в пасть льва.
– Этот капитан такой страшный! – Заира практически плакала, подрагивая всем телом и подтверждая сомнения Агаты. – Вы уверены, что…
В начале коридора, за занавесями раздались голоса: кажется, мужчинам наскучил кальян, а, возможно, их заинтересовала «новенькая», но Агата вовсе не горела желанием столкнуться с ними ещё раз. Ей нужно узнать, что с Джонотаном! И если единственный, кто может сейчас в этом помочь, является пиратом – так тому и быть.
– Веди уже! – Агата тревожно вглядывалась в полумрак коридора, прикидывая, есть ли в здании ещё один выход, на случай, если придётся убегать.
– Вам надо раздеться, госпожа, – тихо и с тщательно скрываемой радостью проговорила Заира, но с пола всё-таки поднялась. – Господин требует, чтобы…
– Вот при нём и разденусь, – заявила Агата, оглядываясь на Элен и радуясь, что компаньонка не понимает ни слова. – Кирия Элен, пожалуйста, подождите здесь.
– Но вы не можете остаться одна наедине с этим пиратом! – решительно возразила компаньонка.
– Пока он не сделал мне ничего плохого, – отозвалась Агата, доверительно сжав её руки, – а вот те мужчины, что распивают чай, могут нам помешать. Я рассчитываю на вас, Элен. Всё будет хорошо, – проговорила Агата ещё раз, больше для того, чтобы убедить в этом себя, нежели успокоить Элен, и последовала за Заирой к самой дальней двери.
Заира приотворила дверь и практически втолкнула Агату в небольшую комнату, освещённую несколькими масляными лампами. Свет дрожал и дробился в разноцветных мелких стёклышках плафонов, рассыпался искрами на полотнах ткани, драпирующих стены и потолок. Тонкий, дурманящий сладковато-пряным запахом дымок поднимался от округлой курильницы, делая всё вокруг ещё более зыбким.
На мгновение Агате показалось, что она очутилась в диковинном шатре. В таких, как она слышала, видящие маги могли предсказать судьбу или будущее. Вот только мужчина, вальяжно развалившийся в огромном кресле, больше походившем на трон, гадалкой явно не был.
Вильхельм расслабленно сидел, запрокинув голову, а обнажённая сверху до пояса Бадия, которую Агата сразу узнала по длинным чёрным косам, перекинутым через плечо, умело разминала мышцы его плеч, скользила по груди и щипала пирата за соски. Разноцветные блики казались причудливым одеянием из тончайшей ткани на её обнажённой коже.
На мгновение Агата застыла, бездумно глядя, как ловко и ритмично движутся нежные руки, не жалея душистого масла, как скользят по телу пирата тонкие пальцы – разминая, поглаживая и, судя по прерывистому дыханию, доставляя удовольствие. Смуглая грудь пирата, поблёскивая в тусклом свете, поднималась и опускалась в такт.
Словно зачарованная открывшимся зрелищем, Агата не сразу заметила, что между ног Вильхельма сидит ещё одна девушка. Она заметила её, только когда та обернулась, заслышав шаги или почувствовав движение за спиной. Руки соскользнули с колен Вильхельма, звякнули тяжёлые золотые браслеты и ожерелье, почти полностью скрывающее её обнаженную грудь.
– Я не давал разрешения остановиться! – голос Вильхельма прозвучал хриплым рыком, но, несмотря на недовольный тон, расслабленно. – Ты же не хочешь быть наказана?
Девушка испуганно вскинула на него взгляд, облизывая опухшие губы, и издала придушенный писк, когда рука, прежде легко перебирающая её волосы, схватила пряди и потянула вперёд.
– Не отвлекайся…
Агата замерла, не в силах пошевелиться, когда Вильхельм, видимо, что-то почувствовав, приподнял голову и перевёл на неё взгляд с поволокой.
– А-а, вот и новенькая, – протянул он, усмехнувшись. – Я же просил входить ко мне без всех этих тряпок. Ну-ка, подойди.
Он поманил её пальцем. Магия защекотала кожу, кажется, Вильхельм был так расслаблен, что не совсем себя контролировал, либо использовал лёгкое внушение специально. Агату затошнило, когда ноги против её воли сделали пару шагов.
– О, нет-нет, – Вильхельм покачал пальцем, свет мягко перетёк по золоту множества колец, унизывающих его пальцы, словно и этот простой жест должен был отвлечь и загипнотизировать. – На колени. Ты же хочешь сделать приятное своему господину, правда?
– Сначала разденусь, – самым воркующим голосом проговорила Агата, стягивая абаю и открывая пирату своё лицо, чувствуя, как губы складываются в самую что ни на есть зловещую улыбку. – Мой господин.
– Ох ты ж… – сипло бросил Вильхельм, очнувшийся от сладострастного дурмана. – Рыбка! Сама пожаловала… Вот это сюрприз!
Глава 30
Самый честный на свете пират
Неподдельное удивление на лице Вильхельма слишком быстро сменила довольная усмешка, когда он снова развалился в кресле.
– Неужели Сезар в этот раз обломался с заключением выгодного дельца, а? Не удалось продать тебя?
Агата недовольно поджала губы и скрестила руки на груди, чтобы хоть как-то прикрыться, досадуя, что сняла и абаю, а не только закрывающий бо€льшую часть лица платок. Хотя видеть растерянность на лице пирата было приятно, становиться объектом его пристального внимания не хотелось.
– Прикажете нам удалиться, господин? – проворковала Бадия, с интересом поглядывая на Агату и не прекращая своего занятия.
– Нет, конечно, – Вильхельм вновь вольготно устроился в кресле и небрежно махнул рукой, словно настоящий повелитель. – Сомневаюсь, что эта маленькая птичка продолжит вместо вас. Или я ошибаюсь?
Вильхельм подался вперёд, небрежно опираясь на плечо коленопреклонённой девушки.
– Может быть, ты хочешь заменить это милое создание? – он потянул девушку за волосы вверх, вынуждая её приподняться. – Вряд ли ты столь же искусна, но для тебя, рыбка моя, я готов стать учителем. Смотри, это совсем не сложно.
Его пальцы ухватили пряди, и девушка тихо выдохнула, то ли от боли, то ли от удовольствия, когда Вильхельм потянул сильнее, заставляя её запрокинуть голову, и неожиданно наклонился, впиваясь поцелуем ей в губы.
Агата отвела взгляд, чувствуя, как жар смущения затапливает её всю, и прерывисто вздохнула, потому что внезапно воздуха стало не хватать. Это все благовония, совершенно точно они!
– Видишь, как просто? – проговорил меж тем Вильхельм, отрываясь от губ девушки и глядя на Агату с кривой ухмылкой. – Немного покорности, и я готов исполнить любой каприз.
Он небрежно погладил девушку по плечу:
– Ну так что?
Агата почувствовала, как жар прилил к щекам, потому что один нюанс до сих пор ускользал от её внимания: мускулистый пират был совершенно обнажён, и только жрица любви ещё немного прикрывала её своим телом от самого стыдного зрелища.
– Иди к морским демонам, Вильхельм, – процедила Агата, беря себя в руки. – И прикройся. Мне нужно с тобой поговорить.
Вильхельм хрипло расхохотался.
– Ох уж эта проклятая женская фраза. Однажды моя портовая жёнушка начала с неё, прежде чем рассказать, какого хлыща повстречала, и я разбил ей голову. Не насмерть, не боись. Надеюсь, ты не станешь меня расстраивать. Я предпочитаю, чтобы женщины меньше говорили и больше делали.
– Ты можешь одеться?! – взвилась наконец Агата, отвернувшись, когда
