Она заперла за собой раздвижные двери, переоделась в сухую одежду и забралась в постель, но слишком устала, чтобы спать. Список плохих дел…
Она встала и схватила желтый блокнот. На этот раз без труда отыскала нужные слова. Она и оглянуться не успела, как получился идеальный список. Именно такой, как она хотела.
Она выключила свет и улыбнулась себе. Потом подумала о лакричной палочке и задрожала. Она зарылась в подушку, потом снова встала и открыла раздвижные двери.
Никаких сомнений. Она стала плохой. И от этого ей было так хорошо.
— Пора читать, — сказала Бри, открыв дверь, ведущую на маленькое крыльцо, как делала в течение последних двух недель, с тех пор как приняла это решение.
— Сейчас же лето, — протестовал Тоби. — Мне не полагается читать книги летом. — Но несмотря на жалобы, он встал с ковра в гостиной и вышел за ней на улицу.
На крыльце помещались лишь пара древних коричневых кресел из лозы и маленький деревянный стол. Она принесла лампу из спальни, чтобы читать, после того как Тоби ляжет спать, но она так уставала к концу дня, что, как правило, засыпала первая. Ей скорее удавалось почитать в перерывах между лепкой свечей, раскрашиванием визиток или экспериментами с новой полиролью для мебели на основе пчелиного воска.
Открывая книгу, которую они читали, Бри задалась вопросом, почему всем этим занимается. Не то чтобы у нее было мало хлопот. Стояла середина июля. Мед нынешнего урожая она сможет собирать только с начала августа, если повезет, а она, как всегда, переживала из-за денег. Она пыталась создавать новые товары, но на материалы требовались деньги, а сколько удастся продать, никто не знал. По крайней мере Бри видела, что Тоби стал чуть лучше к ней относиться, да и сама она перестала злиться на него так сильно.
Плетеное кресло заскрипело, когда он свесил грязные босые ноги с подушки.
— Я и сам хорошо читаю. Не обязательно читать мне вслух, будто я маленький.
— Мне нравится читать вслух, — заявила она. — Так я могу учиться вместе с тобой.
— Я и так все это уже знаю.
Это была полная чушь. Он знал еще меньше, чем она, хотя с каждым днем она узнавала все больше нового.
С помощью библиотекарши она отыскала пару книг по воспитанию детей представителями других рас и обнаружила, что главным образом авторы затрагивали проблему допустимости усыновления черных детей белыми семьями. Ей не особенно это помогло. В числе других ценных сведений, которые Бри почерпнула, были советы по уходу за волосами, а с этим Тоби и сам прекрасно справлялся. Однако ни один автор не ответил на самый важный для нее вопрос: как бледная белая женщина вроде нее должна внушить расовую гордость и чувство принадлежности к своей расе этому ребенку с золотисто-коричневой кожей?
Она действовала по велению сердца.
Тоби перебросил одну ногу через подлокотник кресла и стал ждать, когда она начнет. Пока они успели освоить короткие адаптированные для детей биографии Фредерика Дугласа[10], Букера Т. Вашингтона[11] и Мартина Лютера Кинга наряду с историей создания Бейсбольной лиги для негров. Он возмутился, когда Бри нашла книгу об аболиционистке Соджорнер Трут[12], поэтому она начала читать ее вслух себе. Прослушав пару страниц, мальчик забыл о своем предрассудке в отношении книжек для девочек и, когда она добралась до конца первой главы, попросил продолжить.
Хотя она устала из-за того, что пришлось рано вставать, она читала почти час. Когда она наконец закрыла книгу, Тоби принялся ковырять большой палец.
— Ты нашла еще какое-нибудь кино, которое мы будем смотреть в выходные?
— «Когда мы были королями». — Она скорчила гримасу. — Это про бокс.
Он забыл о своем пальце и прямо-таки расцвел.
— Правда?
— Я знаю, это отвратительно. Давай вместо этого посмотрим «Дневники принцессы».
— Ни за что! — Он широко улыбнулся, в самом деле улыбнулся, и очередное звено в цепи недобрых чувств, бушевавших в ней, сломалось. Иногда, не часто, а всего лишь иногда, он улыбался ей так же, как улыбался Люси.
— Не поддавайтесь на его глупости, — советовала Люси. — В то же время ищите возможность прикоснуться к нему. Он будет отстраняться. Но вы все равно делайте это.
Бри попыталась положить руку Тоби на плечо, когда он сидел за столом на кухне, но ее жест показался ей наигранным, и, как предсказывала Люси, он вывернулся, поэтому она больше не повторяла попыток. От другого она, правда, не отказывалась. В ее характере появилось совсем не свойственное ей упрямство. Он должен был узнать о наследии своего отца, хотел этого или нет.
Мальчик опустил ноги на пол и почесал лодыжку большим пальцем.
— Вам не обязательно смотреть кино вместе со мной. Можете работать дальше над вашими картинами и всем остальным.
В данный момент «все остальное» включало дюжину рождественских украшений в виде стеклянных пчелок, которые нельзя было вернуть назад. Каждый раз, когда Бри думала об интернет-заказе, который разместила с библиотечного компьютера, ей становилось плохо. С каждым днем появлялось все больше посетителей, но откуда ей было знать, захочет ли кто-то из них покупать рождественские украшения летом?
— Мы всегда смотрим кино вместе, — сказала она.
— Да, наверное, вам стоит посмотреть. Вы ведь белая и все такое, вам надо многому научиться.
Она изо всех сил постаралась изобразить один из саркастических взглядов Люси.
— Как будто вы так много знаете, мистер Шоколадный Мужчина.
Ему нравилось, когда его называли мужчиной, и он расплылся в улыбке. Бри улыбнулась в ответ, и он продолжал сверкать зубами, до тех пор пока не понял, как это выглядит, и сменил улыбку на злобную ухмылку.
— Мы с Большим Майком завтра собираемся покататься на лошадях.
Она до сих пор не могла поверить, что Майк подружился с Тоби по доброте душевной. С другой стороны, он сдержал слово, и с тех пор как они ездили в церковь, заговорил с ней только один раз, когда хотел получить разрешение забрать Тоби.
Тоби сердито посмотрел на нее.
— Если бы вы не вели себя с ним так гадко, он разрешил бы вам поехать с нами.
— Я не могу оставить ларек.
— Вы могли бы уехать, если бы захотели. Люси не отказалась бы присмотреть за ним.
Тоби называл Люси ее настоящим именем, с тех пор как подслушал их разговор с Бри. Но поскольку дочери ушедших в отставку президентов на экране его двенадцатилетнего радара не отображались, он всего лишь прокомментировал тот факт, что «Вайпер» не может быть ее настоящим именем.
Крепнущая дружба между Бри и Люси значила для первой даже больше, чем помощь, которую предлагала вторая. Люси присматривала за ларьком, чтобы Бри могла передохнуть. Вместе они придумали, как переделать большие деревянные двери кладовой, присоединенной к самому ларьку. Теперь она могла запирать ее на ночь, а не таскать товар домой и обратно. К тому же Бри ценила то, что Люси не осуждает ее за манеру воспитания мальчика.
