самолёт. Неужели они его и топливом заправят? Хе-хе! Не-е-е… Херня всё это! Но мысль хорошая. И кажется вполне рабочей. Думать надо!
А потом мне словно по голове кто шарахнул.
— Слушай! — сказал я сам себе. — А зачем мне все эти коммуникации? Агрегаты и механизмы? Если я в открытом космосе без космического корабля перемещаться могу. И боты мои могут. И кислород нам не нужен. Как те энергеты, которые пытались арестовать меня за «пригретого» мной «беглеца». У них же тоже в корабле ничего этого не было. Людей использовать я не стану, а внутренне содержание ботов я изменю. Есть же у меня уже опыт создания формы, не нуждающейся в кислороде, как в сжигателе жиров. И жиры мне не нужны и сахар, как источник энергии. Так-так-так… Это я удачно сходил прогулялся в космосе.
Станция мне нужна была, как объём, заполненный средствами поражения. И что-то подобное, я видел, имеется в планетных системах тохов. Поэтому им не нужно много космических рейдеров. Их стратегия — оборона. И космические форпосты у них необитаемые. Зачем?
— Думается, что они точно так же используют энергетические матрицы разумных биологических существ в качестве накопителей и вычислителей, как и я свои, — возникла мысль. — Ну, или кого-то другого используют. Кстати, интересно, так ли это?Возможно, что у меня — особый случай. Они, помнится, сильно удивились, когда узнали, что у меня тут, на Земле творится. Что я тут в тысячах ипостасях, ха-ха. Может, поэтому они от меня закрылись, что почувствовали угрозу? Экспансию? Ха-ха-ха-ха!
Моё настроение резко улучшилось. Мне стало очень весело. Хотелось «пуститься в пляс». Однако я представил, как это будет выглядеть, если я тут в Челноке посреди космоса стану исполнять цыганочку с выходом, или танец «яблочко», и, мысленно вздохнув, притушил страсти. Один… Всегда один. Даже Светланупришлось оставить Пашке, да-а-а… А с ней бы я бы в разведку сходил… Хорошая получилась бы «боевая подруга». Боевой товарищ.
— Если ранили друга, перевяжет подруга и врагу отомстит за него, — мысленно пропел я, параллельно продолжая размышлять о предстоящем строительстве укрепрайона.
— И ведь нужен именно укрепрайон[1], а не «долговременная огневая точка». Доты нужны, но нужен и пункт управления, другие объекты. Минные поля, наконец. Надо бы определиться на местности.
Я ведь не знал, что из себя представляет канал перехода. Знал, что он находится в так называемом «Рукаве Ориона». Там, где находится в галактике Млечный путь наша солнечная система. Что-то мне подсказывало, что и в других рукавах спиралевидной галактике тоже имеются каналы, соединяющие Млечный путь с другими галактиками, но я сейчас даже думать об этом не хотел. Я и так с трудом представлял структуру вселенной. Особенно если знать, что она нифига не похожа на то, что рисуют наши астрономы. Даже наш Млечный путь не совсем спираль. Или, хм, спираль, но не в пустоте, а, как я уже знал после снятия инфа из искина Челнока, в скрученном в рулон пространстве. Ой! Тьфу-тьфу-тьфу! Даже и думать об этом не желаю.
— А люди, кстати, вполне себе могут обитать в подобных Челноку, кхм, кораблях, — сказал «бывший мой разум».
— Хм! Логично! Тут им и кислород не нужен, — понял правоту «собеседника» я.
— Только создать такой Челнок ещё сложнее, чем механизмы и агрегаты, вырабатывающие кислород.
— Но ведь можно?
— Думаю, что да, можно. Нужно поставить задачу, а там видно будет. Всё равно, строительство дело не очень быстрое.
Я представил, как строительство будет происходить. Жизненный опыт подсказывал, что сначала нужно подготовить проект, потом собрать материалы и другие ресурсы, и уж только потом строить, если есть, кто будет строить. Я строил морские корабли, а они, людские, не сильно отличаются от космических. Только автономностью, но мы строили и подводные лодки. А они-то уж точно почти не отличаются от космической станции. Даже энергоустановкой.
И тут я понял, что могу обратиться к землянам. Ну, в смысле, хм, не ко всем землянам, а к тому же Леониду Ильичу и другим его соратникам по перестройке СССР. Ведь я за себя, что ли, упираюсь рогами и рою землю копытами⁈ Вот пусть и помогают, мать их!
От осознания глобальности возможного проекта у меня закружилась голова. Хм! Ну, как закружилась? Окинул мысленно то, что можно соорудить совместными усилиями, и слегка офигел.
— Мама, дорогая, — прошептал я. — А ведь должно получиться. Ивашутин-то в курсе, зачем я в будущее хотел отправиться. Сможет донести генсеку. Пусть впрягаются.
— Всё, дружище, — обратился я к искину Челнока. — Поехали домой.
* * *
Телефон секретаря Ивашутина отозвался сразу.
— Вас слушают, — сказала трубка.
— Слово «рассвет», — сказал я и помолчал.
— Рассвет, это — всё? — спросили в трубке.
— Всё, — сказал я и свою телефонную трубку положил на рычаги аппарата.
Дискового телефонного аппарата, большого такого, старинного, чёрного цвета. А ведь сейчас я могу принести с собой из параллельного будущего технику эргономичнее и футуристичнее, но зачем? Я уже к этой привык. Смущать умы современников? Не хочу я этого делать. Даже на Северной Двине электроэнергию, не из космоса берём, а дизель-генераторы вырабатывают. Но линию электропередачи от аэродрома уже дотягивают. Согласований было много. Советская бюрократия, однако…
Сейчас надо не отходить от телефона в течении получаса. Что я и делал, лёжа на спине на диване, а головой на подушке, раскинув руки в разные стороны. В положении «звезда» лежал. Почему-то люблю я так лежать. Как читал у какого-то исследователя человеческого биопля, так лежат те, у которых избыток энергии. Так они её отдают. Я же считал, что не только отдавал, но и принимал энергию в такой позе лучше. Но это было когда-то очень давно. Тогда, когда для меня было важно в какой позе я стою в потоке. Сейчас это осталось только привычкой, не влияющей на, хм, «качество связи».
— Принято, — сказала трубка через пятнадцать минут. — Ожидайте.
А ещё через пятнадцать минут к моему дому подъехала чёрная «Волга», в дверь позвонили, сказали «волшебное слово» и я, в сопровождении прикреплённого сотрудника ГРУ, спустился по лестнице, вышел из парадного, сел в машину и поехал. Поехал туда, куда повезли.
«Рассвет» было слово, обозначающее, что нужна срочная встреча по вопросу особо важному, требующему незамедлительного решения или, хотя бы обсуждения.
Ивашутин встретил меня на пороге подмосковной дачи. Естественно, я был в обличии Юрия, владельца квартиры
