жесткие и быстрые решения, когда требовалось.
— Предоставь мне точный план, Дима, — заговорил отец. — И тогда поговорим предметно, что и как будет на «Заре». Твоя помощница передала Степану Витольдовичу результаты ревизии комплекса. Ты читал?
— Просмотрел мельком, — ответил я. — Все кристально чисто и отлажено. Единственное, что нам нужно делать для получения стабильного заработка с «Зари» — ничего не менять. Собственно, идея изготавливать полимер Ли-Телегина потому и пришла мне в голову — место есть, ресурсы тоже. Осталось только привлечь людей. Ну и деньги, разумеется.
— Рад, что ты не забыл проверить, — кивнул князь. — Как будешь готов, сообщи мне, мы все обсудим, и я приму решение. Ирина.
— Да, Леша? — отозвалась мать с таким видом, будто происходящее ее никак не касается.
— Когда Дмитрий подаст мне свой проект, а я его проверю, возможно, нам потребуется помощь Демидовых. Выступишь нашим переговорщиком, если придется?
Княгиня расплылась в довольной улыбке. Такой результат ее полностью устраивал — глава рода учел ее предложение и вынес решение, которое доставило супруге удовольствие.
— Разумеется, я поговорю с ними, — согласилась она, и тут же добавила: — Если понадобится. Впрочем, я уверена, что род Романовых может себе позволить небольшую стройку. В конце концов, можно использовать средства моего фонда.
Мать, как и положено княгине, вела свое маленькое дело под крылом «Руснефти». Ее «маленькое» дело, правда, оперировало несколькими миллионами, но разве могла себе позволить жена одного из богатейших князей Русского царства мелкие суммы?
Вкладывая эти средства, Ирина Руслановна раз за разом доказывала, что кровь — не водица. Выходя с прибылью из, казалось бы, убыточных затей, она уже претендовала на звание «Русского фонда княгини Романовой». Этот титул выровнял бы ее с великокняжескими. А это уже совсем другой порядок цифр, масштабы и проекты.
— Хорошо, спасибо всем за трапезу, — подвел итог отец и вытер рот салфеткой. — Мне пора на совещание.
После князя отбыли и мать с сестрой. Сергей быстро доел и тоже ушел. А я еще несколько секунд трудился над кашей. И только опустошив чашку, встал из-за стола.
Погода сегодня вновь испортилась, но это не отразилось на моем настроении. Чувствуя, что с каждой минутой я становлюсь все ближе к лаборатории, я добрался до ЦГУ. Останавливаться на лавочке не стал и сразу же направился в корпус.
Студенты кучковались на крыльце, внутри тоже было людно. Но к нужному мне кабинету я добирался практически в одиночестве. Орлов уже был внутри и обсуждал с присутствующими предстоящий отдых на базе — принимал заявки на меню.
— Княжич, доброе утро, — поздоровался со мной Петр Васильевич. — Будут ли у вас пожелания к кухне?
— Оставляю этот вопрос на решение большинства, я довольно неприхотлив в еде, — улыбнулся я, занимая свое место.
На дисплее загорелась эмблема университета и я вбил свои данные в выскочившее меню. Пока система загружалась, успел взглянуть на телефон — до начала занятия еще семь минут.
Воспользовавшись временем для проверки биржи, я отдал распоряжения Кристине. Помощнице предстояло сегодня плотно поработать, размещая мои деньги сразу в несколько акций. И вовремя избавляться от тех, что вот-вот обвалятся. Как я и сказал отцу, мне действительно нужны деньги.
Вся группа уже собралась, за исключением Морозовой. Это было странно — до сих пор она не пропускала ни одного занятия. Сидящая справа от меня Мэйли с вопросом в глазах кивнула в сторону пустующего кресла.
— Петр Васильевич, а Виктория Львовна не предупреждала, что не появится на занятиях? — спросила китаянка, и староста обернулся к ней.
— Нет, должно быть, задерживается в пробке, — поделился своей версией он. — Погода сегодня не самая лучшая.
Однако ни на первом, ни на втором занятии Морозова так и не появилась. Решив, что сомневаться можно долго и проще задать вопрос самому, я дождался звонка и набрал номер одногруппницы.
Номер был доступен, трубку долго не брали, и я уже было подумал, что стоит сбросить вызов, когда услышал взволнованный голос Виктории.
— Дмитрий?! — воскликнула та. — Хорошо, что вы позвонили! Пожалуйста, помогите мне.
Эта просьба заставила меня напрячься. Я даже взглянул на Салтыкову, подозревая, не решила ли та отомстить боярскому роду за сорвавшуюся сделку. Сумма за формулу, которую дали Аганины, была не такая уж и большая, а вот проценты с продаж готовых духов обещали серьезную прибыль.
— Что случилось? — спросил я. — Где вы?
— Я в больнице Святителя Николая, — отозвалась она. — Пожалуйста, Дмитрий, пришлите целителей. Я обязательно вам отплачу! Прошу вас.
В больнице Святого Николая своих целителей не было со дня основания. Это практически клиника для малоимущих. К которым, увы, относились и Морозовы. Я сам подметил во время визита, что у них даже слуга остался всего один.
— Что случилось? — повторил я, слыша, как девушка впадает в истерику.
— Мама… Умирает.
Глава 24
Это проблема. Я младший княжич рода, который до сих пор находится на осадном положении. Без разрешения отца я не могу никого отправить на помощь — это ослабит Романовых, если вдруг что-то случится. Сам князь подобного не допустит.
Виктория Львовна не может сейчас мыслить трезво и никаких гарантий дать, соответственно, тоже. Она, конечно, моя одногруппница, но безвозмездная помощь в будущем поставит Морозовых в подчиненное положение.
Притом что конкретно этот боярский род территориально относится к владениям великого князя Московского, случится конфликт интересов. Сам он, конечно, помогать Инге Валентиновне не станет, иначе уже давно бы вывел боярыню из-под удара, но и нам вмешиваться не позволит. Это не визит на прием в качестве партнеров, это почти заявление о намерении поглощения.
Но я знаю, кто имеет полное право вмешаться.
— Дмитрий? — немного сонным голосом ответила мне Динара. — В такую рань звонишь замужней женщине…
Я пропустил укол мимо ушей.
— Нужны целители в больницу Святителя Николая, — сказал я и поспешил добавить, пока не начались расспросы: — Твоему деловому партнеру, не мне.
— Что случилось? — хмыкнула княжна Аганина.
— Подробностей не знаю, — ответил я. — Боярыня Морозова при смерти, целителей нет, Виктория Львовна там.
