он.
Она улыбнулась, и её брови сошлись.
— Почему ты так говоришь?
— Им не придётся. И не захочется, — сказал он, повернувшись к ней. — Потому что Европа придёт к ним.
— Я не понимаю, — нахмурилась она.
— Потому что ты не понимаешь меня. И даже по-настоящему не встречалась со мной, — успокаивающе сказал он. — Но теперь пришло время.
Морган расстегнул молнию на своём костюме, и пока она смотрела, застыв от ужаса, она увидела, как его грудь замерла, а там, где должен быть живот, появилось что-то похожее на жёлтый, пульсирующий мешок.
Эта отвратительная штука была жива, и Морган одной рукой вытащил её из своего тела, протягивая к ней.
Глаза Нины расширились так, что, казалось, вот-вот выскочат из орбит, и она не могла пошевелиться, глядя, как мышь на змею.
Выражение лица Моргана оставалось холодным и спокойным.
— Это коллективное знание червей. Это я. Это мы. И все твои товарищи по экипажу здесь, как и русские, и тысячи других видов. Я храню их мысли и воспоминания, и они будут жить во мне миллионы лет.
Нина внезапно почувствовала, как хватка Моргана на её руке стала холодной, и её взгляд метнулся вниз.
Она заплакала, её сердце билось так сильно, что она думала, что сейчас потеряет сознание. Рука Моргана удлинялась, и она видела, как она распадается на отдельные нитевидные черви. Нина попыталась выдернуть руку, но словно застряла в клею.
— Пожалуйста, — сказала она, тяжело дыша.
Теперь она знала: Морган не спасся. Он был троянским конём, которого подтолкнули к ним, чтобы они впустили его внутрь. Они недооценили червей. Эти паразиты были хитры, умны и способны планировать. И они перехитрили их, таких умных людей.
Нина огляделась, пока рой поднимался по её руке, и самым ужасающим было то, что Морган сидел, будто вёл приятную беседу, вместо того чтобы поглощать и ассимилировать её.
Ей нужна была помощь, и её взгляд упал на криотубу, где находились Хиро и Энджи, и она пыталась придумать, как их разбудить.
— Не беспокойся о них, — сказал Морган. — Я о них позабочусь. — Он улыбнулся. — Путь домой долгий, и мне понадобятся их тела, чтобы поддерживать себя. И боюсь твоё тоже.
Его доброжелательная улыбка не сходила с лица.
— Так мы растём, размножаемся и распространяемся. Мы ассимилировали целые галактики. Везде, куда мы прикасаемся, мы правим. И теперь ты везёшь меня на Землю, и я благодарю тебя. — Он склонил голову. — Без тебя мы бы не справились.
В Нине вспыхнул гнев, и она бросилась на него, ударив кулаком прямо в его самодовольное лицо.
Она попала в глаз. Но вместо твёрдой кости вокруг глазницы её кулак утонул и застрял.
Морган продолжал вести себя так, будто ничего не произошло.
— Скоро тебе станет лучше. Всё беспокойство, вся боль и гнев уйдут. — Его здоровый глаз повернулся к ней, пока крошечные нитевидные существа с чёрными головками ползли по её плечу, к шее, а затем к лицу.
Нина застонала.
— Это не конец для тебя. И не волнуйся, Нина, ты снова увидишь Землю. Или, по крайней мере, какой-то крошечный остаток твоего сознания воспримет её, когда ты присоединишься к орде.
Она начала рыдать, тяжёлые слёзы катились по её щекам.
— Он тебя любил, знаешь. И теперь вы будете вместе навсегда, — сказал он.
— Помогите! — закричала она в последний раз, когда река червей хлынула в её рот, нос, уши и глаза.
Нина задыхалась и пыталась откашляться, но через секунды её мир превратился в огненную боль, сжавшуюся до крошечной точки в чёрной комнате.
А затем и эта точка погасла.
ЧАСТЬ СЕДЬМАЯ
ПРИБЫТИЕ ЗВЕРЯ
глава тридцать первая
Администрация НАСА, Хьюстон — кабинет Грега Моргана
Помогите! — кричала Нина Баркер.
Главный учёный НАСА Грег Морган откинулся в кресле, чувствуя, как за его веками вспыхивают искры тревоги, смятения и чёртова страха, охватившего его.
Записи с индивидуальных скафандров экипажа поведали о чудовищной череде событий, которые погубили их всех.
В его голове вихрем кружились вопросы, и первый из них: что случилось с другими астронавтами миссии — Энджи Соммерс и Хироюки Накагавой?
Он схватил телефон и набрал номер ангара, где разбирали и изучали русский командный модуль.
Марша Дауни, ведущий инженер, ответила после второго гудка.
— Дауни…
— Марша, это Грег Морган… — Грег услышал, как она начала произносить дежурные любезности, но перебил её. — Слушай, это важно. Мне нужно, чтобы ты кое-что проверила. Второй криогенный отсек — вы уже заглядывали внутрь?
— Конечно, — ответила Дауни. — Похоже, его использовали просто для хранения. Ничего интересного.
— Почему ты так говоришь? Что там было? — Грег закрыл глаза.
— Два скафандра, пустые. И всё, — ответила Марша. — Они принадлежали… — она замялась, словно сверяясь с записями.
— Энджи Соммерс и Хироюки Накагаве, — закончил за неё Грег.
Марша хмыкнула.
— Точно, Грег, как и скафандр Нины Баркер. Откуда ты знал?
Грег знал, что все, кто работает с русским командным модулем, носят эквивалент костюмов биологической защиты, но ему нужно было ещё кое-что.
— Слушай, Марша, это важно. Я хочу, чтобы ты отнесла эти скафандры в деконтаминационную камеру и провела полную очистку. Все спектры. Сделай это сейчас, прямо сейчас. Сможешь?
— Господи, Грег, ты меня пугаешь. Что случилось? — спросила Марша. — У нас тут биологическая угроза?
— Просто сделай это. Я скоро всё объясню. Мне нужно проверить ещё кое-что, и я уже еду. — Морган положил трубку и набрал номер больницы, где в изоляции держали его брата, Брэда.
Ответа не было.
Он попробовал другой номер и наконец получил ответ.
— Мартинес, — ответила женщина.
— Это главный учёный НАСА Грег Морган. С кем я говорю? — торопливо спросил он.
— Анджела Мартинес, — ответила женщина, слегка запыхавшись. — Главная медсестра.
Морган сразу перешёл к делу.
— Анджела, в вашем изоляторе находится один из моих людей. Его зовут…
— Он исчез, — ровным голосом сказала она.
— Что? — Морган медленно поднялся, прижимая телефон к уху.
— Он пропал. Не выписывался, и никто ничего не видел. Зашли в его палату проверить — нашли только его одежду, и всё, — начала она. — Больница на карантине, мы проводим поиск. Мы не думаем, что он покинул здание. Мы найдём его, — уверенно закончила она.
