притих. — А если оно, это самое, для души?
— Одни бабы на уме, — вклинился третий голос. — А я вот все думаю, если цель жизни — коньки отбросить, зачем мы тут вообще штаны протираем? Все одно там будем.
— А с чего мы вообще решили, что помирать-то надо? — осведомился четвертый.
— Мы услышали голос, который поведал, что сие есть истина, — важно провозгласил первый.
— Аааа, ну если так. Тогда давайте еще по одной.
Послышался звон стаканов — бравые стражники решили смочить спиртом свой философский диспут.
«Каладрий, ну ты молодец. — Я восхищенно цокнул языком. — Всегда знал, что в глубине души ты готов бескорыстно помочь ближнему».
«За это ты должен мне личный птичник», — тут же отреагировал демон.
«Да хоть десять, если сегодня мы возьмем замок».
— Ну что, Ваше Высочество, идем на штурм, как вы и хотели? — шепнул я. — Моя чудо-птица говорит, что стражи не так уж много. Предлагаю такой расклад: я прорываюсь в караулку, вы прикрываете меня отсюда. Вам рисковать собой я не позволю.
— Ни в коем случае! Во-первых, я не стану прятаться, а во-вторых, не лучше ли все-таки привести подмогу? Мы уже так близко…
— Мы не успеем. Чуть только я попытаюсь открыть портал — он засветится на общем магическом фоне, как маяк.
— И нет никакого способа его замаскировать?
— Мы пробовали одно заклинание, — признал я, — но оно не сработало. Пытались и так, и сяк, но даже ваш отец вынужден был признать поражение. Найди мы способ сделать порталы незаметными, и тайного хода бы не понадобилось.
Мирослава оживилась.
— Какое заклинание?
— «Виран рана ту де кебрис», — продекламировал я. — Это на древнем языке, а поведал мне его не менее древний и очень сварливый маг. Он и сам сомневался в правильности перевода.
— Рана ту де кебрис? Кажется, это значит «незрим для мира». Или «незримый мир». Что-то такое.
— Вы знаете древний язык? — удивился я.
— Немного. У отца в библиотеке есть несколько книг, а мне было скучно.
— Но почему вы не сказали⁈
— Вы полагаете, я должна отчитываться вам обо всех своих талантах? — Мирослава недовольно повела плечом. — Но мне кажется, что в этой фразе чего-то не хватает. Нужен еще артикль. Виран ми рана ту де кебрис.
— Это откроет портал «незримо для мира»? Вы уверены?
Мирослава мотнула головой.
— Не слишком. Но попытаться стоит.
— А если ничего не получится? Заклинание не сработает?
— Тогда мы просто побежим на штурм караулки, разве нет? Этим мы в любом случае поставим на уши весь замок.
Я немного поколебался. Мирослава права.
«Каладрий, лети к Императору. Передай, что мы во дворе и нам нужно подкрепление. Пусть соберет десяток сильных магов у своего шатра. И пусть Шереметьев ведет армию на штурм. Дай мне знать, когда они будут на подходе».
На удивление, демон даже не пререкался. Наверное, был всецело поглощен мечтой о десяти птичниках. Потянулось томительное ожидание.
Как показала практика, ожидание становится гораздо более томительным, если мимо прохаживаются вооруженные стражники. После нашего феерического визита на обед к князю и взрыва в арсенале весь замок стоял на ушах, двор перед воротами прочесали почти сразу. Как я понял из разговоров, еще до того, как сюда прибыл троянский конь. Искать два раза за одними и теми же ящиками бравые солдаты смысла не видели, так что с чувством выполненного долга прохаживались взад-вперед. Мы сидели, стараясь ничем себя не выдать.
Через час появился Каладрий.
«Войско на подходе!»
Я глубоко вздохнул.
— Вы готовы, Ваше Высочество?
Мирослава кивнула, облачаясь в энергетический доспех. Я закрыл глаза и во всех подробностях представил военный лагерь.
— Виран ми рана ту де кебрис!
Поначалу ничего не произошло. Через несколько секунд с башни замка раздался крик:
— Тревога! Портал во дворе!
— Я же говорил, что ничего не полу… — выругался я, но тут из портала на меня выскочила какая-то тварь.
— Какого черта⁈
Чиркнув по моей спине острыми когтями, чудовище поднялось в небо на кожистых крыльях и огласило замок диким визгом. Следом из портала вылетели еще пять штук.
— Незримо для мира, значит? Или в незримый мир? А может, в Расколотый? Ваше заклинание, Ваше Высочество, как-то не так сработало!
— Ну простите, я не специалист по древним языкам, — огрызнулась княжна. — Сдохни, скотина!
Последнее было обращено к спикировавшей на Мирославу твари. Та попыталась ткнуть наследницу престола острым клювом, взвизгнула и повалилась в траву.
— Тревога! Еще одна тревога! В замке чудовища!
Из портала вылетел еще десяток монстров, прежде чем я догадался его закрыть. А я знал, что нельзя доверять способностям юных девиц к древним языкам!
Кожистые твари пикировали на солдат, стараясь то ли сожрать, то ли просто заклевать насмерть. Нас монстры начали избегать после бесславной смерти пары своих собратьев. Я дернул княжну за руку.
— Быстрее, бежим в караулку!
В начавшемся хаосе об охране ворот все забыли. Новые адепты культа «мы все помрем», упившись, мирно дрыхли на своем посту. Взбежав по ступеням, не забывая при этом отбиваться от чудовищ и летящих в нас заклинаний, я дернул рычаг лебедки. Тяжело идет, зараза!
Рядом взялась Мирослава. Вдвоем мы принялись медленно опускать неподатливый механизм. Снизу послышался скрип ворот.
Мощный заряд Силы ударил в окно, и стекло разлетелось в дребезги. Кто-то из Одаренных, заметив нас, атаковал караулку.
— Еще немного!
Издав возмущенный скрип, рычаг наконец опустился. Огненная стрела, влетевшая в разбитое окно, чуть не спалила мне волосы.
Надо защитить вход в караульную башню до тех пор, пока сюда не явится наша армия. И здесь оставаться нельзя, здесь мы в ловушке.
Пригибаясь, мы сбежали по ступеням. Вылетели во двор, где творился кромешный ад.
Солдаты носились по двору, спасаясь от летающих тварей, Одаренные лупили по ним магией и промазывали, в конюшне неистово ржали лошади. Завидев нас, сразу два монстра спикировали вниз, раскрыв клювы. Я уложил первого, Мирослава — второго.
Вражеский Одаренный обернулся к нам. Выпустил огненную стрелу, которую с трудом выдержал мой энергетический доспех, и через мгновение сам упал на землю, уходя из-под моего удара. Мы открыли ворота, но остались вдвоем против десятков врагов.
Кто-то вскинул пистолет, готовясь выстрелить в Мирославу. Я дернул княжну за руку, уводя из-под удара. Притянул к себе, лицо
