— Прости меня, но ты мой последний шанс поймать их. Министр отказался помочь мне, что ж пусть пеняет на себя, я не стану с ним делиться — заберу магию обоих: и магистра и девчонки. Старик шел по коридору, ведя на поводу жуткое чудовище, скалящееся на отшатывающуюся в испуге стражу. Подойдя к псарне, он остановился и погладил свисающую комьями шерсть на загривке мертвой собаки.
— Твоя добыча, Счастливец. Мой подарок тебе — еда и стая, — собаки за решеткой принюхались и одновременно дико завыли и, поджав хвосты, начали бросаться на решетку у противоположной стены, пытаясь найти выход из западни. Изериус открыл дверь и загрызень ворвался внутрь.
Глава 10
Проснулась среди ночи и немного повернулась, чтобы видеть мужа. Вирт недовольно заворочался, подстраиваясь под меня, но не проснулся, а только притянул меня поближе. От его рук шел настоящий жар, который согревал лучше любого костра, хотя костер он сделал хороший. Бревна все еще горели и давали достаточно тепла, чтобы мы не замерзли морозной ночью.
Прислушалась к себе и с облегчением выдохнула. Жуткая ноющая боль отступила. Вчера, когда мы легли, Вирт прижал меня спиной к себе и обнял, положив руки на живот и снимая самую острую боль. Не знаю, что помогло больше, его руки или отвар, но сейчас от боли не осталось даже намека. Внезапно услышала, как рядом хрустнула ветка, и я испуганно дернулась и разбудила Вирта.
— Вирт! — здесь кто‑то есть.
Вирт вскочил, нависая надо мной и прикрывая собой.
— Кто здесь? — крикнул он, вглядываясь в темноту позади костра. И сразу несколько магических шаров загорелось вверху, заливая поляну светом.
— Загрызни, — едва слышно выдохнул Вирт, и я почувствовала, как напряглись его мышцы, и весь он подобрался, готовясь вскочить.
Приподняла голову и застыла от ужаса, глядя на жутко скалящиеся, покореженные тела с горящими фосфором глазами. Собаки, если их можно еще было так назвать, застыли в стойке, готовясь к нападению. Еще секунда и ближайшие ряды бросятся вперед, чтобы разорвать нас.
Вожак загрызней сделал шаг и внезапно замер, принюхиваясь. Окровавленная шерсть на его загривке вздыбилась, и он припал к земле. Угрожающе зарычал и оскалил передние зубы, глядя прямо перед собой на костер, за которым мы прятались. Стая за ним напряглась, готовясь к смертельному броску. Жуткий вой разнесся по лесу и в следующее мгновение вожак взвился в прыжке. Это был сигнал к нападению. Десятки голодных монстров одновременно бросились вперед.
Я закричала, а Вирт выставил руку, и яркая вспышка озарила поляну. Широкий столб света, рванул вверх, расходясь вокруг нас, как круги на воде, и отрезая от загрызней.
— Не бойся, это купол, самый мощный их известных мне щитов, они не смогут пробиться через него.
И вправду, вожак и несколько добежавших первыми чудовищ врезались в щит и с диким воем отпрянули, мотая обожженными мордами.
— Купол заставляет испытывать боль любого, кто прикоснется к нему, даже нечисть, — сказал Вирт, с напряжением глядя на обезумевших монстров.
Вожак отбежал и почти разумным взглядом окинул щит. Потом закрутился на одном месте и завыл от бессилия, с ненавистью глядя на него. Стая отпрянула.
Вирт поднялся и достал из лежащей у изголовья кожаной сумки небольшой арбалет. Затем вынул и разложил перед собой короткие стрелы с серебряными наконечниками. Снова потянулся к сумке и высыпал передо мной кристаллы артефактов. Коротко приказал.
— Заряди.
Схватила все кристаллы в охапку и держала, пока хватило сил терпеть обжигающую боль. Потом разжала руки и на землю упали рубиново красные камни.
Вирт начал читать заклинание над выложенными в ряд стрелами, отполированные древки которых внезапно вспыхнули непонятной игрой света, отражающейся на их наконечниках огненными рунами. Взял первую стрелу и зарядил арбалет, прицелился в главаря и выпустил ее одновременно с последними словами заклинаниями.
Стрела прошла через щит и, вырвавшись с другой стороны, загорелась и распалась в воздухе, разделяясь на множество других огненных стрел, несущихся в сидящих на поляне загрызней. Вирт не останавливаясь, выпустил еще несколько таких стрел в свору. Огненный дождь накрыл поляну. Загрызни падали и катались по земле, пытаясь сбить пламя, но к моему ужасу не погибали, а зарываясь в землю и спустя какое‑то время опять поднимались невредимыми.
Первая стрела, выпущенная в вожака, вообще не причинила ему вреда, хоть и пробила шею. Он просто припал к земле, наступил на нее лапой и резко мотнул головой, выдергивая ее.
Вирт нахмурился, задумался на долю секунды, и с его рук сорвалась яркая молния, превратившаяся в сплошную стену огня за щитом, выжигающего поляну и вековые сосны на ней. Деревья затрещали и горящими головешками рассыпались вокруг нас.
Я с ужасом смотрела на последствия страшной силы заклинания, и на несколько искореженных собачьих тел, рассыпающиеся пеплом на ней, когда Вирт неверяще произнёс.
— Это невозможно.
Проследила за ним взглядом, и окаменела, когда поняла, на что он смотрит.
Земля, покрытая золой и углями по периметру поляны, зашевелилась. Еще мгновение и два десятка выживших загрызней вырвались из‑под нее и бросились в атаку, уже не обращая внимание на боль от соприкосновения с куполом. Казалось, они еще больше обезумели и щит их больше не пугает.
Вирт наклонился и поднял кристалл артефакта. Сжал его в руке и начал произносить заклинание. Прошло несколько секунд, и воздух вокруг нас начал вибрировать. Вирт, мокрый от пота, скинул плащ и куртку и, оставшись в одной рубашке, упорно продолжал читать древние руны. Наконец, когда все вокруг нас уже звенело от напряжения, он прижал руки к куполу изнутри и сделал толчок. Яркая вспышка и разрывная волна, сметая все на своем пути, разошлась по кругу от купола. Сумасшедшая сила подбросила загрызней в воздух и отшвырнула назад, впечатывая покореженные тела в устоявшие за поляной деревья и разбрасывая гниющие куски на много метров вокруг.
Несколько минут стояла тишина и Вирт все это время напряженно всматривался в лес. Наконец он выдохнул и, тяжело дыша, опустился на землю рядом со мной. Я едва успела прижаться к нему, когда он снова вскинул голову и прислушался. Мгновение и мы услышали вой. Начавшийся в глубине леса, он быстро приближался и вот лес вокруг нас уже снова ожил и засветился множеством глаз. Мертвые собаки с оскаленными зубами снова неслись к нам, несмотря на поломанные, а у некоторых оторванные лапы и вырванные из тел куски.
