реакции.
– Отлично, все в сборе. Приступим. Хочу подчеркнуть необычность всей ситуации, и абсолютно немыслимые обстоятельства моего знакомства с господином Де Лабомом, но все так как есть. Завещание господина Ришара было изменено за несколько дней до его смерти, поэтому я зачитаю вам последний вариант, заверенный нотариусом и составленный лично мной.
"Я, Клод Рене Решар, находясь в здравом уме и твердой памяти, настоящим заявляю, что завещаю поместье с прилежащим к нему земельным участком Дэниэлю Де Лабому…
Я издаю удивленный вздох, как и сидящий рядом со мной Дэниэль, но господин Барде продолжает.
…коллекцию картин и предметов искусства я завещаю моему помощнику Дэвиду Фостеру, а гостевой дом и все имеющиеся на счетах средства моей домоправительнице и давнему другу Матильде Лонд".
Матильда вскрикивает, а Дэвид оседает на подлокотник дивана. В комнате воцаряется полная тишина, потому что никто из нас не может переварить услышанное. Господин Ришар ушел из жизни, но после себя оставил значительное состояние, целый мир. И хранителями этого мира он назначил людей, которые сыграли важную роль на его пути.
***
Спустя пару часов после ухода адвоката мы все сидим в беседке, нашей странной компанией. Каждый со своей необыкновенной и запутанной историей, но нитями судьбы сплетенной вместе. Нас объединило проклятие, созданное четыре века назад, но его разрушение лишь укрепило эти узы. Дэвид и Матильда приходят в шок, узнав, что именно господин Ришар убедил мать-настоятельницу отдать мне лишь часть проклятия. Это открытие и сказанное ранее адвокатом становится предметом для оживленной дискуссии, в которой я уже не могу и не хочу участвовать. Дэниэль здесь. Он сидит рядом со мной, держит меня за руку, но между нами осталось столько всего недосказанного, столько всего… несделанного. Я больше не могу ждать той минуты, когда мы сможем остаться наедине и наконец поговорить. Но видимо Дэниэль тоже находится в нетерпении, потому что он внезапно встает.
– Прошу нас извинить, вы не против, если мы со Стейси вас покинем?
– Конечно, конечно…уверена, вам нужно так много обсудить, – отвечает Матильда. – Стейси, спасибо, что была рядом эти дни. Это было важно.
Я беру тетю за руку и крепко сжимаю ее ладонь в своей.
– Мы семья. Это не может быть иначе.
Мы с Дэниэлем прощаемся со всеми и идем в сторону яблоневого сада. Солнце уже зашло за горизонт и сад наполнен тенями, которые откидывают плодовые деревья. Мы идем молча, и меня почему-то охватывает странное волнение. Видеться с Даниэлем в картине – это было чем-то иным, нежели быть с ним в реальности. Тогда можно было притвориться, что это было лишь сном. Но теперь это реальность. Я и он. В доме, где он вырос. В доме, повидавшим столько любви и потерь.
– Ну так… эээ… ты собираешься принять поместье, которые тебе передал господин Ришар? Как теперь все будет? – Я останавливаюсь и начинаю переминаться с ноги на ногу. – Я, честно говоря, в растерянности, это все так странно. И, я так безумно хотела, чтобы все закончилось твоим спасением, но теперь я растеряна, и…
Дэниэль касается рукой моей щеки, заправляет выбившуюся прядь волос за ухо, а затем наклоняется и целует. Этот поцелуй, пусть формально и не является нашим первым, но ощущается именно так. Ведь он реальный, неторопливый и такой желанный.
– Для начала, – вкрадчиво произносит он, едва отстранившись. – Будет это…
Он снова целует меня, но уже не нежно, а со всей страстью, на которую способен. Мои ноги подкашиваются, но Дэниэль придерживает меня за талию. Я не без удовольствия отмечаю, что химия между нами осталась такой же сильной, такой же будоражащей душу, как это было в картине. Мне не хочется прерывать поцелуй, но я не могу дождаться того, что он скажет дальше.
– А потом? – спрашиваю я, переводя дыхание.
Дэниэль все еще придерживает меня за талию, а мои руки покоятся у него на плечах.
– Потом… я бы чего-нибудь поел…
– Я серьезно! – из меня вырывается смешок.
– Если серьезно, Стейси, то все, написанное мной в том письме – правда. Я люблю тебя, и хочу провести свою жизнь с тобой. При условии, что ты тоже этого хочешь… По началу будет не просто, ведь этот мир, он так далек от того, что я знал раньше… Я пока до конца не знаю, чем буду заниматься, но у меня уже есть несколько идей, которые я бы хотел обсудить с Дэвидом. Однако, это сейчас не важно. Важно лишь то, что ты скажешь? У тебя была своя устроенная жизнь, работа, так что мы можем сделать так, как захочешь ты, только скажи!
Губы немного дрожат, и непроизвольно растягиваются в улыбке, когда я смотрю на этого мужчину, который был лишь фантазией, но стал моей реальностью.
– На самом деле, после того, как я сожгла портрет, я сумела сжечь и другие мосты, которые соединяли меня с прошлой жизнью. Поэтому я готова начать жить снова, с тобой. Здесь, если ты решишь так, потому что я тоже люблю тебя, и готова поддерживать столько, сколько понадобится.
Дэниэль прикрывает глаза и не может сдержать улыбку. Он утыкается своим лбом мне в макушку, и этот момент единения становится, возможно, самым важным моментом моей жизни. Мы оба прошли сложный путь, и судьба подарила нам ещё один шанс. Шанс на любовь. Шанс на счастье. Шанс прожить достойную жизнь вместе. Все, произошедшее со мной раньше играет важную роль в настоящем, каждый шаг, сделанный мной, вел меня к этому моменту. Моменту, когда я могу начать сначала. Я уже не печалюсь об ошибках прошлого. Не страшусь невзгод будущего. Потому что у меня есть этот день, этот час и этот миг.
– Я рада, что ты сумел найти путь ко мне, – наконец шепчу я.
– Я не мог ждать следующей жизни, чтобы быть с тобой, Стейси. – Дэниэль едва касается моих губ своими в обещании того, что это только начало. – Мне нужна каждая, начиная с настоящей.
КОНЕЦ
