Сигурд даже не почувствовал удара — щит Тхан-Озу-Бая растворил шрапнель, куски корпуса гранаты, и погасил ударную волну. И перед его мысленным взглядом из серого тумана сформировалось чудовищное лицо получеловека-полузверя, у которого сквозь истлевшую кожу были видны желтые кости и гниющие мышцы.
«Отори Дзяко! — приглушенный голос одного из Забытых Богов Тьмы был полон негодования. — Как смеешь ты подвергать свою жизнь такой опасности? Почему ты не позвал меня раньше?»
«Я собирался это сделать сразу после того, как исчерпаю возможности устройств, улучшивших мое тело».
«Презренные технологии презренных Чи-Зо… Они подведут тебя, рано или поздно».
«Вы правы».
«Да. А теперь уничтожь своих врагов!»
Черно-фиолетовый барьер превратился в магический доспех, повторяющий контуры тела Сигурда, сияющие узоры покрыли лезвие мнемомеча. Четвероногий дрон, которого Гвардеец оставил за спиной, нагнал его и прыгнул, собираясь впиться в тело стальными клыками и когтями. Сигурд вытянул в его сторону руку, и из ладони вырвался поток темно-лилового света. Голова и туловище боевой машины были мгновенно уничтожены, а вот лапы продолжили свой путь; одна из них, правая передняя, докатилась до ботинка Сигурда.
Этой силой Гвардеец овладел, когда был юн и носил имя Отори Дзяко. То были дни его славы, когда разрозненный, разобщенный народ яо истреблял друг друга в непрекращающихся межусобных войнах. Глава клана Отори, он сокрушил и подчинил своих соседей, присоединил их армии к своей и повел дальше, начав новую войну, которая должна была стать последней — ради единства и мира всего своего народа. Но когда цель была почти достигнута, с небес спустились воины, оружие которых было куда сильнее мечей, копий и луков, и вел их человек по имени Валентин Лэйт. Империя яо, созданная кровью и железом, распалась на части, клан Отори — истреблен, а сам Дзяко с остатками верных людей загнан в болота, из которых уже не было выхода. Валентин Лэйт лично командовал отрядом, который должен был уничтожить бывшего императора, и вызвал Дзяко на поединок. Мощь Лэйт была невообразимой, Отори проиграл, но в последний момент на поле боя явился Витторио. Он убил Валентина, его воинов, и предложил Дзяко стать Гвардейцем Хаоса. Отори Дзяко согласился.
Мощь Тхан-Озу-Бая не помогла ему в бою против Небесных Городов, магия оказалась слабее высоких технологий и мистических способностей. Именно поэтому он позволил техноадептам Гвардии Хаоса усовершенствовать свое тело. И взял себе новое имя — имя древнего героя, который, омывшись кровью дракона, стал больше, чем просто человеком. Хотя для этого ему и пришлось отречься от наследия Старшего Дома Отори — одного из древних родов, правивших Тейзоей задолго до возвышения цивилизации Чи-Зо.
— Все в порядке? — Каена, которая на этом поле боя вместе с Сигурдом командовала отрядами лояльных Гвардии бойцов из Великого Дома Амавази, оставила своих подчиненных, чтобы удостовериться в том, что ему не требуется помощь.
— Да, — Сигурд осмотрелся вокруг и увидел, что противник отступает. Объединенных сил домов Старвинд, Мисторг и тех Амавази, что не одобрили выбор родичей, было вполне достаточно, чтобы смешать с пылью предателей, но присутствие здесь сразу четырех Гвардейцев не оставило им и шанса. Сколько бы раз не умер Раббен Тоттенгрибер, он воскресал вновь, и пока бойцы Амавази отсиживались в укрытиях, расстреливал врага из своих пистолетов. Эрика, накрыв свой отряд психокинетическим барьером, защищала его от любого вражеского выстрела, даже если он был произведен из электромагнитной винтовки, которая запускает снаряд на космических скоростях. Каена, как и Сигурд, со своим противником уже справилась, и теперь им нужно было только помочь товарищам.
— Я помогу Раббену, а ты добей цель Эрики. Она почему-то не торопится.
— Она с самого утра странная, — ответила Каена. — Открыла банку газировки руками. А ты сам знаешь, что она использует психокинез на уровне рефлексов.
— Ты все время говоришь ей, что у нее из-за этого атрофируются мышцы. Наверное, она наконец прислушалась к твоим словам.
На лице Каены не отразилось ни единой эмоции. Оно не было точной имитацией человеческого лица, прочные и гибкие пластины полимеров белого цвета, с мертвенно-голубым отливом, полностью повторяли черты ее человеческой внешности, но между ними были оставлены зазоры, сквозь которые были видны искусственные мышцы из углеродного волокна. Каена могла, но не использовала искусственную кожу, которая не хуже естественной передает тактильные ощущения. Ее губы, такие настоящие на вид, пусть ненормально-синие, ничего не почувствуют, если он прикоснется к ним своими.
— Это не так, — опасение в голосе Каены было простой игрой воображения Сигурда.
В этот момент в той части поля боя, где Амавази руководила Эрика, смолкли стрельба и взрывы, а затем раздались крики боли и ужаса. Всех — и союзников Гвардии, и ее врагов — подняло в воздух, и один за другим они стали взрываться изнутри, разлетаясь багряной пылью.
Когда Сигурд, Каена и Раббен прибыли на место трагедии, в живых осталась лишь Эрика. Она стояла посреди поля, по щиколотку залитого кровью, но ни одна капля не коснулась ее лица и одежды. Длинные темные волосы девушки развевались на ветру, который поднялся только здесь, на нем же трепетали складки ее черного платья, с подолом до пят и воротником, закрывавшем всю шею.
— Что ты делаешь?! — Сигурд, который только что не воспринимал всерьез предостережений Каены, теперь корил ее за то, что она не указала на странности в поведении Эрики еще раньше. Теперь же было слишком поздно, безумный взгляд Черной Ведьмы — так звали ее враги Гвардии, а порой и не только они — красноречиво говорил о том, что она просто не услышит его призыва взять себя в руки.
Эрика что-то прошептала в ответ.
— Эти Амавази были нашими союзниками, — он не рискнул подойти ближе, чем на двадцать шагов. Каена и Раббен остановились рядом.
— Я устала, — произнесла девушка чуть громче, — ждать. Мне обещали, что Гвардия будет уничтожать этих ублюдков, а что я вижу вместо этого? Мы заключаем с ними союзы…
— Но это необходимо! — воскликнул Сигурд. — Восемь человек не смогут уничтожить цивилизацию. Нам нужны единомышленники из их числа, их солдаты, корабли и военные технологии. Гвардия сражается с ними уже тысячу лет, и за это время мы нашли самые эффективные способы борьбы. Да, до победы еще очень далеко, но каждый новый шаг Императора приближает ее. Поверь, мы…
— Мне нужна не победа, — прошипела Эрика. — Руины Небесных Городов, заваленные трупами — вот, что мне нужно! А вы желаете совсем другого. Власти… Ты и твои обожаемые Фридрих Бронзлевен и Витторио Коккинавье. А чего еще ждать от принцев Десяти Великих Домов?
— Сигурд не меньше тебя пострадал от Небесных Городов, — Каена вышла вперед, осторожно ступая по земле, покрытой человеческими останками. — Вся его семья и тысячи соотечественников погибли только потому, что наверху решили, что лучше знают, каким должен быть миропорядок под облаками.
— Но это не значит, что я должен убивать всех подряд, — хмуро добавил Сигурд. — Если Гвардия станет во главе Небесных Городов, то мы прекратим все преступления, которые происходят на поверхности по их вине.
— Наивный дурак! Фридрих просто использует нас! Каена, — Эрика обратилась к подруге, — Гвардия ничем не лучше Великих Домов! Идем со мной, вместе мы найдем тех, кто действительно готов сражаться с Небесными Городами до их полного уничтожения!
— Эрика, еще одно подобное слово, и я буду вынужден считать тебя врагом дела Гвардии! — того, что Сигурд уже услышал, было вполне достаточно, чтобы пойти на крайние меры. — Ты и так уже доставило нам массу проблем, убив два десятка союзников. Сделаем так: ты извинишься и пообещаешь выбросить из головы все свои экстремистские настроения, а мы просто забудем об этом инциденте. Ты даже не представляешь, что произойдет, если мы начнем открыто нападать на Небесные Города…
