— Ба, я как знал, что застану вас, молодой человек! — войдя в дом, звонким басом заголосил представительный толстяк. — Но что за понурые лица? И мне кажется, или в доме витает запах алкоголя? Вы, милейший, надеюсь не злоупотребляете? — сделав шаг к столу, обратился он ко мне. — Обидно, всем нам будет очень обидно, если клеврет столь уважаемой мной богини утопит в стакане свою будущую карьеру.
Толстяк сделал ещё один шаг к столу и принюхался.
— М… «Оковы богов». Забираю свои слова обратно. На моём опыте сим замечательным напитком ещё ни разу не спивались. Не хотите пропустить ещё по стаканчику? Завтра вечером у меня званый ужин с городскими толстосумами. Ой, простите, с нашей уважаемой городской элитой. Рекомендую поприсутствовать…
В момент, когда этот странный колобок закончил приветственную речь, он уже нависал над столом, практически касаясь его своим натянувшим сюртук животом.
Судя по книжкам, которые я почитывал в «прошлой жизни», любому приличному попаданцу полагался вагон навыков и роялей. Рояли распихивались автором по сюжетным кустам, а вот навыки чаще всего доставались герою в виде личной истории.
К некоторому своему сожалению, а может и счастью, в спецназе я не служил, воприкатор здравого смысла на коленке не собирал и даже «курсам начинающего супермена» предпочёл очередное обновление своей любимой игрушки. Однако, один полезный навык у меня всё же имелся. «Волшебный рояль», что даётся лишь матёрым сисадминам. Так уж сложилось, что я абсолютно не робел перед официальными лицами.
— Пить предпочитаю исключительно с проверенными людьми. И не могли-бы вы представиться? — культурно, но настойчиво попросил я.
— Ах, конечно, конечно! Что это на меня нашло?! — запричитал толстяк.
Сделав шаг назад, он комично присел, приподняв в процессе свой котелок, под которым обнаружилась жиденькая рыжеватая шевелюра.
— Папон Юма. Да, да, моего отца звали так же, как и вашего многоуважаемого деда. И я был с ним знаком. Умнейший, стоит заметить, был человек. А насчёт того, кто я? Позвольте представиться, бургомистр города Флаенбург. Если его сиятельство Альдо Монти заведует умами и идеями, то я «повелеваю» городским хозяйством. Так сказать, всем тем, что находится «ближе к людям», — здесь Папон демонстративно похлопал себя по тугому животу.
В этот момент я напрягся. В голове моей всплыли подозрения местного гильдмастера, из которых следовало, что сейчас передо мной, быть может, стоит очень опасное создание. Хотя… Что-то мне этот колобок особо опасным не кажется. Опасен он разве что для городских кондитерских.
Несмотря на кривляние и некоторую несерьёзность, бургомистр, похоже, являлся весьма наблюдательным человеком, отчего мою напряжённость сразу же считал. Благо, расценил он её по-своему.
— Спокойствие, молодой человек, только спокойствие, — запричитал он. — Я заглянул к вам исключительно познакомиться. Решил заглянуть по пути и, счастье то какое, застал. Уж извините, редко выбираюсь из своей обители, а тут пришлось. А то, знаете ли, пойдёт молва, что мне нет дела до городских дел. Ещё как есть! Хороший хозяйственник должен регулярно делать инвентаризацию. Как имущества, так и людей. Я могу присесть, кстати? — кивнув на свободный стул, поинтересовался он.
— Да, конечно, присаживайтесь, — опомнился я.
Я не знаю, как работает мышление человека. То есть, как человек образованный, имею представление об отдельных его механизмах. Например, вполне ясно понимаю, чем разум отличается от интеллекта. Несмотря на данное понимание, мне порой кажется, что в голове моей сидит обезьянка с двумя металлическими тарелками. Периодически она делает ими «БУМС», рождая годные или не очень мысли. Ну а как ещё объяснить, появление некоторых из них?
Вот и сейчас, чёртова обезьянка сделал радостное «бумс». Мысль, однако, возникла толковая. А именно, если мы здесь и сейчас пообщаемся, то есть шанс, что надобность в моём визите к бургомистру отпадёт. Следовательно, необходимо по возможности договориться о новой встрече. Спасибо, обезьянка!
Но здесь чёртово животное жахнуло новый «бумс».
Знаете, в этой жизни надо рождаться либо умным, либо идиотом. И боже вас упаси родиться «умным идиотом». Вот прямо таким как я.
Глядя на устраивающегося на стуле бургомистра, я сообразил, что у меня, в общем-то, есть возможность выполнить задание Хвата не отходя от кассы. А почему бы не попытаться, ведь у Хины имеется в распоряжении весьма интересная способность определять «ценность» человека.
Ко всему, всё та же Хина обмолвилась вчера, что ни разу не случалось, чтобы использование её навыка почувствовали. Ведь он относится к разделу так называемой «магии души» или «божественной магии».
Какой я умный, да? Прямо хитрожопый идиот.
— Не желаете чаю? — старясь быть вежливым, поинтересовался я.
— Ах нет, премного благодарен, но нет, — усевшись, заулыбался бургомистр. — У меня сегодня обширная программа и не везде она предполагает наличие туалета. Увы, положение не всегда удобная штука, — как-то разом став куда более приятным индивидом, вздохнул мужчина.
— Хина, предложи нашему гостю вчерашних сухариков. Я уверен, это будет ЦЕННО для него… — попытавшись ненавязчиво выделить интонацией слово «ценно», попросил я.
Уши мохнатой девушки дернулись, похоже поняла.
Изобразив на лице печаль невосполнимой утраты, она вышла из-за стола, направившись к кухне.
— Зверолюди — те ещё проглоты, — подмигнув мне и Лютику, еле слышно произнёс толстяк.
Впрочем, он наверняка понимал, что девушка его слышит.
— И вы не подумайте, что я бесполезный болтун, — откинувшись на спинку стула, продолжил бургомистр. — Хотя, что уж душой кривить, болтать люблю и умею. Я к вам, молодой человек, не то, чтобы прямо по важному делу, но кое-какие вопросы имеются. Точнее не вопросы, а своеобразная «рука помощи». Я, видите ли, в курсе ваших приключений с баронессой. И по моим сведениям, наша златовласая ведьма всё ещё точит на вас зуб, — многозначительно уставился на меня мужчина.
Хина вернулась за стол, поставив перед бургомистром коробку с сырными сухариками.
— Ох, мои любимые! — по-детски поразился толстяк. — Вас точно не предупреждали о моём визите? — очень серьёзно поинтересовался он.
С улицы донеслись звуки возни и не особо горячей перебранки. Похоже, нашей улочкой решил воспользоваться какой-то транспорт, не сумевший разойтись с экипажем бургомистра.
Привлечённый шумом, «колобок» уставился в сторону двери, попытавшись разглядеть, что там за занавешенными окнами происходит. Подгадав момент, Хина впилась в него взглядом жёлтых глаз, приступив к необходимой для выполнения навыка последовательности.
— Не дракон, объедет, — обратился толстяк к здешней вариации пословицы, примерно переводившейся как «Сдвинуть с места нельзя лишь дурака и дракона».
— С баронессой у нас действительно имеются некоторые «пикантные» сложности, — привлекая внимание гостя, начал я. — И не только у меня, но и у моего товарища, — кивнул я на Лютика. — Он до сих пор боится вернуться в её, хм, рабство…
Сообразительный эльф, который похоже что-то понял, состряпал лицо жертвы сексуального насилия и утвердительно закивал.
— Наслышан, наслышан… — сочувственно пробормотал бургомистр. — И этот пикантный вопрос нам тоже стоит обсудить. Видите ли, я представляю силы, которых совершенно не устраивает охват власти Агелины. Излишне широк этот охват… — став куда более серьёзным, заявил он.
Хина пронзительно завопила! Я толком не понял, как она умудрилась в один прыжок соскочить со стула, пролететь метров пять и забиться между раковиной и объёмистым рукомойником. На её перекосившейся морде возник невыразимый животный страх.
Что-то изменилось. Толстяк медленно повернул голову в мою сторону. От той механистичности, с которой он это сделал, меня откровенно пробрало.
— И правда непробиваемый, — пробормотал он, переведя взгляд на Лютика и Хину.
Заставив обернуться, дверь в дом распахнулась. На пороге стояла чертовски красивая женщина. Высокая, полногрудая, с широкими бедрами и осиной талией. При этом её броское розовое платье имело тот фасон, когда всё подчёркнуто, но тут же не докопаешься.
