких людей, юношей и девушек. Кто-то из них удостоился божественного дара – колдовской Силы, а кто-то нет. Но Мать всего сущего это не беспокоило. Желая связать возлюбленного как можно большим числом уз чувств
