— Кто ты? — спросила южанка, когда племянница Юрики точно также дотронулась до ее лица. И забыла о ее существование сразу после того, как телесный контакт был разорван.
— Это просто программа. Похоже на искусственный интеллект, который включается, когда мы прикасаемся к кому-то или чему-то. То же самое происходит с песком.
— То есть с ней можно говорить, только держась за руки? — Юрика быстро осознавала, какие перед ней открывались перспективы. — И не только с ней, но и с любым человеком, с которым когда-либо общался Дан?
— Не думаю, что возможности этого механизма зашли настолько далеко…
— Так давай проверим!
— Предлагаю сделать это потом, — поспешила осадить Юрику Виктория. — Знаешь, я начинаю бояться этого места. Нам лучше уйти, сейчас же.
Глава 29. Уничтоженное доверие. Император и Ведьма
06:45, 21 июля 1014 года, воскресение. Империя Дакиэрро, княжество Мьермато.
Тревога и сомнения опутывали своими сетями мысли Сигурда, пока он следовал за Августо по подземному тоннелю. Это секретное убежище было обнаружено случайно, во время сбоя компьютерных систем Бифроста, произошедшего из-за действий Дженази. И судя по всему, именно здесь уже больше двухсот лет скрывается Каена — боевой товарищ из прошлого, которую все считали погибшей. Сотни метров земли и горных пород отделяли бункер от поверхности, и чтобы добраться до него, им потребовалось отыскать замаскированную шахту лифта и пройти сквозь целый подземный лабиринт.
Сигурд перевел взгляд на спину Августо, который шел впереди, не издавая при этом ни единого звука. Отсутствовали не только звуки дыхания и шагов, но даже шелест складок его черного балахона, словно перед ним был не Первый Гвардеец, а один только его образ, голограмма. В этом была загадочная способность этого таинственного существа, которое вряд ли являлось человеком: не было слышно плеска воды, если Августо приходилось наступать в лужу, не скрипели гравий и песок под его ногами, умолкали ржавые петли дверей, которые ему доводилось открывать… Он мог подобраться бесшумно к кому угодно. Сигурд не раз вздрагивал, когда обнаруживал Августо у себя за спиной.
«Почти к кому угодно,» — тут же поправил он себя. Встречались люди, которые кожей ощущали его присутствие. Чувствовали необъяснимый холод и беспочвенное беспокойство. Необоснованный страх. И подобная чувствительность не зависела от мистических способностей человека. Дело было в чем-то, недоступном пониманию Сигурда.
За столетия сотрудничества ему еще не приходилось ловить Августо на лжи. Августо сказал, что не знал о том, что Каена жива; что только вчера ему удалось обнаружить следы удаления информации из базы данных Бифроста, в которых речь шла о геотермальной электростанции, обеспечивающей энергией весь этот комплекс. Но он так и не объяснил в подробностях, каким образом установил связь между скрытой электростанцией и Каеной. Нет, Августо предоставил доказательства, что Каена жива, просто поражала скорость, с которой он их обнаружил. Что, если он скрывал ее, ждал удобного момента, чтобы вернуть из небытия? И деятельность Дженази стала достойным поводом для того, чтобы вернуть ее в бой. Ведь Каена — киборг, созданный на основе тех технологий Чи-Зо, которые были утрачены Небесными Городами, и возможности ее огромны. Только если Августо давно знал о Каене, то почему скрывал ее до сих пор? Дженази силен, но Белгорро и Ришари гораздо опаснее для Дакиэрро, и война с ними продолжается уже давно. Сам собой напрашивался вывод, что Каена была секретным оружием Августо. Вот только против кого?
«Против того, от кого ее держали в секрете, — Сигурд опустил руку на рукоять меча. — Августо уже предал одного императора. Что мешает ему предать и второго?».
— Что-то не так? — Сигурд был уверен, что у Августо не было оснований начать волноваться о том, что у императора на уме, но, похоже, недооценил его интуицию. Первый Гвардеец замедлил шаг и смотрел на него сквозь отверстия маски, через которые нельзя было уловить даже блеска глаз. Безликое, пугающее существо.
— Размышляю о том, почему Каена скрывалась от нас так долго, — искусством лгать Сигурд овладел в совершенстве. Но это не значило, что Августо не мог подозревать о том, что творится у него в голове.
— По той же причине, по которой Дженази покинул Гвардию, а ты убил Фридриха — ей надоело быть марионеткой старого безумца.
— Не думаю, — Сигурд, в отличие от Августо, помнил, при каких обстоятельствах Гвардия лишилась девушек. — Здесь что-то другое.
— Может быть, — Августо отвернулся, но у Сигурда не исчезло ощущение, что он продолжает за ним пристально наблюдать. — Но сейчас нас должно волновать, каким образом уговорить ее выступить на нашей стороне. И я надеюсь, что вы готовы в случае неудачи сделать то, что необходимо.
Сигурд вспомнил искусственное лицо-маску Каены, ее синтетические белые волосы и ярко-синие глаза. Больше машина, чем человек, и все же человек — рациональный, бесстрастный, холодный. И слегка безумный. Но безумие — закономерное следствие, если все, что ты есть — это мозг, помещенный в куклу из металла и полимеров.
Он любил ее.
***
15 октября 814 года. Вердиро, Сангарак.
Меч Сигурда без труда рассек броню дрона, похожего на саблезубую кошку, и сразу же мягко сверкнул синим — сработал механизм, автоматически затачивающий кромку лезвия толщиной всего в один атом. Противник распался на две половинки, одна из которых все еще могла продолжать бой, и Гвардеец вонзил клинок в треугольный череп, разрушая процессор. Освободив лезвие, Сигурд увернулся от когтей другого дрона, а потом и вовсе покатился по земле, стремясь оказаться как можно дальше от взлетающих в воздух комьев земли, выбитых очередью из электромагнитного орудия четырехметрового стального великана, пилотируемого человеком. «Гектора» сопровождала дюжина бойцов Небесных Городов, облаченных в бронированные экзоскелеты. Они были готовы поддержать гиганта огнем из своих винтовок, но, скорее всего, соблюдали приказ беречь патроны — бой шел уже несколько минут, и в его начале рядовые бойцы приняли активное участие, истратив по два-три магазина.
«Гектор» патронов не жалел, но пулеметная очередь так и не смогла подобраться к Сигурду достаточно близко. Как только пилот допустил ошибку и открыл Гвардейцу путь к ногам машины, он бросился в атаку, на винтовки пехоты. Бойцы открыли огонь, но Сигурд обратился к резервам своего нейропроцессора, и тот заработал на пределе своих возможностей. Эффект длился всего несколько секунд — для стороннего наблюдателя. Для самого Сигурда время предельно замедлило свой бег, и бойцы Небесных Городов превратились в неподвижные статуи. И пусть даже сейчас Гвардеец не мог уворачиваться от пуль, но для того, чтобы выстрелить, противнику нужно нажать на курок, а для этого с точки зрения Сигурда простому бойцу теперь требовалась целая вечность.
Когда истекли секунды стороннего наблюдателя, во время которых от Гвардейца остались только смазанный силуэт и росчерки синего света, бойцы Небесных Городов, все еще продолжая стрелять, начали распадаться на фонтанирующие кровью куски, а «Гектор», увидев их гибель, попытался сделать шаг назад и упал на землю — его ноги были перерублены чуть ниже колен. Сигурд, у которого чрезмерным нагрузкам подвергся не только мозг, но и тело, пусть и усиленное имплантами, на миг остановился, чтобы перевести дух, а потом запрыгнул на корпус барахтающегося в пыли гиганта и начал вырезать из его стальных внутренностей пилота. Им оказался молодой Старвинд. Парень уже знал, что его ждет, и когда Гвардеец оторвал последнюю переборку, вырвал чеку гранаты и дико оскалился.
«Тхан-Озу-Бай!»
Забытый Бог, державший в руках ключи к магии Сигурда, отреагировал даже быстрее самого чародея, который слишком медленно сплетал строчки защитного заклинания. И когда граната взорвалась, на пути осколков, разорвавших Старвинда на куски и изрешетивших кабину робота, встал полупрозрачный барьер из переплетенных между собой черных и фиолетовых линий.
