class="p1">— Надо быть внимательным, брат Сергий. — хмурюсь. — А не ловить ртом мух.
— Но я правда…
— Кто-нибудь меня искал?
— Да, только что управляющий приходил.
— Так догони его. — приказываю. — Он мне тоже нужен.
Мой главный заведующий монастырским хозяйством доложил, что места для размещения двух сотен вояк полностью готовы — лежаки, подушки, одеяла, постельное бельё. Для шести офицеров — в каждой сотне капитан и два лейтенанта, не взводные, а помощники, сотни делятся сразу на десятки — приготовили комнаты на троих в гостиничном здании.
Когда докладчик принялся погружаться в подробности, я его прерываю.
— Брат Георг, ты же у нас большой учёный. — ага, это из песни «Товарищ Сталин, вы большой учёный…». — Каждую ночь через выпуклое стекло звёзды считаешь, траектории планет записываешь. Кстати, не пробовал использовать два выпуклых стекла на двух концах трубы и призму между ними?
— Два стекла? Труба? Призма? — вытаращился он на меня, поёрзав на стуле.
— Ну, да. А что я такого сказал? — изображаю святую наивность. — Мне кажется, так будет лучше. Но я не об этом. Ходил тут с братом Филиппом на башню нашей церкви, он мне рассказывал, как куранты работают. Так интересно! И знаешь, о чём я подумал?
— Нет, ваше преподобие.
Растерялся мужик, смотрю. Не понимает, что пора, так сказать, помолясь, двинуться по пути прогрессорства, настоящего, технического, и начнём мы с носимых часов.
— У нас же есть гибкая прочная сталь. Так почему бы не использовать её для приведение в действие часового механизма вместо цепей, которые тянут вниз грузы?
— Но…
— Зачем? Так мы тогда изготовим куранты, которые можно будет носить или возить с собой. Вот, когда я ездил на фронт воевать, знаешь, как сложно время по солнцу или звёздам определять? Это тебе легко, ты с юности небосвод изучал, а каково мне, вот представь? В общем, ты подумай. Я же видел, что ты с кузнецами часто обсуждаешь разные усовершенствования наших баллист и катапульт, заодно и над этим подумайте. Очень полезная штука получится, ну, да, не тебе мне объяснять.
Сам я не собираюсь становиться изобретателем, хватит с меня и славы великого целителя, к которой весьма скоро добавится известность как могущественного боевого мага. Слишком много для одного бастарда получается. Широко шагаешь — штаны порвёшь.
Буду вбрасывать идеи, легко объясняемые моим юным, плохо образованным, зато не зашореным взглядом. А тот же брат Георг, личность творческая, к науке тяготеющая, пусть мои идеи воплощает. Со временем и другие помощники найдутся, не сомневаюсь.
Жизнь монастырской братии довольно скучна, оттого и стали монастыри на Земле первыми центрами технического прогресса. Почему бы не повториться такому и на Паргее? Домино я монахам придумывать не стану. Пусть лучше делом занимаются.
Не успел проводить управляющего, ко мне в сопровождении цветущей Вальки ворвалась кузина. Потянула носом.
— Степ, ты что тухлую рыбу ел? — поморщилась. — Чем от тебя так пахнет?
— Ай, ладно, Юль. — нюхаю своё плечо, действительно успел пропитаться тюремным запахом. — Можно подумать, ты ни разу в подземельях на пытках и допросах не присутствовала.
— Точно. — усмехнулась миледи Неллерская, усаживаясь на диван. — Просто сразу не сообразила. Смотрел захваченное быдло? Мне Макс рассказывал. Да, я спросить пришла. Ты какую часть своих нитей на воздушные и антимагические амулеты тратишь? Поди, меньше трети? Половину?
— Первое. А ты с какой целью интересуешься? — мне правда стало любопытно.
— Валька, давай сюда. — командует служанке. Та из наплечной сумки, один за одним, извлекает свитки, а затем и книгу. — Подумала тут, что ты можешь подобрать плетения из неиспользуемых нитей для изготовления магических лечебных снадобий.
— Так в жидкостях и органике заклинания, дай Создатель, в лучшем случае три-четыре дня продержатся. — удивляюсь. — Чепуха.
— Ты и целительские амулеты чепухой считал. — парирует кузина. — Я же не говорю, что прямо сегодня нужно изготавливать. На будущее, когда мой лазарет начнёт принимать раненых, посмотри рисунки. Отбери, которые могут пригодиться. И, Степ, смени одежду. Всегда меняй, когда с допросов приходишь.
— Спасибо тебе, Юль, я бы сам не догадался. — сарказма не скрываю, но её пожелание выполняю.
Над описаниями состава зелий и рисунками накладываемых на них плетений просидели с кузиной почти час, а затем ушёл вести вечерню в церкви, проводив Юлиану по пути до лазарета.
— Ригер, подожди. — окликаю бывшего опекуна, сходя с кафедры после завершения службы. Толпившуюся вокруг братию жестом отсылаю по их делам. — Помнишь, ты говорил, что для часовых самое тяжёлое время в начале рассвета? Я хочу в этот час проверить несение службы у ворот. Пойдёшь со мной.
— Но, милорд, мы с Максом и так проверяем. Часто.
— А я хочу сам убедиться. — упрямствую.
На самом деле я хочу отвлечь караульных, чтобы Николас незаметно вывел через калитку Люсильду. Эльзу она будет ждать вне стен монастыря.
Глава 25
Бумс. Крупная, полтора метра, стрела с тяжёлым наконечником вылетела из баллисты. Нет, это не война. Как там? А город подумал, ученья идут? Да, кажется, так в старой песне было. Но сейчас и думать ничего не надо, тяжело в учении — легко в бою, этим выстрелом мы завершили проверку новых, придуманных с помощью моих ненавязчивых вопросов-подсказок новые механизмы наших метательных машин, заодно пристрелялись.
Таблиц стрельбы здесь разумеется ещё нет, а вот подобие квадранта придумали ещё до меня, так что, наши наводчики стреломётов смогли оценить изменение дальности полёта снарядов и теперь знают, как корректировать углы вылета.
— Надо же, почти на полсотни ярдов дальше летят. — милорд Карл, сопровождающий меня в осмотре стен обители, всё же не смог сдержать удивления. До сих пор не верил, будет ли толк? Зря. Его преподобие плохого не посоветует. — Если виргийцы появятся под нашими стенами, их будет ждать неприятный сюрприз.
— Появятся. — оборачиваюсь к нему. — Куда они денутся?
Внизу, там, где наши предместья, всё ещё вижу много людей. Никому не нужные нищие оборванцы, питающиеся помоями, выкидываемыми из обители, никуда уходить не собираются, а об их эвакуации, разумеется, никто не позаботился. На глаза они, как и прежде, стараются не показываться, но отсюда, с высоты стены, всё как на ладони, видно отлично.
Внутри монастыря тоже не сильно обезлюдело. Да, большую часть обслуги отправили на юг
