— Лина, я уже давно привык, что свою жизнь и безопасность ты не во что не ставишь, — неожиданно устало сказал Руслан. — Но, пожалуйста, пожалей хотя бы меня.
— Ой, да ладно, — отмахнулась я, разглядывая стены коридора. — За годы нашей дружбы у тебя должен был выработаться иммунитет…
Не дав договорить, меня порывисто обняли и прижали к себе.
— Не неси чепухи, — на ухо прошептал парень, слегка покалывая густой растительностью мою щеку. — К мысли, что я могу потерять тебя навсегда, невозможно привыкнуть.
Непонятное чувство вины и щемящей боли поднялось из глубин и разлилось внутри.
— Ру… — обнимая его талию крепко — крепко, как только могла, выдохнула я.
Надо рассказать ему, что мы с Никлаусом вместе, и это, походу, надолго… Возможно даже, на всю жизнь! Сказать, как сильно ценю нашу многолетнюю дружбу и искренне жалею, что так и не смогла влюбиться в такого верного друга и очень милого парня, как Руслан.
"А все потому, что нас тянет на всякую некачественную заморскую бяку", — пробулькал желудок.
Надо объяснить, что отношения с Темным не должны никак повлиять на нашу дружбу, и вообще…
По коридору прокатился раздражающий скрип, а следом не менее скрипучий голос объявил:
— Вас ждут!
Вздрогнув от неожиданности, мы с Русланом разжали объятья и обернулись. В пяти шагах от того места, где мы стояли, открылся проход, и зуб даю, раньше ни дверей, ни арок, ни чего‑то похожего там не стояло!
— Я напоминаю, — проскрипел дряхлый старик с жидкими остатками длинных седых волос на голове, — вас ждут!
Чуть замешкавшись, я пропустила Рулана и потрусила следом. Ну не все же мне первой быть, а приятель все‑таки очень сильный маг и в случае чего легко отразит атаку, а я прикрою ему спину.
— Кто нас ждет? Почему Владыки изменили правилам и подняли людей в Поднебесную? — налетел с вопросами боевик и, понизив голос, уточнил: — Это как‑то связано с тем, что мы ищем?
Старик засмеялся, но этот булькающий противный смех больше походил на уханье умирающей совы.
— Вас ждут, — отсмеявшись, повторил он.
Пройдя по узкому коридору, выдолбленному прямо в скале, приблизительно двадцать шагов, мы поднялись по винтовой лесенке на несколько метров вверх и оказались перед огромными двухстворчатыми дверями.
Хлопнув несколько раз в ладони, старик прошамкал себе под нос что‑то совершенно неразборчивое, и монолитные створки начали медленно разъезжаться в стороны.
— Мудрейшие из мудрых хотят видеть вас, — прокряхтел старик, отходя в сторону, чтобы не загораживать нам проход.
Не дожидаясь, когда створки окончательно отъедут в стороны, Руслан решительно пересек незримую черту порога и уверенным шагом пошел внутрь, я поспешила следом, но, пройдя всего пару шагов, притормозила рядом с огромным начищенным до блеска кругом.
Остальное произошло без участия головы. Шаловливые ручонки схватили лежащий снизу молоточек от гонга, замахнулась, а в следующую секунду огромный зал огласил мелодичный звук.
На счастливо — улыбающуюся Светлую посмотрели все: пятеро чернокрылых охранников, одетых в боевые доспехи; две девушки, стоящие на коленях перед статуей Светлой Богини; семь Владык, разряженных в белые ткани и, конечно же, Руслан…
— Извините, — пряча молоточек за спину, потупилась я, — не смогла удержаться. Люблю громкие появления.
— Т — т-ты! — задыхаясь от возмущения, выдал один из семерки, разряженных в белые балахоны. — Да как ты посмела надругаться над нашей Святыней!
И главное, смотрит на меня, как на врага отечества, а я‑то всего лишь разочек стукнула, а он сразу крик поднял — "Надругалась! Надругалась".
Повинуясь едва уловимому жесту одного из семерки в белом, активизировалась охрана. Ангелы взяли нас в плотное кольцо и выжидательно замерли.
— Линка, это должна была быть дипломатическая беседа, — зло зашипел Руслан, отбирая у меня молоточек, который я почему‑то продолжала упорно прятать у себя за спиной.
Поняв, что запахло крупными неприятностями, Руслан занял боевую стойку. Чуть помедлив, я быстро выхватила клинки дайсе.
"Все хорошо! — бойко затараторил оптимизм. — Руслан возьмет на себя троицу слева, а мы вот этих двух крылатых громил, которые вовсе даже и не страшные…"
"Мы покойники", — очень не к месту заявил пессимизм, хмуро оценивая шансы на спасение.
— Она осквернила Священного глашатая! — визгливо заорал все тот же Владыка в белом. — Убейте ее! Немедленно!
"Я же говорил…" — изрек пессимизм, прихлебывая дикий микс из любимой валерьяночки и гномьего самогона.
А во мне опять проснулось детство. И мало того, что просто проснулось, так еще, размахнувшись от всей души, шарахнуло по красной макушке и, распевая песенки, принялось танцевать вокруг, громко напевая "тру — ля — ля" на всю округу…
Иначе как еще объяснить тот факт, что я вдруг надула губы и обиженно крикнула:
— Да вы… Да вы… Да вы даже не ангелы! Вы знаете, кто? Вы — урки крылатые! Неощипанные индюки! Дистрофичные канарейки! Вот!
На меня вновь посмотрели все присутствующие: пятеро охранников в боевых доспехах; две бледные девушки, замерших у статуи Светлой Богини; семь Владык с отвисшими челюстями, конечно же, злой Руслан и высокий статный мужчина…
Так, стоп! А этот крендель откуда взялся?
— Порубите ее в мелкую крошку! — заверещал ангел в белом балахоне.
Охранники занесли оружие для удара, Руслан окружил нас двойным щитом, а я успела исторгнуть воинственный вопль, прежде чем под высокими сводами зала прогремело властное:
— Стоять!
Поняв, что кто‑то другой теперь командует парадом, Владыка в белом резко подскочил на ноги и повернулся к пришедшему.
— Бенедикт, она ударила в гонг! — пожаловался ангел, указав на меня пальцем.
Незнакомец проследил направление, встретился со мной взглядом и неожиданно улыбнулся.
— Так ведь не сломала, и то хорошо, — спокойно сказал он.
Вот. Хоть один адекватный человек, точнее ангел, в этом неадекватном обществе, а то раскудахтались тут, как курицы — наседки.
— Вы все слышали голос глашатая, — указывая на гонг, торжественно изрек заступившийся за меня Владыка. — Теперь в силу вступают слова пророчества…
По залу прокатилось почтительно — удивленное: "О — о!", после чего незнакомец неспешно приблизился к нам с Русланом. Он был выше всех присутствующих ангелов на голову, но это было не главной его особенностью. За спиной у Владыки были сложены изумительно красивые, алые крылья.
— В сторону! — приказал он охране, и те безоговорочно подчинились. — Дитя, — ласково улыбнулся мне мужчина, — позволь сопроводить тебя в зал пророчеств.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
